Чтение онлайн

К горлу подкатил липкий комок страха. По спине пробежали холодные мурашки. Волосы на теле встали дыбом. Интуиция вопила, захлёбываясь собственным криком: опасность, заставляя судорожно сжимать древко копья, будто бы оно было последним, за что мог зацепиться утопающий. И в то же время я понимал… Нет, просто откуда-то знал, что ни копьё, ни арбалет, ни меч не произведут на «это» никакого эффекта. Магия — тоже. Единственный способ избежать опасности — шевелить поршнями, как можно быстрее и дальше отсюда.

— Быстрее перебирайте ногами и не смотрите в избу, — бросил я ускоряя шаг и стараясь больше не глядеть в проём. Я и без того знал, что оно там. Чувствовал его каждой клеточкой своего тела.

— А… — начала было Айлин, но увидев мой взгляд, быстро сообразила, что расспрашивать и спорить не время и тоже ускорила шаг. Даже Альберт и Сюзанна, видимо тоже почувствовав нечто внутри избы, «взбодрились» и быстро догнали нас.

Тропка выводила на небольшое утоптанное подворье. От забора остались лишь с десяток досок. Они, словно пеньки редких гнилых зубов смотрели в низкое, но всё ещё безоблачное небо. Надвратная арка давно покосилась, и казалось вот-вот завалится в жидкую грязь старой дороги, уходившей куда-то в сторону леса. Самих ворот не было. Они просто пропали. Зато на низкой тёмной перекладине висел небольшой колокол, поверхность которого уже тронула ржавчина. Когда-то с его помощью гости звали хозяина или домочадцев. Теперь же лишь ветер трогал его своими промозглыми пальцами, изредка разливая по округе скрипучий звон.

Сразу за аркой виднелся ещё один «вихрь». На этот раз настоящий. Ловушка расположилась прямо посреди дороги и лениво крутила в воздухе старые пожухлые травинки, жидкие шарики грязи и мелкие камушки. Воздух возле неё едва слышно гудел. Гудел от странного напряжения, скопившегося в одной точке пространства и времени. При нашем приближении вихрь едва заметно ускорился, вытянул в нашу сторону одну из своих прозрачных ложноножек и плюнул в проводника небольшим шариком грязи. Тот ловко увернулся от летящего комка, остановился и повернулся к нам. Выражение лица у него было странным.

— Здесь начинается граница урочища, — бросил он, опершись рукой на надвратную арку, — И здесь же вы оставите все свои регалии. Мне насрать, насколько важные вы шишки там, на большой земле. Тут, — проводник пальцем ткнул себе под ноги, — Ваши титулы, звания и прочее дерьмо стоят не больше грязи из под ногтей. С этого момента главный я. Будете быстро и чётко выполнять мои приказы, тогда, быть может, дойдете до пункта назначения живыми. Даже если приказ будет — идти на руках. Вам всё ясно?

Я молча кивнул. Айлин тоже. Альберт лишь молча вытер со лба крупные бисерины пота. Сюзанна тяжело выдохнула опершись на древко своего копья. Но возражений так и не последовало. Проводник едва заметно улыбнулся и кивнул, указав пальцем в сторону вихря.

— Это — одно из самых безобидных чудес, что нам встретиться на пути. Если не влезть прямо в его центр, то самое худшее, что оно может сделать — плюнуть в вас камнем или комком грязи.

— А если всё-таки влезть? — поинтересовалась Айлин.

— То остаток дня ты потратишь на то, чтобы выбраться из её пут, — пояснил проводник, — Потеряв при этом почти всё барахло, что тащишь с собой. Водоворот очень жадный и крайне не любит расставаться с тем, что в него попало. А дальше, тебя скорее всего сожрут, если не успеешь отыскать укрытие до темноты. Ещё вопросы?

Ответом ему была тишина, нарушаемая лишь гудением вихря, поскрипыванием колокола, да тихим, едва различимым пением, доносившимся со стороны избы.

