Чтение онлайн

— Ты хоть понимаешь, что несёшь? Он же… он… Как ты можешь защищать этого морального урода?!

— Я ведь говорил, — Руалианет покачал головой с сожалением и поднялся со стула. — Мне лучше уйти.

— Это уж точно, — фыркнул я.

Недоэльф молча ушёл, прикрыв за собой дверь. Я же строго посмотрел на Ибранина. Он виновато опустил взгляд.

— Я простил его.

У меня просто слов не было. Как можно простить после такого? Почему он вообще здесь? Почему его не перевели?

Я тяжело вздохнул и потёр виски, прикрыв глаза. Надо успокоиться.

— Он неплохой эльф, — продолжал Ибранин. — Он искренне раскаялся, правда. Я ведь тоже не сразу смог простить его. Но Руалианет показал делом, что я… дорог ему. Знаю, это может казаться очень странным, — он вяло улыбнулся.

— И что вы теперь, сладкая парочка? — с раздражением предположил я.

— Что? Нет! Совсем нет, — парень испуганно замотал головой и замахал руками в отрицании. — Мы просто друзья! Он ни разу даже не пытался! И вообще, теперь принимает те таблетки. Просто… Это сложно объяснить, Адмир.

— Так просто или сложно? — хмыкнул я.

— Он теперь навечно на этих болотах, понимаешь? Совсем как я. Поставили перед выбором: или новый вечный контракт подписывать, или под суд.

— Сам виноват, нечего его жалеть, — отмахнулся я. — Но ты то чего? Внезапно увидел в нём родственную душу? Ты с ума сошёл?

— А может и увидел, — в голосе Ибранина звучало упрямство, я даже удивился. До этого он говорил как слабый и неуверенный в себе эльф. — Осмотрись вокруг: это всё он сделал.

Спорить было глупо, изменения колоссальные. Комната выглядела жилой. По углам кадки с крупными цветами, на окнах поменьше. Картины, фигурки, вязаные салфетки и коврики. Здесь стало гораздо уютнее. Даже ароматизатор какой-то. Ну и зеркало огромное, куда без этого.

— Господин Онванар пожалел меня. Его чувства понятны, он добрый эльф. Руалианет же… Мне кажется, он любит меня. Я ему действительно нужен. Иногда его забота пугает меня. И всё же, он ни разу не заикнулся о прошлом, если не считать его вечные «прости, я виноват». Это очень странно, но мне нравится. Скажи Адмир, после всего, что сотворил, я имею право быть хоть чуточку счастливым?

Он смотрел на меня с жалостью, как побитый и мокрый котёнок под дождём. Мои мысли путались, я не знал, что отвечать. И тогда он продолжил свой монолог:

— Я мог бы оттолкнуть его, так как и сам считаю, что не достоин подобного отношения. Конечно, оправдываюсь, что тогда сделаю больно и ему, не только себе. И всё же… Мне не у кого просить совета. Онванар сказал, что я могу и не прощать его. А если простил, то уже сам должен решать, как к нему относиться. Но разве это совет? Адмир? Я правда в тупике. На меня столько всего свалилось. А дружба с Руалианетом даёт мне спокойствие. Хоть ненадолго, но я забываю, в какой ситуации нахожусь и ощущаю себя самым обычным парнем.

Я снова вздохнул и молча подошёл к окну. Во дворе никого не было. Пока размышлял, лишь один эльф прошёл — повар Орисалар. Кстати, этот козёл ведь бесподобно готовит. Может, пообщаться с ним? Узнать секретики?

Повернулся к Ибранину. Тот продолжал стоять, с тревогой смотря на меня. Губы жевал даже. Это вызвало у меня усмешку. С каких пор двадцатилетний я стал таким авторитетом, что эльфы гораздо старше меня видят во мне старшего товарища? Забавно, но приятно, когда не воспринимают как малолетку.

— Это твоя жизнь, Ибранин, ты сам должен решать. Пусть ты и отщепенец, преступник, но свобода — она в сердце. Ты совершил много ошибок, которые привели тебя сюда. Но ты и осознаёшь, что был неправ, а так же готов исправляться, работать на благо всех эльфов. Так почему бы не быть хоть чуточку, хоть иногда счастливым? Я не тот, кто может решать, достоин ты счастья или нет, но не вижу с этим проблем. Ты должен бороться с демонами. А чтобы быть сильным… Нужны тренировки, развитие. Но и дружба не помешает. Тебе общаться с Руалианетом, по отношению к тебе он совершил непотребства, так что тебе решать, как быть с ним. Прощать или нет. Но я бы не отказался заглянуть в его голову.

— Я попрошу его, — парень радостно встрепенулся. — Ради меня он согласится, уверен.

Я кивнул. Ну а что? Ещё один подопытный! Почему бы не воспользоваться ситуацией?

Вскоре я оказался в том самом лесу в голове Ибранина.

— Я вспомнил этот пейзаж, — сказал парень, смотря куда-то вдаль, на лучи света. — Я ведь уже отслужил в армии, как оказалось. В одном из патрулей я увидел это место и поразился его красоте. Никогда не думал, что на Жутких Болотах может быть настолько красиво.

— Этот мир многогранен, да и жизнь тоже. Смерть от них не отступает, — решил я поделиться своими мыслями. — Всё гораздо глубже и сложнее, чем может показаться на первый взгляд. А мы лишь песчинки, возомнившие себя властителями природы. Никто не знает, что нам уготовано в будущем, с чем столкнёмся. И вот такие мелочи, как случайно увиденный пейзаж в пути, скрашивает существование не хуже, чем любовь и дружба.

— Как же ты прав, Адмир. Как ты прав…

Ибранин продолжал смотреть вперёд, но из его глаз лились слёзы.

— Мы с Руа обречены, у нас нет иного будущего, кроме как вечный бой с нечистью. Мы… мы будем помогать друг другу и поддерживать. Так будет проще нам обоим.

— «Руа» значит «мечта», — тихо сказал я. — Хозяин мечты, таково его имя. Неудачное, — хмыкнул я.

— А что значит моё имя? — Ибранин повернулся ко мне.

— Что-то вроде «творец-ремесленник», — я развёл руками.

Он усмехнулся.

— Больше нет. Я ведь продолжал дело своих родителей, став плотником. Наверное, они видели таким моё будущее, давая столь приземлённое имя. Я о многом жалею, но пути назад нет. Прошлого не вернуть. Я могу только двигаться вперёд.

— И всё же, ты хочешь помнить, — заметил я.

— Без прошлого нет будущего, как мне кажется. Тем более, тот ребёнок на моих руках, моя дочь… — он посмотрел вниз, на свои ладони, которые разметил так, будто держит дитя. — Это непередаваемо. Я не хочу отказываться от прошлого, как хорошего, так и плохого, ведь это всё часть меня.

Я сел на траву и погрузился в «библиотеку воспоминаний» Ибранина. Пока распаковывал одно, Рэй искал другие спрятанные. Ведь с простыми мог справиться штатный менталист, а вот там, где нагадил Иналем, всё гораздо сложнее. Жизнь этого эльфа в самых ярких и значимых моментах раскрывалась на моих глазах.