Чтение онлайн

— Прекрасно, — сказала бабушка. — А на меня тебе, конечно, наплевать.

Назревал семейный скандал, и я поднялся.

— Ну-ка, Миша, — сказал я, — покажи мне свою комнату. Людей я оцениваю по тем игрушкам, в которые они играют…

Миша доверчиво посмотрел на меня, поднялся, и мы прошли в его комнату, когда мать с дочерью начали набирать крутые обороты в своих отношениях. Света, конечно, увязалась за нами. Игрушек у Миши было много, но предпочтение он отдавал «Денди».

— Сыграем? — предложил я.

— А вы умеете? — недоверчиво посмотрел он на меня.

— Мальчик, — сказал я со вздохом. — На свете существует очень мало игр, в которые я не играю.

Света усмехнулась.

— Миша, а ты сам хочешь в пансионат? — спросила она. Миша, налаживающий игру, вначале не отреагировал на ее вопрос, но она спросила снова, и он ответил:

— Чего я там не видел!..

— Мама сможет чаще с тобой видеться, — сказала Света.

— Я с бабушкой хочу жить, — буркнул Миша. — Ну, играем?

— Вперед, — сказал я, беря в руки джойстик.

Пошла игра, и Света принялась за нас болеть. Болела она, конечно, исключительно за успехи Миши, но это ему не помогло, и я обыграл его очень быстро. Мы играли в простой теннис, секреты которого я познал еще давно.

— Круто, — сказал Миша, желая сделать мне комплимент.

— Элементарно, — сказал я. — Ты этого парня хорошо запомнил?

В его глазах появился испуг. Он кивнул, глядя на меня завороженно.

— Ты бы хотел, чтобы мы его нашли? — спросил я.

Он помолчал, вздохнул и вдруг покачал головой.

Не могу назвать себя пророком, но я задавал этот вопрос в надежде именно на такой ответ.

Продюсер Вадим Симонян разъезжал на «Мерседесе» небесно-голубого цвета, так что я даже предположил поначалу, что это подарок незабвенного Пауля. Мы с Мариной сидели на заднем сидении, и знаменитая певица выглядела подавленно. Она неумело курила сигарету и нервно покусывала губы. Света катила следом за нами на своей «Тойоте».

— Теперь ты понимаешь, насколько это серьезно? — проговорила Марина, и я не сразу понял, что она обращается ко мне.

До сих пор мы сохраняли дистанцию.

— Извини, я к тебе на «ты», — спохватилась она. — Ты не против?

— Нет проблем, — сказал я. — Как ты думаешь, что же все-таки произошло?

— Это было похищение, — сказала Марина убежденно.

— Какой-то чайник похищение это устроил, — заметил Вадим не оборачиваясь. — Не очень профессионально.

— И слава Богу, — испуганно выдохнула Марина.

— Вы нашли потом эту машину? — спросил я.

— Мы поехали, — сказал Вадим. — Но ее там уже не было. Миша говорит, что там пахло лекарством. Наверное, эфиром.

Я помолчал.

— Тут возникает деликатный вопрос, — начал я. — Могу я его задать?

Марина вздохнула.

— Конечно, можешь. Я отвечу честно, Паша, я сама не знаю, кто его отец. Это было время очень нерегулярных отношений, как ты понимаешь.

— Тогда почему ты исключаешь возможность, что это был действительно кто-то из тех, кто считает себя его отцом? — спросил я.

Вадим усмехнулся, глянув на нас в зеркальце, и сказал:

— Маша, тебе придется составить список подозреваемых.

— Нет, — сказала Марина жестко. — Никакого списка не будет. Я не хочу никаких расследований.

— Что? — удивился Вадим. — Ты хочешь оставить его безнаказанным? Пусть повторяет попытку?

— Я постараюсь поскорее оформить Мишу в пансионат, и это будет решением проблемы. А пока, я договорилась, его будут охранять по двойной ставке.

— Это не снимает проблемы, — сказал я. — Если мальчик теперь стал наследником порядочного состояния, то, наверное, многие захотят объявить себя его родственниками.

— Вот именно, — хмыкнул Вадим. — Маша, это чревато скандалом.

Она приоткрыла окно и выбросила недокуренную сигарету.

— Насколько опасен для меня такой скандал? — спросила она деловито.

Вадим даже обернулся назад от удивления, хотя мы ехали по мосту, и отвлекаться ему не следовало.

— Ты спрашиваешь, насколько опасен для нас скандал? — переспросил он озадаченно. — Хм, я даже не подумал об этом…

— Вот и подумай.

— А не позволишь мне все-таки поискать среди твоих прежних поклонников? — спросил я.

— Может получиться прекрасная передача, а? — сказал Вадим весело.

— Может, — согласился я.

— Кстати, о передаче, — вспомнил Вадим. — Павел Николаевич, нам с вами надо составить контракт по тому вопросу, что вы вчера обсуждали.

— Вы знакомы с Гуркиным? — спросил я.

— С Лазарем Александровичем? — переспросил Вадим. — Незнаком, но весьма наслышан. Он у вас работает?

— Он у нас теперь финансовый директор, — ответил я. — По вопросам контрактов можете связываться прямо с ним.

Вадим хмыкнул и покачал головой.

— Я знакома с Лазарем Гуркиным, — сказала Марина. — Он был в числе тех, кто… Впрочем, это неважно. Нет, Паша, не надо искать среди моих прежних поклонников. То, что прошло, то прошло.

Они высадили меня у телевидения, хотя рабочий день почти закончился, и у меня не было срочных дел. Я сам попросил об этом, потому что испытывал тягостное ощущение, которое спешил развеять. Вопреки ожиданию Женя Наволоцкая еще находилась на месте, и она больше удивилась моему появлению, чем я ее исполнительности.

— Паша, что случилось? — забеспокоилась она.

— Ничего, — сказал я. — Скажи, Лазарь Александрович не появлялся?

— Нет, — ответила она. — Звонил, чтобы ему прислали папку с контрактами по «Караван-сараю», и я отослала Витю.

— Я у себя, — сказал я и прошел в свой кабинет.

Ветеран областного телевидения Лазарь Александрович Гуркин работал у нас финансовым директором условно, потому что возраст и занятость не позволяли ему посвятить себя нашему делу целиком. Мы использовали его обширные связи и почитаемое имя лишь в самых неотложных случаях, а в остальном справлялись силами собственных молодых экономистов. Ему было лестно участвовать в шоу-бизнесе, да и нам его участие было весьма полезно.