— Тогда двигаем, — бросил проводник, поворачиваясь к нам спиной, — Идёте за мной след в след. Ничего не трогаете. Ни на что не отвлекаетесь. Если заметите тварь или человека, прежде чем бряцать оружием или пытаться его подстрелить — говорите мне. А и ещё одно… — он на мгновение задумался пытаясь подобрать нужные слова, — В урочище многое — не то, чем кажется. Доверяйте своим чувствам и поменьше верьте глазам. Теперь идём.

Он ещё мгновение помедлил, копаясь в поясной сумке. Достал оттуда какую-то тёмную палочку которая была привязана к катушке с тёмной тонкой нитью. Размахнулся и швырнул её. Палочка пролетела несколько метров и с тихим плеском шлёпнулась в грязь. Проводник сделал несколько шагов вперёд, потянул за нить, поднимая предмет с земли, а затем легонько крутанув его снова бросил вперёд.

Удобно и предельно логично. Всяко лучше, чем таскать с собой целый мешок камушков или наклоняться каждый раз, когда ты бросил его мимо очередной ловушки. А самое главное, если предмет всё-таки попадёт в поле действие местной «аномалии», то нитка просто оборвётся. Отматываешь от катушки нужный кусок, привязываешь к нему новую мусорину и можешь спокойно идти дальше. Мы себе тоже таких прикупили у местных любителей острых ощущений.

— Последний шанс повернуть назад, — бросил я, повернувшись к колдунам. Альберт лишь покачал головой.

— Думается мне, последний шанс был у той поющей хаты. То, что там «живёт», вряд-ли выпустит нас обратно.

— Мы постараемся не быть обузой, — добавила Сюзанна.

Я молча кивнул и пошёл за проводником, стараясь наступать в его следы.

Ловушку обогнули быстро, да и хлопот она нам не доставила. Лишь пару раз лениво плюнула грязью в нашу сторону и продолжила гонять по кругу камушки, ветки и траву. Проводник смотал свой щуп и мы двинулись дальше.

Шли медленно и осторожно. То и дело останавливались. Проводник прислушивался к чему-то. Тихо бормотал себе под нос. Иногда всё-таки разматывал своё «удилище» и проверял дорогу на наличие скрытых ловушек. Сюзанна и Альберт потихоньку приходили в себя. Мы же с Айлин крутили головами, осматривая окрестности.

Поляна оказалась на удивление просторной. Скорее была даже небольшим полем, в дальнем краю которого виднелись развалины небольшого хутора. Крыша давно провалилась внутрь, белёные некогда стены давно облупились и посерели. От построек во дворе так и вовсе остались лишь груды гнилых досок и брёвен. Прямо посреди заросшего бурьяном двора кружился ещё один вихрь, лениво подбиравший с земли кусочки жидкой грязи. Чуть поодаль виднелись кучи гнилья. Когда-то это были стоги сена, но за несколько лет они превратились в коричневые бесформенные кучи, которые, однако, ещё не успели прорасти свежей травой. Хутор тоже бросили не так уж давно. Год, максимум — два назад.

Дорога петляла меж небольших холмов и снова углублялась в лес. На этот раз — густой ельник. По пути нам встретились ещё два вихря, но были они настолько маленькими и слабыми, что даже не стали плеваться в нашу сторону. Урочище подмяло под себя эти земли сравнительно недавно и ещё не успело как следует их «обжить».

Перед входом в чащу нам повстречалась ещё одна причуда этого места. Прямо посреди дорожной грязи расположился идеально ровный круг. По его гладкой поверхности неторопливо ползали крупные чёрные капли. Ползали, на первый взгляд абсолютно хаотично, но ни разу ни одна из них так и не вышла за его пределы.

— Это у нас зовётся паутиной, — пояснил проводник, подбирая с земли какой-то старый гнилой корень.

— Интересно почему, — хмыкнула Айлин, — На паутину то как раз совсем не похоже. Скорее на блюдце какое.

— Сейчас увидишь, — проводник размахнулся и швырнул деревяшку на край круга.

Первое мгновение ничего не происходило. Коряга с тихим плеском шлёпнулась в грязь и замерла на месте. Однако спустя секунду по поверхности «аномалии» пошли круги, как по воде. «Капли» почувствовали это. Остановились. Замерли, словно бы прислушиваясь и определяя откуда пошло возмущение. А затем все разом рванули в сторону деревяшки.