Идущая
Шрифт:
Эрлони был старым городом, и рос он постепенно, отчего на начало двадцать шестого века крепостных стен в нём было три. В самом сердце белела крепость Веройге, на Замковом острове. Вторая защищала по периметру второй остров. Её северо-западная часть, между Нижним городом и Собачницей, была сильно запущена. Третья стена прикрывала Новый город, выросший на левом берегу Арна, привязанный к большому острову четырьмя мостами. Эта стена не отличалась прочностью, но это никого особо и не заботило: Новый город населяли не самые богатые горожане, и тэрко за тэрко раз за разом решал, что их дома проще будет отстроить заново, чем оборонять.
На Новый город упали первые просмолённые комья горящих тряпок из катапульт, оставляя дымные следы на небе, покрытом тонким рваным слоем облаков. Шегдар ударил именно с той стороны не потому, что рассчитывал ворваться в саму столицу, едва захватив предместья. Скорей, чтобы показать: я уже взял первую стену. И вы ничем мне не помешали.
Относительно последнего он был совершенно прав: оборонять заречные кварталы с их небрежно выстроенной стеной не имело смысла. Единственное, от чего Совету не удалось отговорить Ведоирре, так это от его затеи задержать атакующих, пока последние обитатели Нового города не укроются на острове.
Эта затея удалась, хотя и не без эксцессов. Под конец, когда в Новом городе помимо южан оставался только отряд Раира, какое-то из багрово-золотых подразделений сумело обойти этот отряд и выбраться к набережной раньше него. На мост южане не лезли, резонно опасаясь стрел, но этого и не требовалось. Они с нарочитой неспешностью, красуясь луками, вне досягаемости городских лучников и катапульт, заняли несколько домов с окнами на набережную у самого моста и на единственную улицу, выводившую к мосту.
— …перестреляют, как собак!
— Ведоирре маг, он сумеет закрыться.
— А остальные? У вас что, лишних людей много?!
— У меня нет лишних людей, потому я не намерен подставлять их под кадарские стрелы!
Реана бесилась. Примчалась она сюда под предлогом оказания первой помощи раненым, но с ничтожным количеством таковых пока справлялась и Дайре. А ведьме, после того, как она привязала Угля на краю пустыря, где ещё не всю траву вытоптали защитники, заняться было решительно нечем — кроме как беситься. Чему она и посвятила своё время, мотаясь зигзагами по стене, за неимением своего отряда вынужденная клянчить людей у других. Посылали ведьму все, хотя и с разной степенью отсутствия вежливости. Часть верила в то, что Ведоирре пробьётся обратно без проблем, потому что маг. Часть не заботилась тем, вернётся Лаолиец или нет. Но никто не видел причин, по которым перестрелять должны не только тот отряд, что уже угораздило вылезти за стены, но и их людей, среди которых лишних, разумеется, не наблюдалось.
В итоге Реана попыталась воодушевить и увлечь на прорыв первый попавшийся под руку отряд, но солдаты л-Налвиха лучше ведьмы помнили о субординации и вассальной присяге, так что на патетические воззвания ответили недоумёнными взглядами и ухмылками. Реана плюнула… и наткнулась на ол Лезона, который…
— У тебя есть какие-то основания думать, что лучников возможно выбить из домов прежде, чем они перестреляют нападающих?
Реана оторопело уставилась на графа. Ол Лезон был без шлема и хмурый. Под прядями пыльно-русых волос у герцога оказались непроницаемые глаза, такие жёсткие, что на невнятном лице они казались неуместными. Ведьма кивнула:
— Запросто: я прикрою магией на то время, пока люди добегут, а там уж у копейщиков перед лучниками точно будет преимущество. Нужно только небольшое численное превосходство. Или, в идеале, горящие стрелы, тогда и не придётся штурмовать дома…
Они успели как раз вовремя: едва разобравшись с лучниками, помогли отряду Раира встретить кадарскую конницу, и едва ли кто-то из южан заметил, что подкрепление из-за второй стены возглавляла вовсе не ведьма. Ол Лезон не рвался в бой, в отличие от Реаны.
— Йиии-хххайй!!
Кадарцы же уверились, что все рассказы о Безумной, о Реде Возродившейся — правда.
У ворот не было никого из друзей, чему Реана облегчённо вздохнула. Зато там был л-Налвих. Взъярённый.
— Кулак Таго на твою голову, ведьма!
— Я тоже рада тебя видеть, — огрызнулась Реана.
— Ты оскорбила мою честь!
— Чем?.. — поморщилась она с досадливым недоумением.
— Ты подбивала моих людей нарушить присягу! Я смою это оскорбление твоей кровью! — возгласил рыцарь.
— Кровь — плохой растворитель. Попробуй лучше водой, — она сделала попытку обойти неожиданное препятствие.
— Это вызов, ведьма!
— В смысле? — Реана посмотрела на него таким искренне тупым взглядом, что л-Налвих запнулся на миг.
— В присутствии всех этих досточтимых людей я вызываю тебя на поединок!
Реана зажмурилась и повела головой.
— Отказываю, — сказала она, открыв глаза, в каждом из которых светилась мечта хоть о каком спальном месте. Выложившись сперва магически, потом и физически, она была совершенно не в настроении лаяться с кем-то.
— Ты… Ты…
Реана терпеливо ждала продолжения. Многочисленные зрители, стоявшие возле внутренней решетки и на башнях по бокам прохода — тоже.
— Это противно всему обычаю вечному и человеческому! — недоумённо прогудел л-Налвих.
— А мне плевать, — призналась Реана. Несколько мальчишек шпаноидного вида, ошивавшихся близ ворот, заулюлюкали.
— Ты… а-атветишь за это перед имперским судом!
— Возможно. Но драться я с тобой не стану. У нас обоих есть хорошие шансы подохнуть и так — как и у всех в этом городе. Как ты полагаешь, стоит делать Шегдару такой подарок?
— Твоя поганая жизнь ничего не стоит! Не будь ты дворянкой, я бы и меча о твою грязную кровь марать не стал!
— Это ты про имя ол Тэно? Так я и не дворянка. Я самозванка, нагло присвоившая титул. Начало преступной карьеры, так сказать.
Зрители зашумели, уже сообразив, что отреагировать на эту новость следует, но ещё не поняв, как. Начальник городской стражи ошарашено молчал, раскрывая и закрывая рот. Как и в прошлый раз, это было единственной причиной, почему он позволил ведьме договорить до конца столь длинную реплику.
— Ну, я пойду? — сказала Реана. Никто не ответил. Она аккуратно обошла л-Налвиха. Зрители держались поодаль. Спасибо. Ведьма обтёрла меч, убрала его, наконец, в ножны. Примерно на этом её и догнал л-Налвих всё так же с топором в руке и жаждой поединка во взоре. Реана посвятила всё свое внимание тому, чтобы спуститься по узким ступеням в проулок, не пересчитав ножнами всех камней. Ей не то что л-Налвиха видеть не хотелось, она и Раира встретила бы постной рожей за его неодобрительное молчание великого моралиста, да и Ликту не обрадовалась бы, который уж верно надавал бы ментальных подзатыльников за то, что не удосужилась надеть ничего прочнее кольчуги. На полпути барон отстал, поняв, что поединка ему не светит, и сочтя несолидным рубить ведьмин затылок. Метров через тридцать Реана вспомнила, что забыла Дайре. Понадеялась, что та уже догадалась вернуться в госпиталь.