Чтение онлайн

Он вытянул шею, приблизив губы к уху девушки.

– Я могу быть уверен, что ты не застрелишь его, когда я выйду через заднюю дверь?

– Что там, за задней дверью?

– Не твое дело. Так ты можешь себя контролировать или мне нельзя выйти?

Ганн сжала челюсти, скрежеща зубами, и это был преднамеренный и четкий звук. Она слегка наклонила голову и встретилась глазами с Робертом. Это было согласие и обещание, обещание отомстить.

– Хорошо, я скоро вернусь.

* * *

Ганн зарычала, когда Роберт вышел и захлопнул за собой дверь.

– Пираты, - пробормотала она. Зачем она вообще здесь оказалась? Ей следовало уничтожить его в тот же момент, когда она его встретила. На самом деле он не очень-то и помог. Это была его вина, что их поймали федералы и имперцы. Ей было лучше оставаться одной. Это единственный способ убедиться, что все сделано правильно. Никакого вмешательства, никаких ошибок. События на Томсоне не повторятся. Напарники всегда все портят.

Ее правая рука дрожала, и она схватила стакан левой. Ей не хотелось пить. Просто пират ее разозлил, ничего больше. С ней все в порядке. События на Томсоне не повторятся.

– Не будь к нему слишком строга, - сказал Леонардо. Ганн вздрогнула, вспомнив о его присутствии. Он сидел неподвижно, как окаменевший труп, с пустыми глазами, незаметный в своей неподвижности.
– Он не очень хорошо справляется со статусом знаменитости.

– О чем ты?

Леонардо приоткрыл было рот, затем закрыл его. Он сложил руки вместе.

– Роберт не рассказывал тебе о Виллисте?
– Он пожевал губу и потер рукой подбородок.
– Ну, тогда это не мое дело.

Ганн села рядом с ним. Деревянный стул оказался прочным и на удивление удобным.

– Все равно расскажи мне. Роберт, казалось, испугался Виллиста. Еще эта статуя на площади и реакция людей.

– Я сам с Виллиста. Я знаю, что Альянс пытался там сделать. Они спровоцировали войну. Как вы это называете, "Резня на Виллисте"?

– Беспорядки.
– Проворчала Ганн. Она была не в настроении защищать Альянс перед этим преступником.
– Почему ты улетел с Виллиста? Какие-то проблемы?

Леонардо рассмеялся.

– Естественно, моя слава после битвы ударила мне в голову. Думал, что я неприкасаемый, взломал слишком много аккаунтов. Остальное ты знаешь.

– Я знаю достаточно.

Леонардо в одиночку пытался дестабилизировать правительство и устроить переворот, передав секретную информацию противникам правительства. Но он стал жадным. Он также пытался дестабилизировать окружающие системы, которые стремились вступить в Альянс, такие как система Лэйв. Ее указательный палец на спусковом крючке начал чесаться. Она опустила руку, и ее палец расслабился.

– Послушай, я совсем забыл правила гостеприимства. У меня есть продукты с лучших ферм Империи и виски с винокурен 61 Лебедя. Ты голодна? Хочешь пить?

– Нет, спасибо.

Леонардо пожал плечами.

– Ну, в любом случае, ты меня знаешь, а значит, знаешь, на что я способен. Я могу отследить практически все. Возьмем, к примеру, “Круг Независимых Элитных Пилотов”. За ними, легче всего следить. Они пользуются огромной популярностью. Ресурсы, выделяемые “Кругу”, промаркированы. Некоторые правительства предоставляют компаниям скидки за то, что они жертвуют определенный процент своей продукции “Кругу”. И их корабли бросаются в глаза. Никакого воображения. Они используют одни и те же корабли из года в год, что облегчает их отслеживание.

Ганн кивнула. С последним пунктом она не могла поспорить. Работая под прикрытием, она видела только “Сайкеры” или “Сайдвиндеры”.

– Со временем я смогу составить облачный график их стандартных перемещений. Все, что находится вне облака, выбрасывается как лошадиное дерьмо.
– Он поднял руку, предупреждая вопрос Ганн.
– Конечно, есть пробелы и очевидная кривизна их посещений космопортов, но то, как они меняются со временем, делает очевидным, что они действуют в небольшом радиусе от базы, пока не переместятся на другую базу и схема не повторится.

Ганн уставилась на Леонардо, впитывая его слова, на мгновение забыв о том, что он был внесен в список врагов общества и, удивляясь, почему Монтгомери не пришла в голову та же идея. Они могли уже давно загнать “Круг” в угол, если бы отследили их перемещения.

– У них есть супероружие Федерации, - выпалила она и поморщилась от своей поспешности.

– Кто тебе это сказал?

Ганн проигнорировала его вопрос.

– И как же ты скрываешься в этом корпоративном мире? Называть Worldcraft работорговцами - это еще мягко сказано. В их среде вы - неиспользованный ресурс? Если бы редакция “Случайных Межгалактических Сплетней” узнала об этой истории, вы бы стали их главной новостью.

– К счастью для меня, у “Случайных Межгалактических Сплетней” нет офиса поблизости, - сказал Леонардо.
– Отвечая на твой вопрос, я стараюсь не привлекать к себе внимание здесь так же, как и на Виллисте.
– Он постучал себя по виску.
– Я нахожу данные и обрабатываю их. Что касается Worldcraft, то все их ресурсы учтены и используются в полном объеме.

Ганн покачала головой и оглядела комнату. Все было старым или спроектировано так, чтобы казаться таким. Возможно, это было сделано во времена первых поселений в Новой Калифорнии. Дерево было похоже на березу. Это напомнило ей о доме старого друга, в котором она жила после приюта. Она прожила там две недели, прежде чем пиратский клан Кальсаче напал и уничтожил весь город, прежде чем Ганн поняла, почему вокруг нее так много бед...

Она отбросила воспоминания о прошлом. Много лет назад она убила последнего Кальсаче.

– Что-нибудь про “Круг” еще можете сказать?

– Хм, - промычал Леонардо, поджав губы.
– Это странно. Некоторые нестандартные движения “Круга” связаны с робототехникой, компьютерами и редкими компонентами, такими как плазменные фокусеры. Еще они закупают продукты питания, текстиль и промышленное оборудование.

– Они что-то строят?

– Я не знаю, но прямая линия графика ведет в космос, контролируемый империей. Похоже, они направляются в Джемисс или куда-то еще.

Ганн обдумала это. В истории Джемисса уже были конфликты между Федерацией и Империей. Удар супероружием Федерации по этому району вызовет переполох, но достаточный ли, чтобы начать войну, к которой стремился “Круг”?

– Слишком расплывчато.
– Затем она вспомнила, что говорили имперские агенты-клоны.
– Император совершает тур?

Леонардо щелкнул пальцами.

– Давай посмотрим, что есть в имперской социальной сети. Он снова погрузился в сон на несколько минут. Ганн слышала тяжелое дыхание Лео, шепот и блеяние овец во дворе, но в остальном в помещении было тихо, слишком тихо. Ни жужжания моторов, ни вращения вентиляторов, ни писка электроники. Дом казался мертвым, как дом ее юности после нападения, когда она стояла, прислушиваясь, среди обугленных останков, неподвижная и одинокая, но и тогда не было слышно никаких звуков. Никто не кричал от боли, даже дерево не трещало. Казалось, что этот дом перенесли из того времени в настоящее, он застыл между моментами ее жизни, так что ни звук, ни движение не могли проникнуть в него.