Чтение онлайн

– Все это реально, - сказала Ганн, двигая рукой. Изображение исчезло.
– Я это не выдумываю. Ты видел то же, что и я. Имперцы, федералы, все занимаются этим делом.

Роберт покачал головой, глядя сквозь пальцы на потолок.

– Не могу поверить, что я купился на это. Малин выпотрошит меня при следующей встрече.

– Ты собирался покончить с собой в бессмысленном бою, прежде чем я спасла тебя, - сказала Ганн.

Они замолчали. Он не знал, что сказать. Он чувствовал себя абсолютно беспомощным. Сколько времени они уже проработали вместе? Две недели? Две недели “Круг” охотился за его парнями. Был ли кто-нибудь из них еще жив? Неужели он подвел их всех?

Ганн закашлялась и резко вернулась к жизни. Данные Леонардо показали, что “Круг” двигался по прямой линии, параллельно с Императором. Покушение могло произойти на Вексессе. Все совпадало по времени... Но возможно, они нанесут удар в системе, расположенной дальше по маршруту.

“Какую следующую систему посетит император, в своем турне? Я не знаю,” - призналась себе Ганн.

Взгляд Роберта привлекла вспышка света снаружи, но когда он сосредоточился на ней, она исчезла. За "Сайкером" закрылся гиперпространственный тоннель. Новых точек выхода не появилось.

Никто их не преследовал. Они были одни в пустом месте между системами, совершив гиперпрыжок неизвестно куда. Это казалось подходящим местом.

– Ты знаешь, что этот корабль будет объявлен в розыск. Как только мы снова появимся в имперском пространстве, на нас нападут и уничтожат.

– Ты знал Нормана Везувиана?
– спросила она.

– Кто он?

– Он пират.

– Похоже, он не из клуба, в котором мы все тусуемся.
– ответил Роберт.

Он снова увидел вспышку. Космические лучи?

– Есть ли поблизости посты наблюдения?

– Я не нарушаю конспирацию...

– Черт, у тебя же есть служебный канал связи. Я хочу предложить тебе проверить его и посмотреть, сможешь ли ты найти что-нибудь интересное. У тебя ведь есть пароли, не так ли?

Ганн слегка склонила голову набок и открыла навигационный экран. Роберт наблюдал, как она просматривает системы, ожидая, что название оживит его память. Его внимание привлек цвет, и он взглянул на сканер.

Корабли.

Он моргнул.

Мгновение назад сканер был пуст. Теперь он был полон.

Его желудок сжался в комок, как умирающее солнце, превращаясь в нейтронную звезду, плотную и тяжелую.

– Что за…?

Тени окружали их. Кольцо объектов, черных и еще более черных, видимых только в отраженном свете, когда металл обшивки, вентиляционные отверстия или кабина пилота отражали случайный фотон. Это были корабли, но ни один из них Роберт не узнавал.

– Дерьмо, - выплюнула Ганн.

Он сидел неподвижно, беспомощный, бесполезный, безучастный к тому, что произойдет в следующие несколько мгновений.

Они не умерли.

Очевидно, противник не собирался их убивать. По крайней мере, сразу.

Роберт попытался сосчитать их количество, но не мог с уверенностью сказать, где заканчивался один корабль и начинался другой. Они были еле видны, не различимые, как призраки. Но за кораблями виднелось нечто гораздо большее. Корабль длиной и шириной с платформу газоперерабатывающей станции, и он не был черным. Он был серым, заметно выделявшимся на темном фоне космоса.

– Федералы?
– прошептал Роберт. Он не испытывал страха. Он был спокоен. Он убегал от этой встречи шесть лет. Теперь все закончилось.
– Они не будут рады видеть меня. Или тебя, как я понимаю. Лучше погибнуть, сражаясь.

– Это не федералы, - прошептала Ганн, едва слышно растягивая последнее слово.

На вражеских кораблях вспыхнули навигационные огни. Их было двенадцать, стандартная эскадрилья. На корпусе каждого корабля красовалась пара алых полос. Роберт поджал губы, не уверенный, что означают эти знаки.

– Кто это?
– спросил он.

– Кто-то очень плохой.

Глава 12

Роберт пошатнулся от острой боли, пронзившей его спину и плечи. Веревка больно впилась в его запястья.

Они находились на огромном корабле, коридоры которого были выкрашены в унылые цвета так, что непонятно было, где кончалась краска и начинались тени.

Ганн шла прямо перед ним, руки у нее тоже были связаны за спиной. Даже со своего места он мог видеть, как напряжены мышцы ее шеи и плеч. Перед ней шеренгой маршировала дюжина солдат. Судя по шагам, за его спиной шли еще столько же. Он обернулся, чтобы взглянуть.

Сталь с хрустом вонзилась ему в позвоночник, но этот удар прикладом винтовки показался ему слабым, как будто руки нападавшего не привыкли к оружию.

Он подумал, что они не профессиональные солдаты, скорее, кучка пилотов "Круга".

Но если бы они были из “Круга”, Ганн могла притвориться, что он ее пленник. Она же этого не сделала.

Они дошли до Т-образного перекрестка, и командир повернул направо. Это был крупный мужчина, с четырьмя нашивками на плече. В серой униформе он выглядел так, словно в ней родился. Роберту не терпелось выплеснуть на него немного сарказма.

Роберт не знал, кто они такие, и у него было ограниченное представление об их возможностях, но он учился с каждым шагом, прокручивая в голове различные сценарии.

Его самой большой проблемой был баланс оружия, но, учитывая достаточное количество ступенек и достаточно длинный коридор, он нашел решение.

Он сделал вид, что врезался в Ганн. Она полуобернулась. Роберт кивнул охраннику, идущему перед ней. Ганн совершенно равнодушно отвернулась. Что ее так напугало?

Возможно, Ганн хотела посмотреть, чем закончится эта прогулка – было ли у этой группы что-то ценное для нее?

– Эй, вы там, впереди, - позвал Роберт, меняя тактику.
– Разве у меня нет каких-нибудь прав заключенного?

Ответа не последовало.

– Эй, мне нравится твоя стрижка, - продолжил Роберт. – Сделана с военной точностью. Какая пресная и скучная прическа. Готов поспорить, она такая же, как и ты сам. Тебе, наверное, никогда в жизни не приходила в голову оригинальная или захватывающая мысль.

Ответа по-прежнему не было. Придется продолжить.

– Вам действительно приказали взять нас в плен? Или вы просто струсили, опасаясь хладнокровного убийства? Этого не позволяет ваша военная программа? Парни, вы вообще люди? Может, мне стоит выпотрошить вас, чтобы посмотреть, есть ли кровь в вашем дряблом теле. А твой отец знает, что ты такой исполнительный? Я представляю, что он очень разочарован. У меня нет детей, но я могу представить, что ребенок-неудачник был бы самым большим разочарованием.