Чтение онлайн

– Так может, того... Ну это...
– Видение прекрасной груди не оставляло меня ни на секунду.

– Чего того-этого? Хватит с тебя. Мне бы теперь до работы добраться, болит все там. Валей меня зовут, Валентиной. Запомнишь?
– Она звучно чмокнула меня в щеку и выскользнула за дверь. Вот тебе и раз! Конечно, я люблю женщин, которые не любят задерживаться, но что бы так, даже толком не познакомившись... Кстати, а где это я?

А где мне быть? На родной "Пиранье", где же еще? Подъем и бодрящий душ. Вот и все, почти здоров, но большой стакан с рассолом выпускать из руки не хочется. Кровать выглядела так, словно побывала под артиллерийским обстрелом, остальное имущество было в полном порядке, с учетом того, что кроме койки в каюте ничего и не было. Спартанский образ жизни сильно упрощает уборку помещения. Выйдя в коридор, перво-наперво столкнулся с командиром милицейского наряда, узнаваемой только по помятой милицейской форме. Даже косметика, нанесенная умелой рукой, не смогла скрыть узенькие щелочки глаз и темные круги вокруг щелочек. Стакан с рассолом по мановению руки перекочевал к несчастной обладательнице фуражки с гербом Иваново на тулье фуражки. Из-за ее спины выглядывала до неприличия свежая, веселая и очень довольная физиономия Желтого.

– Господи!
– С трагизмом в голосе выдохнула милиционер.
– Как же мне теперь свой патруль разыскивать?

– А чего его разыскивать?
– Из рубки донесся спокойный голос Оранжевого.
– Они, вон, в каюте моей. Почивать изволят.

– Изволят?! Почивать?!
– Девушка рванула ручку каюты. В раскованных, мягко говоря, позах, лишенные даже того, что принято именовать французским словом "неглиже", по каюте, разбросанные ночным весельем, как попало, лежали две матерые поборницы правопорядка и блаженно спали. Кошмар моего пробуждения был лишь мелким и незначительным событием по сравнению с тем, что пришлось испытать им. Командирский голос разорвался в их сознании ядерным взрывом посреди зеленой долины, залитой солнечными лучами. Если похмелье и отразилось каким-то образом на их здоровье, то все неприятные последствия мигом исчезли в результате той трепки, которая была задана им непосредственным командиром. Обвиненные во всех смертных грехах, начиная от нарушения установленного образца форменной одежды и заканчивая изменой Родине! Вытянувшись по стойке смирно, но не успев надеть одежду, бедные девочки представляли зрелище несчастное и смешное одновременно. Мне стало их жаль настолько, что я пожалел даже о стакане рассола, попавшем давеча в командирские руки. Без оного, она бы и хрипеть внятно не смогла. Так оно обычно и бывает. За собственные грехи мы готовы наказывать кого угодно, но только не себя. А тут еще одна серьезная задача - командирское лицо не потерять! Я, мол, всю ночь не водку жрала, как портовый грузчик, вас разыскивала, насилу нашла, а вы тут спите, пьяные вдрызг! Желтый не растерялся, мягко, но настойчиво он увлек разбушевавшуюся девушку обратно к себе в каюту и ее истошные вопли начали потихоньку замолкать, давая время двум ее коллегам быстро привести себя в порядок, по очереди клюнуть Оранжевого в щеку и покинуть "Пиранью" через шлюзовой отсек. Пока Желтый проводил оздоровительные мероприятия, я заглянул в кают-компанию, где в одиночестве, на краю консервной банки, гордо восседал Гнус, явно крайне недовольный происшедшими событиями. Нужно отдать должное, интересом он пользовался у посетителей кабака не меньшим, чем мы, самцы, а возможно даже и большим. Умиленные матроны в возрасте от восемнадцати до сорока пяти лет, считали своим долгом погладить этого "милого мохнатого детеныша" и вкладывали в это действие всю свою нерастраченную нежность. Гнус же, не терпел фамильярности ни в каком виде, но то ли внутренние табу на причинение вреда прекрасному полу, то ли отсутствие малейшей угрозы с их стороны, а может и целый заряд положительных эмоций, обращенный к нему лично, удерживали его от того, что бы не цапнуть руку - другую своими острыми зубками. Натерпевшись изрядно, он заливал раздражение любимым персиковым компотом. А может, просто дело в том, что вчера он пива перебрал? Нет, это вряд ли. Только человек может допиваться до такого скотского состояния, что бы мучить себя поутру черным похмельем. Гнус, в своей неподражаемой манере, повернул голову, оставив туловище на месте, глянул на меня, здороваясь, моргнул обоими глазами и отвернулся к компоту.

