ЖАНРЫ

Идзуми Сикибу. Собрание стихотворений. Дневник

Сикибу Идзуми

Шрифт:

78. Идзуми Сикибу

кэса но ма ни За это утро
има ва кэнуран к этому часу уже, наверное, высохли
юмэ бакари во время мимолетного сна
нуру то миэцуру промокшие у как (тебе) казалось,
тамакура но содэ рукава в изголовье.

Отвечая принцу, который сетует на то, что его рукава промокли от слез, Идзуми Сикибу, как водится, пытается умалить его страдания и выставить страдающей стороной себя. Умело оперируя словами из стихотворения принца, она оборачивает их против него самого, упрекая его в жестокости. Утверждая, что рукава принца давно успели высохнуть, она намекает на то, что чувства его вовсе не так уж и сильны. В словах «юмэ бакари нуру» заключен двойной смысл: глагол «нуру», имея значение «промокать», одновременно совпадает по звучанию с одной из форм глагола «ну» («нуру» — «ложиться спать»); «юмэ бакари» означает «совсем немного, на краткий миг» и одновременно «только сон» (в этом значении оно ассоциативно связано со словами «ну» и «миэцуру» («увиделось»)). Таким образом, за внешним смыслом «лишь немного промокли», скрывается внутренний — «чуть прилегли» (то есть «свидание было слишком кратким»). Подхватив слова «кэса но ма» («за это утро»), которые по замыслу принца должны были подчеркнуть глубину его тоски («совсем немного времени прошла с нашей ночной встречи, но уже за эти утренние часы я успел стосковаться по тебе»), Идзуми Сикибу использует их совершенно в ином, выгодном для себя и невыгодном для принца, смысле: «да, совсем немного времени прошло, но за эти утренние часы ты успел забыть меня».

79. Принц Ацумити

юмэ бакари Хоть ты и считаешь,
намида ни нуру то что лишь случайная слезинка
мицурамэдо намочила мой рукав,
фуси дзо вадзурау но я в затрудненье, не зная, как лечь
тамакура но содэ на этот рукав в изголовье.

Продолжая развивать тему «рукавов в изголовье», принц использует те же приемы, что и Идзуми Сикибу (стих. 78).

80. Принц Ацумити

цую мусубу По покрытой росой
мити но мани мани дороге, шагая вперед и вперед
асаборакэ в час рассветный,
нурэтэ дзо кицуру я, промокнув, пришел / надетые (и мокры)
тамакура но содэ рукава в изголовье.

Скорее всего, принц взял за основу стихотворение Неизвестного автора из антологии «Манъёсю», 2252: «акихаги но // сакитару нобэ но // юудзую ни // нурэцуцу кимасэ // ёру ва фукэну томо» («Осенние хаги // Расцвели на лугах, умытых// Вечерней росой.// Приходи ко мне в платье промокшем,//Пусть стоит глубокая ночь!»). «Приходи!» — говорит поэт «Манъёсю». «Я пришел», — словно отвечает ему принц Ацумити. Слово «кицуру» выполняет роль какэкотоба, соединяя значения «пришел» и «надел» («я пришел, промокнув» и «надетые мною промокшие (от слез) рукава»).

81. Идзуми Сикибу

митисиба но Из-за того,
цую ни окииру кто бодрствовал / упала роса
хито ни ёри на придорожные травы,
вага тамакура но рукава у меня в изголовье
содэ мо кавакадзу не просыхают.

Идзуми Сикибу пытается разоблачить принца, утверждая, что его рукава мокры всего лишь от придорожной росы, тогда как ее собственные рукава промокли, конечно же, от слез, вызванных его жестоким с ней обращением. Жестокость же принца заключается, по мнению Идзуми Сикибу, в том, что он ушел от нее слишком рано. Намек на это обстоятельство содержится в словах «цую ни окииру» («поднялся из-за росы»). Этими словами Идзуми Сикибу в завуалированной форме упрекает принца за то, что он поднялся с ложа (и ушел), даже не дождавшись рассвета, едва успела выпасть роса. К тому же в этих словах содержится еще и намек на одно из предыдущих стихотворений принца (см. стих. 79), в котором он жаловался, что не может лечь, потому что рукава у него в изголовье промокли. (А промокли-то они, по мнению Идзуми Сикибу, все от той же росы.) Примечательно также, что Идзуми Сикибу полностью проигнорировала использованное принцем слово «мусубу» (нарочно заменив его на более нейтральное «оку»), которое, хотя в контексте стихотворения принца и означает «возникать», «образовываться» (о росе), чаще означает «связывать», и к тому же употребляется в сочетании «тигири о мусубу» («обменяться любовной клятвой»).

82. Идзуми Сикибу

тамакура но И на рукава
содэ ни мо симо ва в изголовье тоже
окитэкэри лег иней —
кэса утимирэба сегодня утром я взглянула —
сиротаэниситэ а они белотканные.

Иней в стихотворении Идзуми Сикибу тоже связан со слезами — замерзнув, они превратились в иней. Слово «оку» («выпадать», «ложиться» — об инее) выступает в роли какэкотоба, имея второе значение «подниматься с постели», «бодрствовать». Идзуми Сикибу хочет сказать, что не смыкая глаз проплакала всю ночь, так что к утру слезы ее превратились в иней. «Си рота э» («беловолоконный» — то есть вытканный из волокон бумажного дерева) — энго к слову «содэ» («рукав»).

Иней на рукавах в китайской поэзии символизирует, как правило, ночное одиночество.

83. Принц Ацумити

цума коу то Тоскуя о супруге,
окиакасицуру бодрствовал до рассвета / лег
симо нарэба иней на рукава и поэтому…

По поводу этого трехстишия существуют разные толкования. Некоторые считают, что мы имеем дело с цитатой, источник которой не установлен, другие полагают, что, сочинив трехстишие, принц по каким-то обстоятельствам не успел добавить к нему заключительное двустишие, отложив это на потом. Существует и третье мнение, которое представляется наиболее вероятным, а именно — трехстишие принца должно быть соединено с двустишием из предыдущего стихотворения Идзуми Сикибу, то есть перед нами простейший вариант «рэнга», «связанных строф» (см. также стих. 94,131, а также стих. 272, 273 в «Собрании стихотворений»). Вторя Идзуми Сикибу, принц утверждает, что тоже не спал всю ночь. Это стихотворение примечательно тем, что в нем принц впервые употребляет слово «супруга» («цума»), хотя и не относит его непосредственно к Идзуми Сикибу.

84. Принц Ацумити

нэнуру ё но Глядишь ли ты
цуки ва миру я то на луну той ночи, когда спала / спали (вдвоем)?
кэса ва симо сегодня утром
окиитэ матэдо я бодрствовал / выпал иней и ждал,
тоу хито мо наси но никто не прислал письма.
Поделиться с друзьями: