Чтение онлайн

— Это он что делает? — По-моему, круги нарезает. — Лиам, я не в буквальном смысле спрашивал.

Я резко оборачиваюсь и вижу в конце коридора Лиама и Гермеса. Они подходят ко мне с озадаченным видом. По крайней мере, Лиам. У Гермеса же на лице играет та самая похотливая ухмылочка — он явно всё просек. Он указывает пальцем вниз: — Арес, у тебя эрекция.

Даже не глядя, я прижимаю ладонь к паху своих мокрых штанов, надеясь всё поправить, чтобы не так бросалось в глаза. Но, коснувшись ткани, я понимаю, что там всё тихо и спокойно.

Херм взрывается хохотом и хлопает меня по плечу: — Пошутил я, Вишенка. Пошли, нам еще чемоданы дособирать надо.

Я позволяю им увести себя: Херм справа, Лиам слева. В паре метров от нашей двери последний издает смешок: — Опять записка от Хелл?

Точно. Клочок бумаги, на который я решил не отвечать, а пойти и поговорить лично. Поддавшись импульсу, я достаю из кармана ручку, которую прихватил перед выходом — тогда я еще собирался продолжать нашу эпистолярную дуэль оскорблениями. Я срываю бумажку, не касаясь жвачки, и, повернувшись спиной к этим двум любопытным варварам, приписываю ответ: «Ты скажешь мне «да» гораздо раньше, чем мы дойдем до 200». И добавляю смайлик с повязкой на одном глазу. Затем стучу в её дверь и пропихиваю записку под неё.

Когда я возвращаюсь к своим сожителям, они о чем-то вполголоса спорят у порога нашей комнаты.

— Ну и что теперь? Выясняете, у кого в башке осталось больше живых нейронов?

— Ты же открывал дверь, да? — спрашивает Лиам, серьезный как никогда. И это меня напрягает.

— Я ушел раньше тебя, — напоминаю я ему. — Ты разве не так её оставил?

— Вообще-то, я её закрывал.

— Ясно. Кто-то заходил в комнату. Парни, назад. — Гермес преграждает нам путь рукой.

Я фыркаю: — Ты что, решил заделаться нашим телохранителем и защищать нас?

— Конечно нет. Я звоню Хайдесу и Аполлону. Пусть они нас защищают.

Он не шутит. Он уже достал телефон и ищет в контактах номер одного из них. Я обхожу его и блокирую ему экран.

— Завязывай. Там никого нет. Сейчас докажу.

Я пинком распахиваю дверь настежь. Внутри всё кажется нетронутым, идеальный порядок. И, главное, ни души.

Лиам и Гермес заглядывают внутрь, буквально вися у меня на плечах. Я чувствую их дыхание у себя на шее. — На полу, — шепчет Лиам.

Я опускаю взгляд. В паре шагов от моих ног лежит овальное зеркало. Простая золоченая рама. Но тот, кто решил преподнести нам этот «подарок», заодно решил его и испоганить, оставив надпись красным:

«Увидимся на новом игровом поле. В Мексике. 4».

Я СНОВА ДЕЛАЮ ПАРШИВЫЙ ВЫБОР

Море — фундаментальный элемент греческой мифологии, населенный божествами, мифическими существами и окутанный чарующими легендами. Оно олицетворяет собой как мощную жизненную силу, так и средоточие великих опасностей и тайн. Морские боги и чудовища воплощают в себе оба этих аспекта. Многие греческие мифы — это истории о морских путешествиях, символизирующих открытия, приключения и борьбу с невзгодами. Своей бескрайностью и глубиной море являет собой бесконечность и непознанное.

Арес

От Нью-Хейвена до мексиканского Плайя-дель-Кармен всего четыре часа лета. Четыре часа в замкнутой крылатой жестянке посреди неба под аккомпанемент жутких звуков: это Гермеса выворачивало наизнанку в бумажные пакеты. Я насчитал как минимум шесть раундов, прежде чем он угомонился.