– Ну что, последствия релаксации ликвидированы?
– Вся команда собралась в рубке. Интел готовил корабль к взлету. Потребовалось не менее пяти часов для восстановления порядка, но время было потрачено не зря.

– Классно оторвались!
– Желтый щурился, как довольный кот.
– Давненько так не веселились. Фиола, у них тут прямо заповедник какой-то!

– Это точно, гостеприимный народ!
– Оранжевый, который за весь вечер выпил всего одну рюмку, тем не менее, тоже основательно поучаствовал во всеобщем веселье.
– Одно плохо - здоровья может не хватить в следующий раз. Не выспался совсем. Лег около, двух по местному времени.

– А ты, в следующий раз, ложись около одной!
– Желтый заржал, вспомнив бородатый анекдот.

До чего же славно опять оказаться в славной компании этих парней. Почувствовать дух авантюризма и беззаботности. Презрение к страху, боли, смерти, основанное не на наплевательском отношении к жизни, а на твердой уверенности в собственных силах, уровню подготовки и обязательной помощи друзей, если в ней возникнет необходимость. Не с чем несравнимое ощущение свободы и собственной силы! Море по колено - горы по плечу! Впрочем, в полной мере насладиться эйфорией не получилось, пришел вызов по интеркому. На этот раз - приятный.

– Привет, Красный!
– Рубка сразу наполнилась оживленным гулом.
– Привет тебе от Желтого с Оранжевым!

– Всем - привет! А остальные где?

– С остальными пока не связывался. Нужды не было, хотя, боюсь, что придется и их подключать.

– Странно, - Красный сделал небольшую паузу, - а по моим данным, в последнем рейде с тобой было не меньше сотни народу. Рота, как минимум.

– Действительно, странно. Подождем еще пару недель, и выяснится, что в ходе десантной операции по захвату Нью-Техаса, на планету высадился моторизованный корпус, "как минимум"! Выходили мы вдвоем. Земля слухами полнится. Не очень достоверными, к сожалению.

– Примерно так я и думал, Фиола. Но америкосы раздувают серьезный скандал. Не знаю, как поведут себя наши дипломаты. Могут и выдать тебя, чего доброго.

– Бог не выдаст - свинья не съест, Красный. Мы тут еще пошуметь можем. Опять на Нью-Техас идем.

– Не торопись ходить. Я тут подумал, есть интересная мыслишка.

– Давай вместе думать.
– Я переключил звук на внешние динамики.
– Теперь тебя все слышат.

– Ну, так вот! Пока вы имеете гражданство Славянского сектора, теоретически, подчеркиваю - теоретически, вас могут признать пиратами, со всеми вытекающими последствиями. Радости, полагаю, это не доставит. Охоту откроют, наши-то, конечно, на радарах ваш кораблик в упор видеть не будут, но ведь вы не только в наших водах плаваете. Нарвешься, не дай Бог, на серьезного америкоса, он из тебя дуршлаг сделает, а себе звезду на лацкан повесит. Но во всем этом есть юридическая лазейка. Пока Славянский сектор, гражданином которого ты являешься, не инициирует процедуру признания пирата, любое нападение на твою "Пиранью" - объявление войны всему Славянскому сектору! Другими словами: первое - ты гражданин Славянского сектора, второе - Сектор признает тебя пиратом, третье - объявляет тебя вне закона. Ключевое слово "пират"? А вот и нет! Ключевое слово "гражданин"! Стоит тебе перестать быть гражданином Славянского сектора, как ты выходишь из-под юрисдикции мирового права. Как тебе идея?

