Игра лжецов
Шрифт:
Чаты и страницы блогов пестрели подробностями. Все пострадавшие были на вечеринке в братстве, их видели десятки и сотни гостей – но никто не мог вспомнить, в какой момент эти пятеро пропали. И наркота, и алкоголь лились рекой. Вроде бы кто-то смог узнать, что на камерах видеонаблюдения заметили отъезжающую от дома братства машину со стратегически заляпанными грязью номерами. Но этим автомобилем оказалась серая Хонда Цивик. Десятки таких проезжали по кампусу каждый день, тысячи – по улицам Нью-Хейвена. Нельзя было понять, связано ли это с похищением или просто какой-то студент возвращался домой. Отследить путь Хонды тоже не получилось. Не на всех улицах камеры оказались исправны.
Волонтёры и спасатели прочёсывали леса вокруг Нью-Хейвена, некоторые даже предлагали осматривать побережье, несмотря на гигантское расстояние. Но Стивенсона до сих пор не могли найти.
Анита знала, что Льюис Стивенсон мёртв. Но она не могла понять, почему.
В понедельник на одноразовый телефон от Франциска пришёл стандартный в таких делах отчёт – видео и фото с избиением и пытками жертв. Анита пролистала фотки, попивая кофе в пустой комнате своего общежития. Потом открыла чат.
«Мы будем притворяться, что ты не нарушил план? Что со Стивенсоном?».
«Чёрт, я думал прокатит», – пришёл тут же ответ. И следом:
«Я объясню при встрече. Ты можешь снова выбрать место, чтобы чувствовать себя безопаснее».
Не требовались ей дополнительные утешения. Анита согласилась встретиться всё в том же придорожном кафе, что и в прошлый раз.
Но сначала…
В здание братства её пускать не хотели. Не удивительно – наверное, многие пытались притвориться знакомыми студентов, чтобы зайти внутрь и что-то разнюхать. Анита не сомневалась, что кто-то даже пытался пробраться через идущую рядом стройку – уже несколько лет по соседству с Дельта Омикрон Пи ремонтировали старую часовню, построенную ещё при основании Йеля. Теперь её планировали использовать как новую библиотеку. Строительные леса были очень удобны для слежки, уж Анита это отлично знала.
– Да спросите просто Мэтта, Мэтта Паркера. Он меня знает. Мне нужно увидеть его.
– А Мэтт никого не хочет видеть, – рыкнул старшекурсник-бугай, преграждающий вход.
– Меня захочет.
– Неужели? Милочка, ты многое о себе думаешь. Братья перед сучками, понимаешь кодекс? А Льюс – настоящий брат Мэтта, он сейчас…
– Назовёшь её сучкой ещё раз – и она сломает тебе руку, наверное, – послышался хриплый смешок из глубины коридора.
– Мэтт, – выдохнула Анита с облегчением, сделала пару шагов вперёд и обняла своего… друга?
Мэтт выглядел плоховато. Красные глаза, грязные волосы, мятая одежда. Он приобнял Аниту на пару секунд, а потом отстранился, продолжая проверять большой рюкзак.
– Я просто хотела спросить… как ты?
Анита старательно репетировала слова по пути к братству. Знала, как легко выдать себя неаккуратной фразой. Например, принося соболезнования когда человек ещё не признан мёртвым.
– Они обязательно найдут его, Мэтт. Всё будет хорошо, я уверена.
Мэтт слабо улыбнулся ей, подняв голову.
– Спасибо, Ани. Мне… я знаю, что ты особо не любишь Льюиса и его компанию. Так что это много для меня значит.
– Они не очень хорошие люди, но они не заслужили такого, – не моргнув глазом соврала Анита, сочувствующе сжимая пальцы на руке Мэтта. – Ты куда-то идёшь?
– Да. Я хочу принять участие в поисках. Половина братства уже там.
– Вы большие молодцы!
– Да. Если хочешь, ты тоже… можешь присоединиться? Я знаю, что они собирают волонтёров у главного корпуса.
Будто не было дел поважнее, ха!
– Да, я уже ходила туда, – Анита вздохнула тяжело. – К сожалению, с моими проблемами в учёбе мне в самом буквальном смысле грозит исключение, а профессора не предоставляют нам отгулы. Козлы, да?
– Наши старшие так злы по этому поводу, – подхватил Мэтт, а потом осёкся, почти всхлипнул. – Льюис всегда… чёрт. Ладно. Ладно, спасибо, что зашла, правда.
– Я буду тебе писать, но ты не думай об этом особо, хорошо? Можешь отвечать, когда тебе удобно, я всё понимаю. Просто хотела бы знать, как ты.
Мэтт взглянул на неё с таким теплом и нежностью во взгляде, что Анита непроизвольно улыбнулась в ответ – по-настоящему искренне и широко.
Она немного отстранилась от Мэтта в последние дни, разочарованная его преданностью грёбанным членам братства и защитой их поступков. Сомневалась, стоит ли продолжать общение в целом. Но, с другой стороны, разве Анита могла судить? Членами её семьи были жестокие убийцы. Чёрт возьми, вчера она умилялась тому, что Алессандер охранял её с пистолетом и был готов стрелять на поражение в каждого, вошедшего в дамскую комнату.
Если бы эти пятеро идиотов не мешали ей, Анита и не обратила на них внимание, скорее всего.
Тут Мэтт наклонился – до сих пор было иногда непривычно, когда мужчины наклонялись к ней – и мимолётно поцеловал Аниту в макушку. От него пахло потом, кофе и дезодорантом. Он явно плохо спал и забыл сходить в душ. Но это всё напоминало о том, что Аните нравилось в плюшевом Мэтти. Его безопасность.
Нет, Мэтт не заслужил доверия и не прикрывал ей спину. Безопасность заключалась в другом. Этот парень был будто не реален в её мире, вёл себя как игрушечный, с его добрым сердцем, бесконечным сочувствием, открытыми и искренними эмоциями.
Рядом с ним и сама Анита была ненастоящей – девочкой, которая привставала на носки, следуя за чужим прикосновением, переживала о пропавшем студенте, сочувствовала. И поэтому она была в безопасности. Ведь ничего здесь не реальное, с ними двумя.
А в настоящем мире её ждала встреча с киллером.
Франциск выглядел всё также – зелёные волосы, множество татуировок, какая-то майка с гигантскими вырезами под руками, демонстрирующая рёбра и мускулы, будто он с пробежки пришёл.
– Что пошло не так? – спросила Анита, стоило за ним закрыться двери.
– Вау, сразу к делу. А как же прелюдия, миледи?
Анита никак не отреагировала на его усмешку. Тогда Франциск кинул кожаную куртку в сторону старого письменного стола у стены, снова оседлал стул спинкой вперёд. Вздохнул как-то устало.
– Я виноват. Я нарушил план.
– Ты серьёзно? – после паузы переспросила Анита. – Ты серьёзно сейчас? Ты оскорблял меня, все уши прожужжал тем, как ужасен мой план, ты…