Чтение онлайн

«– Тебе это нравится, Кендра?»

Я подскакиваю на кровати и оглядываюсь, не уверенная, у меня галлюцинации или я сплю. Одно могу сказать точно: Джека Моргана нет в моей постели, но секунду назад он точно был в моей голове.

Быстро откидывая одеяло, я наклоняюсь и включаю торшер, заливая гостиную мягким светом.

Что, чёрт возьми, только что произошло?

Я бросаю Скарлетт на одеяло и вскакиваю с кровати, направляясь на кухню и включая кофеварку. Я беру с сушилки кружку и, обхватив её обеими руками, прислоняюсь спиной к столешнице.

Я никогда не думала о Джеке в таком ключе. Конечно, я считала его красивым, но никогда…вот так.

– Детка? – Дженна стоит между кухней и гостиной, завернувшись в пушистый розовый халат. – Ты в порядке? Ты выглядишь немного шокированной.

Мой взгляд падает на диван-кровать, и на фоне белоснежного пухового одеяла Скарлетт невозможно не заметить. Мои щеки вспыхивают, когда Дженна прослеживает за моим взглядом через комнату, и она прикусывает нижнюю губу, подавляя веселье.

– Я чему-то помешала? – поддразнивает она.

В свои двадцать пять она не совсем невинна – определенно, не с учетом того, как они с Ли занимаются этим каждую ночь, – но я ничего не могу поделать с жаром, который разливается по моему телу.

– Хочешь кофе? – спрашиваю я, отворачиваясь, беру вторую чашку и быстро наполняю её.

Она прочищает горло, а затем подходит ко мне, когда я разворачиваюсь и протягиваю ей кофе. Она берет его, настороженно глядя на меня.

– Продолжай. Говори всё, что у тебя на уме, – растягиваю я слова на тщетном вдохе.

Она приподнимает бровь, поднося чашку к губам.

– Я просто вспомнила, когда в последний раз видела этот румянец на твоих щеках.

Я склоняю голову набок и, прищурившись, смотрю на свою подругу.

– О, да? Когда?

Она делает маленький глоток, но подносит горлышко ко рту, пытаясь скрыть самодовольство.

– О, я думаю, ты знаешь, когда у тебя в последний раз была такая реакция.

Я продолжаю прикидываться дурочкой, беру свою чашку и добавляю сахара.

– Тебе придется быть более конкретной.

Она разворачивается и направляется обратно в спальню, но перед этим останавливается и оглядывается через плечо.

– Я дам тебе подсказку: ты сказала мне, что он был единственным парнем, у которого ты приняла выпивку в тот вечер.

ДЖЕК

Начало моей профессиональной карьеры было, с одной стороны, потрясающим — я отдал две результативные передачи и забил гол в ворота Далласа. Без сомнения, я доволен тем, как идут дела. Даже Тайлер забыл о наших разногласиях на льду, и последние четыре дня были менее драматичными.

Хотя на этом положительные моменты заканчиваются. Вне льда он даже не смотрит в мою сторону, не говоря уже о том, чтобы заговорить со мной. Возможно, он думает, что мне небезразлично его холодное отношение.

Жаль, но это не так.

Я живу в Бруклине чуть больше трех недель, и, кроме моих товарищей по команде, Джона и мамы, я почти никого не знаю.

Я нашел лучшую пекарню в паре кварталов от моей трехкомнатной квартиры. И там почти так же вкусно, как дома, в Великобритании.

Почти.

"Rise Up" переполнен, когда я вхожу в дверь и снимаю шапочку, засовывая ее в карман куртки. Сейчас начало октября, и температура в Бруклине уже опустилась ниже нуля. По мере того, как очередь покупателей продвигается вперед, Эд – владелец и главный сотрудник, который обычно меня обслуживает, – подходит ко мне с протянутой рукой и пожимает её через стойку. Первая игра регулярного чемпионата состоится через два дня, и меня, вероятно – определенно – не должно здесь быть. Впрочем, неважно. Он готовит булочки именно так, как надо.

– Джек, рад тебя видеть, чувак. Что я могу для тебя сделать?

Я пару раз стучу по стеклу и показываю на вишневую булочку, а затем на брауни, лежащий в самом конце.

– Эти две, пожалуйста.

Он кивает и принимается за работу.

– Будешь есть здесь или на вынос?

Поскольку у меня сегодня нет тренировки или каких-либо обязательств, я могу как-то убить время. Я поворачиваюсь, ища, куда бы присесть. Все столики в маленьком кафе заняты, но, когда я уже собираюсь сдаться и попросить упаковать их с собой, моё внимание привлекает копна светлых волос. Она повернута ко мне спиной, склонившись над столом и стуча по своему телефону.

Я поворачиваюсь к Эду, чувствуя, что день уже стал насыщеннее.

– Здесь, пожалуйста, и можно мне ещё булочку?

Держа по тарелке в каждой руке, я подхожу и встаю перед Кендрой, которая по-прежнему сосредоточена на своём телефоне. Я понимаю, что она что-то подсчитывает, когда вижу приложение, которое она открыла. Она испускает печальный вздох и роняет голову на стол, когда на экране высвечивается – 200.

Я выдвигаю стул напротив Кендры, ставлю перед ней булочку со взбитыми сливками и джемом.

– Это место занято? – спрашиваю я, всё равно садясь.

– Что? – она поднимает голову, и тогда я вижу темные круги у не под глазами.

Чёрт.

– Привет, – говорю я, когда она переводит взгляд с булочки на меня, а затем внимательно рассматривает.

Она убирает волосы с лица, выпрямляется и быстро блокирует телефон.

– Джек, эм, что ты здесь делаешь?

Мои глаза всё ещё прикованы к ней, и я откидываюсь на спинку сиденья, беру свой брауни и откусываю кусочек. На ней нет ни грамма косметики, и её волосы не уложены, но чёрт возьми, это делает её ещё красивее.

Ещё более ошеломляющая, чем когда я увидел её в баре «Lloyd».

Проглотив кусок, я пытаюсь вести себя так, будто случайно столкнулся с подругой, и не фантазирую о том, как бы я привел её сюда на завтрак утром после того, как провел с ней всю ночь в своей постели.

Обычно я много улыбаюсь, но сейчас начинаю понимать, что рядом с Кендрой я ношу какую-то особенную улыбку, и сейчас она у меня на лице.

– Я живу в паре кварталов отсюда, и это лучшее кафе, которое я пока нашел.