Чтение онлайн

– Вот видишь, Оранжевый, восемь часов и ты, как новенький.

– Спасибо тебе, Фиола, даже не знаю, что было, если бы не ты.

– Все путем, дружище. Лечись тут. Вздремни пока, если получится, но про спиртное забудь. На борту спирт есть только у "лекаря". В медицинских целях, так сказать.

В двери появилась встревоженная физиономия Желтого.

– Ну как он тут?

– Нормально, Желтый, чай не инфаркт. Бодун. Сильный, но просто бодун. Через восемь часов очухается.

– Ну и, Слава Богу!

– Пошли, не будем мешать. Поболтаем заодно.

Гнус, оставивший, наконец, банку с компотом, вальяжно протопал навстречу и завернул в медотсек. Грузно впорхнул на свободный ложемент и с интересом уставился на Оранжевого. Тот прикрыл глаза и, казалось, задремал.

– Чего он его рассматривает?
– Желтый тоже задержался посмотреть, что происходит.

– Не знаю.
– Я почесал затылок.
– Может, знакомится?

Гнус повернул голову, не поворачивая тело, секунду посмотрел на нас, отвернулся и опять все внимание перенес на Оранжевого.

– Смотри, смотри, пернатый, пивом увлекаться будешь, рядом положим!
– Гнус не удостоил меня ни ответом, ни даже взглядом.

– Ну вот, ты все знаешь, Желтый. Инфу я несу с собой. Передавать ее надо, как можно быстрее. Чем быстрее справимся, тем лучше. Время работает против нас.
– Мы сидели в рубке, друг напротив друга. Я в командирском кресле, Желтый в кресле борт-стрелка.
– Провести операцию нужно в темпе вальса. Никаких затяжек, никакого промедления. Сдаю депешу, забираю депешу и сразу назад. Записи последних моих похождений ты видел. Условия представляешь. Что посоветуешь?

– Скажи, а если кроме тебя кто-то пойдет? Ты ведь у них уже засветился, у волков этих черных?

– Не пойдет. Контракт подписали лишь потому, что я - бывший Егерь. Любой другой не годится.

– А откуда они узнают, что, например, я не Егерь?

– Во-первых, меня они видели в лицо, во-вторых, контракт заключен именно со мной. А если они не заплатят? Оспорят контракт. Дальше что? Нет, контракт нужно соблюдать до последней запятой, как колорадские жуки свою картофельную диету блюдут.

– Тогда выбор не большой. Работаем или тихо, или как обычно. Приходим, делаем, что надо и уходим. Попутно зачищаем несогласные элементы. Плюем на все условности и выполняем контракт. Нас уже трое... В смысле четверо, если считать твоего пушистого друга. Сил хватит. Десантная броня есть. Прикрытие с воздуха есть. Что еще надо?!

– А если "тихо"?

– Если тихо, нужно "сброс" капсулы делать на высоте около десяти километров, на пределе обнаружения радарами ПВО. Точность выброса повысится многократно. Спускаться нужно не на десантном куполе, а на "крыле". В броне. С ракетным ранцем. Так ты сможешь сесть прямо на крышу получателя. Чернозадые, наверняка стрелять по заказчику своему не будут, дождутся, когда ты уходить соберешься. А уходить ты будешь на ранце. Километра полтора высоты он обеспечит, а там мы тебя аккуратненько подберем на "Пиранье". Подхватим и сразу на орбиту. Из атмосферы выскочим, там нам сам черт не брат. Как тебе?

– Нормально, но только не этот раз.

– Это еще почему?
– Желтый даже обиделся. Такой план, а его сразу отвергают.

– Потому, что тузы из рукава нужно доставать постепенно. В следующий раз они попробуют мена на спуске прихватить. А на спуске, возможности для защиты невелики. Открывать огонь из-под купола, значит перестрелять кучу гражданских. Если не кучу, то все рано, кого-нибудь да зацеплю. Тут уж, никаких дипломатических нот не потребуется. Сразу - пират! Если не пират, то преступник, однозначно! Этого нужно избежать.

– Как?

– Да очень просто. Пока ситуация позволяет, высадка скрытная, с максимально допустимой высоты. Проникновение к объекту скрытное. Отход скрытный. Самое удобное для них время меня перехватить - когда "Пиранья" за мной спустится. Эти дурашки же постараются наш кораблик сбить. Все силы на него пустят. Про меня, конечно, тоже не забудут, но теперь основная цель у них не я, а мой транспорт. Не будет транспорта, не будет меня. Они же и знать не знают, что "транспорт" этот так за себя постоять может, как звено ударных эскадренных миноносцев. А когда они это поймут, акценты опять на меня передвинутся. Тогда мы и попробуем ту штуку, которую ты предложил. Идет?

