Чтение онлайн

Гавин делился своей любовью к музыке и рассказывал Кардену обо всех книгах в этой библиотеке, которые он уже успел прочитать.

Единственной любовью, которую испытывал Карден, была любовь к власти, но он стыдился признаваться в чем-то столь поверхностном. Поэтому он молчал и просил брата рассказывать ему другие истории, которые тот знал.

Сближение этих двоих не осталось незамеченным, особенно для Тайлера, которому не потребовалось много времени, чтобы почувствовать себя лишним. У них двоих был свой способ общения, повторяющиеся фразы, которые другие не могли понять.

Тайлеру на самом деле было плевать на всех, и его чувства не были задеты. Но у него было непомерное самолюбие и проблемы с нарциссизмом, которые не стоило недооценивать. Он хотел всегда быть в центре внимания, хотел быть самым красивым, хотел быть точкой отсчета. Ему нравилась идея быть главным, но без усилий, необходимых для достижения этого статуса.

Он ненавидел Кардена и его дисциплину. Еще больше — его преданность и умение усердно работать, никогда не жалуясь.

Он не понимал, когда эти двое так успели сойтись, пока однажды после ужина Гавин не обронил: «Увидимся позже».

«После когда», если отец велел нам быть в постелях? — подумал тогда Тайлер.

Затем — внезапная вспышка памяти. Сцена, где он крадет ключи от библиотеки и дарит их Гавину, маленькому семейному заучке. Он хотел сделать ему подарок, но также хотел, чтобы брат был ему должен. Оказывать услуги другим было отличным способом гарантировать себе ответные услуги. Маленькие одолжения в обмен на большие.

Когда Тайлер нашел братьев в библиотеке читающими вместе, он какое-то время просто наблюдал за ними. Он надеялся ощутить хоть каплю эмпатии, надеялся, что он не так прогнил внутри, как всегда боялся.

Он надеялся на это всем сердцем, до последнего мгновения. И когда он оказался перед дверью спальни Урана, он замер. Не постучал. Не проронил ни звука. Ушел на цыпочках.

Но не потому, что его посетила внезапная жалость, на которую он так надеялся. Напротив: ему пришла в голову идея еще более скверная.

Он донес отцу на Гавина. Обвинил его в том, что тот украл ключи от библиотеки и ходит туда каждую ночь в поздний час читать запрещенные книги вместо того, чтобы учиться или отдыхать.

Несколько дней ничего не происходило.

Затем, в одну из ночей в начале сентября, Уран пришел в библиотеку первым. Он поджидал Гавина именно там, где, как ему сказали, обычно прятался сын.

В ту ночь Гавин получил свое первое настоящее наказание.

Карден пришел, когда Уран уже сек его плетью; Гавин стоял на коленях между стеллажами. Тонкая, скорчившаяся фигурка, молящая о пощаде, кричащая и плачущая от боли и унижения.

Карден плакал вместе с Гавином, но беззвучно. Он не отводил взгляда до самого конца. Он прятался в уголке, пока Уран приказывал Гавину подняться и убираться прочь.

Гавин пошатывался, спотыкался и пытался ухватиться за любую опору, попадавшуюся на пути.

Никто этого не заметил.

На следующий день он узнал, что Гавин винит во всем его. В самом деле, кто еще мог знать, что они делают там каждую ночь? Это был их секрет. И Карден, несомненно, наябедничал отцу, втершись к нему в доверие. Чтобы ранить его еще глубже.

Карден даже не пытался оправдаться; да и как бы он смог? Все улики вели к нему, и не было никакого способа доказать обратное.

Неделями Карден продолжал спрашивать Гавина, чем кончилась книга о Чарли, охотнике за душами. Он так и не получил ответа. Дружба, которую они завязали, была уже разрушена, аннулирована, словно её никогда и не существовало.

Карден даже снова украл ключи от библиотеки и каждую ночь ходил туда ждать брата. Когда он понял, что Гавин больше не вернется, он принялся повсюду искать книгу, которую они читали. Ему нужно было знать финал. До того как Уран их обнаружил, оставалась всего одна, последняя глава.

Книги не было и следа. Гавин, должно быть, забрал её и спрятал у себя в комнате.

Карден продолжал спрашивать его о финале приключений Чарли, пока Гавин прямо не сказал ему, что не хочет иметь с ним ничего общего, кроме обязанностей, навязанных родителями.

Тогда Карден впервые в жизни попросил прощения, хотя ему не за что было извиняться. И тогда он впервые почувствовал, что потерял нечто жизненно важное для всей его дальнейшей судьбы.

Гавин и Карден, Гиперион и Кронос, больше никогда не имели возможности поговорить о том случае.

Но Гиперион не забыл просьбу брата. Как бы он ни был обижен, как бы ни ныли шрамы от плетей, полученных в ту ночь, он рассказал ему, чем закончилась книга, сделавшая их братьями на краткий миг их жизней. В ночь перед тем, как сбежать с Олимпа вместе с Тейей, чтобы спасти детей, он оставил сообщение на автоответчике Кроноса.

Он ревностно хранил эту книгу всё это время, пряча её в своей комнате в вечном страхе, что Уран найдет её и снова накажет его. Но этого так и не случилось.

В ту ночь он прочитал Кроносу последние строки эпилога, надеясь, что тот прослушает сообщение.

Последним, что он сказал, было: «Прощай, Карден. Надеюсь больше никогда тебя не увидеть, потому что, если мы встретимся снова, я тебя убью».

ВЕЧНО МОЛОДЫЕ

24 декабря 2021 года

Лайвли не праздновали Рождество. Так решил Уран, и так он внушил своим сыновьям. Кронос, хоть и был уже взрослым и сам стоял во главе семьи, не утратил этого безумного желания и мании во всём потакать отцу и подчиняться ему, чтобы заслужить одобрение и самому почувствовать себя состоявшимся.

Рождество, следовательно, было для Лайвли обычным днем, как и все остальные. Пятеро братьев и сестра не привыкли получать подарки или соблюдать какие-либо семейные традиции.

Однако бизнес есть бизнес: клиенты Лайвли съезжались со всего мира, и многие из них привыкли отмечать Рождество. Поэтому Олимп к празднику украшали разноцветными огоньками, рождественскими елками, фальшивыми блестящими оленями и огромными подарочными коробками, расставленными тут и там по всему острову, который принимал напускной радостный и невинный вид.