Плайя-дель-Кармен — это без преувеличения рай на земле. Пока шаттл вез нас из аэропорта в центр города, никто и слова не проронил — все пялились в окна на пролетающие мимо пейзажи. Мы проехали через Плайякар — самый пафосный район, а затем по колоритным улочкам с маленькими простенькими отелями. На Кинта-Авенида, главной пешеходной артерии города, тянулась бесконечная вереница баров, ресторанов и клубов, уже забитых народом. Она растянулась на несколько километров, а по другую сторону, параллельно ей, сверкал пляж, наводненный туристами.

Когда мне в голову пришла идея устроить скромный трип на весенние каникулы, Плайя-дель-Кармен выскочила в топе направлений для студентов. Я выбрал её почти наобум, даже фотки не гуглил. Во-первых, потому что я ленивая задница. Во-вторых, времени на поиски особо не было. В любом случае, я рад, что не притащил всё семейство в какое-нибудь опасное гетто.

Я лишь ограничился запросом в Google: «информация о Плайя-дель-Кармен». Открылась длиннющая статья, которую я прочитал по диагонали. Пока одна деталь не зацепила моё внимание математического задрота.

— А ты знала, что улицы Плайи, параллельные морю, называются «Авенидами»? И все они — только кратные пяти. Например, Авенида 5, Авенида 10, Авенида 15 и так далее. А те, что перпендикулярны пляжу, зовутся «Калье» и идут по кратным двум. Калье 2, Калье 4, Калье 6, Калье 8… — выдаю я Коэн, особо не задумываясь. Она сидит рядом со мной в черной бейсболке.

— Обожаю такой математический порядок, прямо глаз радуется.

Коэн смотрит на меня с ухмылочкой: — Только не говори, что ты выбрал это место только ради этого.

Я медлю. — Конечно нет.

Шаттл тормозит, и я понимаю, что мы у отеля. Его выбирали Лиам и Гермес. Вывеска гласит «Tiki Boom Cha» — неоновая, очень «сдержанная». Каждое слово своего цвета: розовое, голубое и фиолетовое, а рядом кокосовая пальма.

— Вау, мы-то его выбрали только из-за названия, а он, кажись, ничего! — восклицает Лиам, вставая рядом со мной и задрав голову. На нем солнцезащитные очки в желтой оправе, панама с надписью «SANTORINI» и две полоски солнцезащитного крема на щеке. Я бы подстебнул его, если бы не знал, что он намазался так специально.

Гермес, одетый в похожем стиле, приобнимает его за плечи: — А я о чем? Мы просто гении.

Отель простой, но с ярким симпатичным входом. Суета туристов и персонала создает ощущение, что жизнь тут бьет ключом. К тому же, как выяснилось, у отеля есть свой частный пляж, включенный в стоимость номера.

К нам тут же направляется мужчина с коротко стриженными волосами и оливковой кожей. По его форме сразу ясно — он здесь работает. — Buenos dias, друзья-американцы! Как долетели? Я Мишель, по любым вопросам и за советами — сразу ко мне!

— А что такое «бонос диас»? — шепчет Лиам, спрашивая у самого неподходящего человека в нашей компании.

— Без понятия, — бормочет Херм. Он поворачивается к Хелл, зная, что её отец — колумбиец. — Что значит «бонос диас»?

— Правильно — «буэнос диас», — поправляет она со слабой улыбкой.

Гермес снова поворачивается к Лиаму: — Правильно «буэнос диас», Лиам!

— А, окей, ясно. Я всё равно не в курсе, что это, но так звучит правильнее.

Мишель улыбается во все тридцать два зуба. — Это значит «доброе утро», ребята, — объясняет он на идеальном английском, хотя местный акцент всё равно проскальзывает. — Вам стоит подучить пару фраз, если хотите кого-нибудь покори…