Чтение онлайн

Данте сделал крошечный глоток, прикрыв глаза от удовольствия. Затем аккуратно поставил пиалу на деревянный поднос.

— Таблетки дают лишь временный эффект. И они не дают главного — абсолютной веры, Дюбуа. Человек, глотающий амфетамины, прекрасно знает, что действие препарата скоро закончится. Он подсознательно ждет отходняка. Ждет слабости и дрожи в руках.

Консильери наклонился чуть вперед. Его взгляд стал цепким, почти фанатичным.

— Мы же дали вам идеальную иллюзию. Мозг — самый мощный компьютер в известной вселенной. Если убедить его, что тело получило передовую оптику и систему наведения, нейроны сами перестроят работу мышц под новый стандарт. Химия лишь поддерживает эту уверенность. Вы превзошли все тактические расчеты исключительно потому, что искренне верили в свою механическую неуязвимость. Железо ломается, Пьер. Вера — никогда.

Наемник криво усмехнулся. Коротко, зло, без малейшего намека на веселье.

— То есть, когда мы воевали с триадой, это не алгоритмы просчитывали траектории пулеметного огня? Это я сам придумывал цифры?

— Именно! — торжествующе улыбнулся корпораст. — Вы сами рисовали эти тепловые контуры. Ваше звериное чутье, обостренный слух, периферийное зрение улавливали врага за доли секунды. А отравленный нашей сывороткой мозг просто проецировал это в виде удобного цифрового интерфейса. Это и есть истинная эволюция. Синтез первобытных инстинктов и глубокого программирования личности. Вы — совершенные гибриды.

Ветеран молчал. Слова нанимателя звучали красиво, умно и масштабно. Очередная красивая сказка про сверхлюдей. За долгие годы службы бывший легионер выслушал десятки подобных телег от различных диктаторов, безумных пророков и полевых командиров. Все они свято верили в собственную исключительность.

Но правда всегда оставалась грязной, кровавой и предельно простой.

— А тот глюк на бетонном заводе? — голос командира упал до хриплого шепота. — Я видел угрозу там, где висел кусок ржавого металла. А потом система пыталась заставить меня выстрелить в спину Батисту. Ваша хваленая эволюция чуть не пустила нас в расход из-за сбоя в галлюцинациях.

Данте едва заметно поморщился. Идеальная картина мироздания дала досадную трещину.

— Издержки производства. Дозировка препаратов оказалась слишком высокой для столь длительного и плотного огневого контакта. Жесточайший стресс спровоцировал легкую паранойю, и мозг на секунду отрисовал союзника как приоритетную цель. Мы уже скорректировали формулу. В следующих поставках воды для вашей базы подобный инцидент не повторится.

— Значит, вода в кулерах, — хмуро резюмировал Шрам. — Дешево, сердито и никто не задает вопросов.

— Вы сильно разочарованы? — консильери снова взялся за пузатый чайник. — Вы пошли к уличным мясникам, вскрыли нашу маленькую корпоративную тайну. Наверняка чувствуете себя преданным и обманутым?

Наемник взял со стола свою пиалу. Темная, густая жидкость почти не пахла. Резким движением выплеснул дорогой чай прямо на тростниковое татами.

— Мне плевать, — холодно ответил Пьер, поднимаясь на ноги.

Итальянец удивленно замер. Он явно ожидал вспышки ярости, угроз расправы или хотя бы затяжного философского спора о морали.

— Плевать на вашу фальшивую эволюцию, на химию в кулерах и на то, какими именно фокусами вы рисуете зеленые циферки в моей голове, — чеканя каждое слово, произнес ветеран. — Я солдат. Наемный клинок. Мое дело — рвать глотки по указанным координатам.

Шрам оперся кулаками о низкий столик, тяжело нависнув над нанимателем.

— Ваша контора дает отличное оружие. Вы обеспечиваете железобетонную логистику. И вы платите столько золота, сколько я не заработал бы за десять жизней в африканских песках. Собачья верность покупается свежим мясом и звонкой монетой, а не высокими идеалами. Пока ваши миллионы исправно падают на мой защищенный счет, меня полностью устраивают правила этой игры.

Лицо Данте мгновенно разгладилось. Корпораст едва заметно, облегченно выдохнул, возвращая себе фирменную самодовольную улыбку хозяина жизни.

— Прагматизм. Я всегда ценил в вас именно это качество, господин Дюбуа. Вы мыслите кристально ясно.

— Но запомни одну вещь, ухоженный ты ублюдок, — голос наемника заледенел, пробирая до самых костей. — Если золотой ручеек внезапно иссякнет. Или если твоя новая экспериментальная формула снова попытается заставить меня навести ствол на моих парней… Я приду за тобой. И мне не понадобится никакой интерфейс, чтобы вырвать твой кадык.

Командир резко развернулся и зашагал к выходу. Бумажные двери бесшумно разъехались, пропуская его во влажную сеульскую ночь.

— Готовь жирный аванс за следующий контракт, Данте, — бросил бывший легионер через плечо, не оборачиваясь. — Мы еще не закончили зачистку.

Ночные улицы Сеула превратились в сверкающие неоновые реки. Дождь не прекращался, заливая лицо и ледяными струйками стекая за воротник, но ветеран не пытался укрыться. Он шагал сквозь плотную толпу района Каннам, словно мрачный призрак среди беззаботных живых.

В правом глазу привычно мерцали зеленые цифры. Теперь они казались не чудом передовой кибернетики, а насмешливым, невидимым клеймом. Шрам смотрел на эту иллюзию с холодным, выверенным равнодушием. Ошейник может быть сделан из титана, а может — из химических галлюцинаций. Суть инструмента от этого не меняется.

«Собачья верность», — беззвучно усмехнулся командир, переступая через глубокую лужу, в которой отражалась реклама корпорации. Пока миска полна лучшего мяса, боевой пес будет исправно рвать глотки по указанным координатам.

Африка давно научила его не задавать лишних вопросов, если контракт оплачен чистым золотом. Его парни живы. Оружие безотказно стреляет. Деньги капают на защищенные счета с астрономической скоростью. А то, что в корпоративных кулерах плещется сложная психотропная дрянь… В Легионе им скармливали стимуляторы горстями, лишь бы они могли маршировать по раскаленному песку трое суток подряд. Разница заключалась только в красивой упаковке и цене.

Элитный клуб «Синдикат-Омега» сверкал глянцем и дорогим хромом. Двое массивных громил на входе попытались было преградить путь промокшему насквозь мужчине в грязной куртке. Но хватило одного тяжелого, мертвого взгляда серых глаз, чтобы местный фейс-контроль мгновенно испарился. У хищников есть свой язык, и эти амбалы прекрасно поняли, что перед ними не пьяный бродяга.

Внутри грохотал густой, вибрирующий в самой груди бас. Воздух был плотно пропитан запахами вылитого шампанского, мускусных женских духов и легких наркотиков.

Своих людей наемник нашел в самой дорогой VIP-зоне, отгороженной от остального зала толстым тонированным стеклом. Картина оказалась до боли предсказуемой.

Батист, раскинув необъятные руки-кувалды, занимал целый кожаный диван. Гигант меланхолично и методично потягивал янтарный виски прямо из горла тяжелой бутылки. На его широкой, бронированной мышцами груди мирно посапывала миниатюрная кореянка в вечернем платье.