– Ну ладно, я не против. А как именно будем работать сейчас?

– Очень просто. Выходим двумя капсулами, с интервалом в сутки. Ты - раньше. Полная броня, полный боекомплект. Фиксируешься в месте эксфильтрации и замираешь. Отслеживаешь перемещения в своем районе по спутнику. Готовишься прикрывать нас с Гнусом. По первой же команде, "Пиранья" экстренно входит в атмосферу, зависает в оговоренном месте, прикрывает нас с воздуха, пока мы до нее добегаем, подбирает и стартует. Оранжевый работает на связи и борт-стрелком. Как тебе такая схема?

– Нормальная схема.
– Желтому что-то не нравится, но возражать он еще не готов.
– Есть уязвимые места. Первое: пока ты добираешься до заказчика, второе: пока ты двигаешься к точке эксфильтрации. Могут шарахнуть чем-нибудь тяжелым и броня не поможет.

– Согласен. Но ничем "тяжелым" в городе они шарахать наверняка не будут. Свои же копы их пострелять могут. А вот за городом - запросто. С какой стороны я к городу подойду, они знать не могут, значит ждать будут прямо у дома заказчика. Потом пасти станут. Как только из города я налажусь, тут-то они и вскроются. А там, хоть легким, хоть тяжелым, нам по барабану. Потому, что ты меня прикроешь. Пиранья! Слышал? Как тебе такой план.

– В целом, прогноз положительный. Требуется уточнение деталей.

– Вот и уточняй!

– Принято.

Оранжевый появился ровно через восемь часов. До Нью-Техаса оставалось еще часа четыре.

– Ну как ты?
– Желтый смотрел с надеждой - Оклемался малек?

Два разных человека. Тот, жалкий, измученный похмельем, с лицом землистого цвета и мутными глазами. И этот. Розовощекий красавец с внимательным взглядом зеленых глаз, с таким знакомым ироничным прищуром. Короткие черные волосы с аккуратной прической и двухметровый рост с косой саженью в плечах. Да, это был Оранжевый. Именно таким я его помнил, именно таким я его сейчас и видел. То похмельное чудовище отступило в прошлое, явив на своем месте здорового и здоровенного мужика, воина с блестящим армейским образованием, собранного, внимательного, умного, потому опасного, как отточенный клинок в умелых руках. В общем, Свита. Этим все сказано.

– Мужики, пожрать есть чего? Так есть хочется, словно с рождения во рту маковой росинки не было!

– Да, пора питаться. Ты как, Желтый?

– А я что, я завсегда пожалуйста!

Ночная сторона Нью-Техаса не баловала обилием огней. Недавно освоенные планеты вообще не блистали развитой инфраструктурой. Один-два города в наиболее удобной, с климатической точки зрения, зоне, да россыпь фермерских хозяйств по соседству. Оно и понятно. Новые планеты осваивали энтузиасты и преступники, скрывающиеся от официальных властей. Последним было проще затеряться на новом месте, среди потоков переселенцев, едущих на периферийные планеты в поисках лучшей доли. Как правило, на новом месте жить всегда легче, пока не сформировались госструктуры, правительство, налоговые и фискальные органы. Как правило, поначалу, жизнь начинала бить ключом. Каждый фермер волен взять земли столько, сколько может обработать. Каждый торгаш продавал и покупал все, что ему заблагорассудится. Никаких притеснений, никаких налогов, никаких законов. Право сильного и умного. Однако, все это ненадолго. Понемногу из метрополии начинали наезжать чиновники, которые быстро приводили местное законодательство к цивилизованным нормам. Не всем это нравилось, и на планетах время от времени вспыхивали бунты, которые подавлялись с легкостью федеральными войсками. Официально, большинство планет Американского сектора, были независимыми государствами, но находились под протекторатом метрополии, которой обязаны были платить налоги за охрану от внешнего вторжения. Внутренние проблемы решались местными властями, к всеобщему удовольствию. Впрочем, особенных проблем, как правило, не возникало. Когда каждый житель имеет в своей собственности огнестрельное и электромагнитное оружие, любая форма давления на него заканчивается перестрелкой, небезопасной, как для того, на кого давят, так и для того, кто пытается давить. Это здорово снижает желание поживиться за чужой счет у тех, кто сам материальные блага создавать не желает.