Чтение онлайн

— Она тебя не хочет, но это поправимо, — сказал Андрей Алекперу. — Захочет, еще как, если попросим. Ты, я вижу, свою актрису уже забыл. И правильно. Куда твоей старухе до здеш­них телок... Ну так что? Условие сам знаешь какое.

Алекпер отвел взгляд от девушки. Эти ребята уже всех здесь обучили русскому языку. Они по- русски щедры и даже по-своему справедливы. Но они жестоки, с чем этой девочке, этим барменам и уборщикам еще предстоит столкнуться. Алекпер вспомнил глаза Дел ары. Он не предаст ее. Он ее не забудет.

И он, отвергая слова Андрея, покачал голо­вой. Нет, он не предаст ни отца, навязавшего ему пост нефтяного босса республики, ни своих бра­тьев, не предаст и возлюбленную.

Серега и Андрей переглянулись. Они понима­ли друг друга без слов.

— Кончать надо эту волынку, — негромко сказал Серега, по-хозяйски положив руку на плечо девушке. — После обеда отвезем его... — И показал рукой в сторону зеленых гор.

Кончита жалостливо посмотрела на Алекпера, что-то такое она поняла. Ее жалость была сродни жалости к курице, которую собираются зарезать.

Русских здесь любили. Они были великодуш­ны к местным жителям, не такие жадные, как французы и американцы. Последние, впрочем, почти перестали наведываться в этот район «рус­ских национальных интересов». Русские были добры к местному населению, но в отношении к своим бывали иногда свирепы и жестоки. Уже не раз труп очередного русского, что-то не поделив­шего со своими соплеменниками, всплывал в одной из бухточек этого райского уголка Нового Света. Говорили, что это не совсем русские, а какие-то «новые русские». Но никто здесь в этом не разбирался — новые, старые... Главное, чтобы местных жителей не обижали.

Алекпер поднялся с песка. Он был выше, стройнее, несмотря на свои сорок лет, этих пар­ней. У него было красивое, одухотворенное лицо, черные глаза и девичьи губы. Кончита, разглядев его, даже неприметно вздохнула. Но нет, ее дети все-таки должны быть от «Сырожи», чтобы глаза, как небо...

Алекпер и Андрей смотрели, как парочка ухо­дит в сторону бунгало, прикрытого широкими листьями разросшихся бананов.

— Завидуешь? — спросил Андрей. — Только я бы на твоем месте о другом сейчас думал... Дурак ты, дурак, потому что себя не жалеешь.

И опять лег спиной на песок, прикрыв лицо широким сомбреро.

Он был слишком уверен в себе. Сверх всякой меры. Этот азер — куда он денется? Чуть при­жмешь яйца плоскогубцами — и весь моральный долг перед отечеством испарится.

— Пойду искупаюсь, — сказал Алекпер, глядя на загорелый кадык Андрея, под которым был заметен белый шрамик.

— Иди, только далеко не заплывай, — не от­крывая глаз, лениво произнес Андрей. — Хотя какой из тебя пловец...

Алекпер внимательно присмотрелся к его шее — такой сейчас беззащитной, с чуть пульси­рующей жилкой. Перевел взгляд на отдыхающих. Половина русских. И почти все дремлют под со­лнцем. Никто ни на кого не обращает внимания. Ушла Кончита, на которую они все только что пялились, и опять над пляжем нависла скука.

Песок крахмально поскрипывал под босыми ногами Алекпера. Андрей спал, приоткрыв рот и раскинув руки. Алекпер подошел к нему и голой пяткой наступил на его кадык. Быстро и реши­тельно перенес на пятку всю тяжесть своего тела. Послышался короткий хруст, невнятное мыча­ние. Алекпер увидел вытаращенные глаза, затем послышалось тихое хрипенье. Несколько голов отдыхающих приподнялись и посмотрели в их сторону, но ничего не увидели, поскольку Алекпер уже убрал ногу с горла мертвого парня с Урала. Окружающие увидели лишь то, как он заботливо оправил на лежавшем свалившееся сомбреро и не спеша побрел к воде купаться.

Задача была одна: не привлекать к себе вни­мания. Хотя так и подмывало взять напрокат мо­торную лодку и — быстрее отсюда... Но наверня­ка здешнему лодочнику было велено не давать моторку этому азеру, а здешние мексиканцы бес­прекословны во всем, что требуют от них богатые клиенты. К тому же надо взять деньги в раздевал­ке. А потом, шум мотора привлечет внимание пляжников: кто это раскатывает в такую жару?

Алекпер плохой пловец, но он постарается. Если плыть вдоль берега бухты, то можно вы­плыть за тот мыс. А там, говорят, другая бухта, там кончается сфера интересов «новых русских». Там отдыхают немцы и американцы.

Сколько он сможет плыть? Вернее, сколько будут отсутствовать Серега и Кончита? Они мо­лодые, жара их только распаляет.

Алекпер плыл вдоль берега, хотя так плыть было дольше. Он боялся потерять сознание от теплового удара и утонуть. В голове шумело, время от времени он опускал ее в воду, стараясь охладить, но вода была теплой, как в ванне, и он плыл почти в забытьи, ничего не видя, ничего не слыша, стараясь экономить силы.

Он не видел, как на берегу поднялась сумато­ха. Кто-то обнаружил труп Андрея, и теперь все бегали, искали его товарища, только что ушедше­го купаться. Уже запускали моторку, уже вырвал­ся из жарких объятий Кончиты Серега, заслышав шум на берегу.

Когда Алекпер услышал шум моторки, он по­думал, что лучше всего сейчас утонуть. Но потом желание жить пересилило в нем страх перед рас­правой.

Он выбрался на берег и спрятался в колючих кустах. Солнце сжигало затылок, колючки не­стерпимо впивались в кожу, он плакал от боли, кусая губы и стараясь не смотреть на море, где его искали.

Там ныряли аквалангисты, блестя своими темными подводными костюмами, там орал, но­сясь по берегу, Серега...

Алекпер дождался ночи. И потом снова по­плыл. Теперь море слегка пощипывало его полу­сожженную кожу и приятно охлаждало.

Он завернул наконец за мыс и увидел огни на берегу. Этот залив был совсем небольшой, вроде бухточки, в которой вода во время прилива под­нималась одновременно везде и точно так же опускалась. Люди на берегу заметили его.

— Я сын Президента... — говорил, теряя со­знание, Алекпер. — Позвоните отцу... — Он по­вторял это по-русски, по-английски, по-азер­байджански. — Меня похитили, я бежал...

Вскоре он начал бредить. Утром пришел в себя и потребовал, чтобы его доставили в посоль­ство. Вертолетом его отправили в российское консульство, представлявшее также интересы республики Азербайджан. Алекпера по-прежнему лихорадило, его ожоги мучительно болели, но он требовал только одного': чтобы его поскорей от­правили к отцу, в Баку.

— ...«Мерседес-500», синий, номер... — моно­тонно выговаривал начальник службы охраны, который вел наблюдение из дома напротив. — Три человека вышли.

— Солоха прикатил, — с удовлетворением от­метил хозяин. — Пусть заберут у них оружие, а потом пропустите.

— «Мерседес-600», черного цвета, номер...

— Неужто Бучило свой «кадиллак» поме­нял? — удивился хозяин, глядя в подзорную трубу на выходящих из машины. — Еще спорил...