Идеальный приём
Шрифт:
– Ч-что бы ты сделал?
– Я бы сделал шаг навстречу к тебе. Бросил вызов и сказал: “Выбери меня”. Но ты не была готова к этому, а я не хотел раскрывать тебе свои карты, – он замолкает, и его рука, лежащая на моём бедре, сжимается сильнее. – До сегодняшнего дня.
Я делаю глубокий вдох и выдыхаю.
– Я готова услышать это сейчас. Скажи мне, – из-за пульсации в моих ушах мне трудно расслышать звук собственного голоса.
– Для меня всё это не было притворством, Кендра. Я хотел тебя четыре года, да. Но не только для того, чтобы увидеть, как ты расслабляешься подо мной. Я хотел, чтобы ты была в моих объятиях по-настоящему. Я хотел, чтобы у меня в квартире горели твои свечи, по-настоящему. Я хотел, чтобы ты стала моей девушкой по-настоящему, чёрт возьми.
По моей щеке скатывается слеза, и Джек убирает мои волосы.
– Почему ты плачешь?
Я снова прижимаюсь своим лбом к его, отчаянно желая быть ближе к нему.
– После Тайлера я убедилась, что всё, что мне нужно, – это веселье. Мысль о том, чтобы впустить в свою жизнь другого парня, пугала меня до чертиков. Я ожидала, что мне захочется убежать, как только ты скажешь это, – мои пальцы глубже проникают под его пояс. – Но всё, чего я хочу, это позволить тебе обладать мной любым способом, каким ты захочешь. Ничто в мысли о том, чтобы быть с тобой, меня не пугает. Ты делаешь меня чертовски счастливой, – я издаю смешок. – Даже если ты считаешь меня негодницей.
– Если ты негодница, то я должен тебя наказать.
Он накрывает мою руку своей, и мы оба спускаем его спортивные штаны.
Затем он стягивает с меня шорты, танцуя кончиками пальцев по моим кружевным стрингам.
– Могу я трахнуть свою девушку?
– Да, – хнычу я, в моём голосе слышится отчаяние.
Я готова к тому, что Джек снова отнесет меня в свою спальню, поэтому, когда он этого не делает, а вместо этого поднимает меня на островок, из моего горла вырывается шокированный возглас, за которым следует взрыв смеха.
Он полностью снимает свои спортивные шорты и мои пижамные шорты со стрингами, оставляя меня только в его майке. Потянувшись за спину, он стягивает футболку через голову, обнажая тело, которое вызывает у меня желание изучать его руками всю ночь.
Он раздвигает мои бедра и облизывает мои губы, медленно сжимая свой член.
– Я хочу услышать, как ты стонешь, когда я буду входить в тебя, котёнок. Затем я хочу услышать, как с твоих прелестных губ слетит то же имя, что у тебя на спине.
Джек не теряет времени даром, когда я раздвигаюсь ещё больше, и он медленно входит в меня. Я влажнее, чем когда-либо, и моя голова падает ему на плечо, когда я принимаю его, и он заполняет меня полностью. Боль в том месте, где он трахал меня ранее, напоминает мне о том, что он снова заставит меня сильно кончить.
– Тебе приятно, Кендра? Хорошо ли я ощущаюсь в твоей прекрасной киски?
– О, Боже, да, хорошо.
Удовлетворенный стон раздается у нас обоих, когда его член исчезает внутри меня, и я поднимаю голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Я пока не могу пошевелиться, – говорит он мне в губы. – Мне нужно, чтобы ты не двигалась, потому что ты так крепко сжимаешь мой член, что я кончу прямо сейчас.
– Мне нужно, чтобы ты пошевелился, – умоляю я.
Он качает головой, но предлагает мне свои пальцы, и они нежно поглаживают мой клитор.
– Этот клитор такой совершенный. То, как он увеличивается под моими прикосновениями. То, как он ощущается у меня на языке.
– Двигайся, Джек. Трахни меня.
Всё, что я получаю в ответ, это дерзкую ухмылку, поскольку он остается совершенно неподвижным.
– Ты позволишь мне как-нибудь связать тебе ноги? Я мог бы чертовски весело провести время со Скарлетт. Я думаю, что из нас получилась бы команда мечты.
Он снова ласкает меня, и я неудержимо вздрагиваю.
Дразня отметину на моей шее, он проводит по ней языком, и я наклоняю голову набок, предоставляя ему полный доступ.
– Я мог бы взять тебя сзади; Скарлетт могла бы взять твою киску. Ты была бы такой полной, такой влажной, такой чертовски красивой и раскрасневшейся от вожделения. Прямо как сейчас.
Дрожь становится сильнее, когда он сжимает мой клитор пальцами.
– Джек, – стону я. – Трахни меня, Джек, пожалуйста.
– Ты собираешься кончить, котёнок? Ты собираешься намочить мой член ещё до того, как он начнет двигаться?
Я киваю, утыкаясь лицом в изгиб его шеи. Он тянет меня за волосы, запрокидывая мою голову назад. Моя шея полностью открыта для него, и он проводит языком по точке пульса.
– О чёрт! – вскрикиваю я. Этот гад усмехается, всё ещё отказываясь двигаться.
– Кончи на меня, Кендра. Я обещаю, что трахну тебя как следует, когда ты дашь мне то, что я хочу.
Он снова лижет то местечко на моей шее, и я извиваюсь на его члене.
– Вот и всё. Ты так хорошо кончаешь, – он опускает взгляд туда, где мы соединяемся, и, поскольку я продолжаю испытывать оргазм и содрогаться, он слегка отстраняется. – Я вижу, как ты кончаешь. Это так прекрасно – смотреть, как моя девочка вот так украшает меня.
Без сомнения, это самый долгий и интенсивный оргазм, который я когда-либо испытывала. Но ничто не сравнится с чувством, которое накрывает меня, когда он с силой входит внутрь, прижимая меня спиной к столешнице.
Руки Джека опускаются на мою голую задницу, когда он притягивает меня к себе и начинает трахать так чертовски сильно, что я визжу, не в силах контролировать сильное удовольствие.
– Устрой беспорядок, – умоляю я, запрокидывая голову, чтобы он мог кусать и посасывать мою кожу там, где ему нравится. – Оставь их повсюду.
Руки Джека перемещаются с моей задницы на внутреннюю поверхность бедер, проверяя пределы моей гибкости.
– Открой эту киску, чтобы я мог заявить на неё свои права, и я сделаю то же самое с твоей кожей.
Мокрый звук наполняет квартиру, и я изо всех сил стараюсь не шуметь, полная решимости расслышать всё, пока он воплощает в жизнь свои фантазии с моим телом. То, как мы оба наконец-то делаем то, что всегда было настоящим.
– Куда ты хочешь, чтобы я кончил, котёнок?
Я задираю майку и обнажаю нижнюю половину тела.
– Везде. Я хочу видеть твою сперму на себе.
Ещё два толчка, и он выходит, держа свой член в кулаке и не сводя с меня глаз.
С отвисшей челюстью он кончает на меня, и я втираю его сперму в кожу, собирая то, что осталось, и проталкивая в свою киску.