– Не совсем понятно, - подал голос Оранжевый, - а в чем преимущество? Если мы не граждане Славянского сектора, могут вообще пристрелить без суда и следствия! Объявить пиратами нас сможет кто угодно, хоть и сами американцы. Так?

– Так оно так, да только в том случае, если у вас гражданства вообще не будет.

– И кому же нам надо поцеловать задницу, что бы обрести новое гражданство?
– Желтый безрезультатно пытался придать своим непослушным волосам хоть какую-нибудь видимость прически.

– Мне!
– Красный довольно расхохотался.
– Мой драгоценный дядюшка оставил мне в наследство не только доходный бизнес, но и кучу проектов, требующих своего завершения. Он любил щедрой рукой разбросать вложения в самые разнообразные начинания. Те, которые начинали приносить доход, холились и лелеялись. Те же, которые не были такими перспективными, откладывались в долгий ящик и ожидали своей очереди. И вот, среди всего этого барахла, мои юристы выкопали свидетельство о создании, как бы это сказать... суверенного княжества, что ли. В Диком секторе, на самой границе Славянского и Арабского секторов. Земли ничейные, солнышко небольшое, восемь планеток. Ничего интересного, просто шарики без атмосферы и воды. На третьей планете открытые залежи редкоземельных элементов. Но для промышленной разработки требуется терраформирование. Воздух загонять туда, воду, прочие радости жизни. Дорого, короче и нерентабельно. Лучше уж на готовой планете земного типа по мелочам промышлять, обогащать руду, закапываться в карьеры.

– Видел я это на Норильске, - Желтый оставил, наконец, в покое свою прическу, - отдельные шахты уходили на двадцать километров в глубину. Тоже муторно. Не сахар.

– Но не в этом дело. Дело в том, что есть "ничейное" государство, полностью в моей власти. Есть договоры о сотрудничестве, в том числе и военном, и с американцами, и со славянами. Про арабов и китайцев я даже не говорю. Все, что нужно, это стать гражданами княжества. Даже не "гражданами", а "подданными". Как мысль?

– Всю жизнь мечтал стать подданным. А чьим именно?
– Оранжевый поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее.

– Ну, себя, в качестве Князя я не вижу. Без того хлопот - полон рот. А вот, "Князь Фиола" звучало бы очень поэтично!
– Красный откровенно веселился.
– Смотрите сами! Независимое государство. Мирные договоры со всем белым светом. Но можно объявить войну непосредственно Нью-Техасу. Разнести их вдребезги и под шумок свинтить на Родину. Америкосы вас воевать не пойдут. Дорого, да и нет ничего такого, что бы "дерьмократию" у вас внедрять. Урана - нет, индия - нет, даже алмазов нет. В такую даль, да на казенном топливе они никогда не попрутся, даже если посчитают, что мирный договор был нарушен. А если даже и попрутся, так еще неизвестно чем закончится.

– Это как?
– удивился я, - ты всерьез считаешь, что мы, на одной "Пиранье" сможем выстоять против Шестого Американского флота со всеми его крейсерами и авианосцами?

– На "Пиранье" не сможете. Хорошо, если просто удрать получится. А вот на орбите той самой третьей планетки болтается платформа с тридцатью пятью спутниками-мониторами планетарной защиты "Паранджа". Шестой флот может и пробьется сквозь них, но нахлебается так, что в следующий раз вообще не полезет. Особенно, если вас там не окажется.