Чтение онлайн

Он приблизил большие пальцы рук к ее соскам, совершая воображаемые ласкающие движения. Соски стали еще тверже, и ей захотелось крикнуть, чтобы он прекратил. Она, стиснув кулаки, всей тяжестью тела привалилась к стене. Видимо, у него есть причины поступать так. Возможно, это своеобразная пытка наслаждением, о которой она и понятия не имеет.

— Джексон, пожалуйста!..

Он должен коснуться ее. Сладостный трепет от груди распространялся по всему телу. Она не испытывала холода, вовсе нет. Ей становилось все жарче и хотелось сорвать с себя остатки одежды. Но пусть первое движение сделает Джексон. Он знает, что делать, а она нет.

— Какая ты красивая!.. — пробормотал он.

Джексон не сводил глаз с ее груди, на лице появилась благоговейная улыбка. Губы его дрожали. Она не отличалась крупным телосложением, но и миниатюрной ее нельзя было назвать. Она всегда считала свое телосложение средним, ничем не примечательным и отнюдь не красивым.

Рэйчел прижала к себе его руки. У нее перехватило дыхание, и она выгнула спину, стараясь ощутить его ладони. Его пальцы скользили вверх и вниз, приподнимали ее груди, ласкали их. От наслаждения она простонала его имя.

И тут ее груди коснулись его прохладные влажные губы, он начал легкими движениями втягивать в рот их кожу, лаская ее языком. Рэйчел издала стон и теснее прижала к себе его голову. У нее подвернулись колени, и она почувствовала, что падает. Джексон одной рукой успел ухватить ее под коленями, другой за спину и рывком поднял.

Обвивая руками его шею и покрывая поцелуями лицо, Рэйчел, словно сквозь сон, ощущала, как он поднимается по лестнице и вносит ее в спальню. Она успела заметить кое-какую мебель и голые стены. По крайней мере, у него есть кровать, с облегчением подумала она. Лишь это сейчас ей было нужно. Он уложил ее на матрас, застеленный измятыми простынями, и начал расстегивать рубашку.

Тусклый свет едва проникал сквозь прикрытые жалюзи, в комнате царил полумрак, и казалось, что за пределами этих четырех стен ничего не существует. Рэйчел это вполне устраивало. Ей не хотелось думать о том, что произойдет потом. Ей хотелось жить настоящим моментом, впитать в себя до мельчайших деталей все то, чем обладал Джексон. Ей хотелось распробовать его истинный вкус, узнать, как выглядит его тело, заставить его заполнить болезненное ощущение пустоты. Она знала, что означает эта всевозрастающая тяжесть и что потребуется для ее устранения. Ей это будет стоить ее невинности.

Она никогда особо не оберегала своего целомудрия, но и не считала возможным для себя секс без любви. А любит ли она Джексона? Именно об этом думала Рэйчел, наблюдая, как он расстегивает пуговицы, стаскивает с себя рубашку и отбрасывает ее в сторону. Он забрался в постель, и его огромное тело оказалось рядом с ней, их лица почти соприкасались. Он склонился к ее шее и стал целовать, заставляя ее тело извиваться.

Люблю ли я его? Осмелюсь ли испытать судьбу? Она чувствовала, что между ними существуют незримые узы, некая связь на эмоциональном уровне. Погружая пальцы в его шевелюру, она упивалась сладостным ощущением. Стоит ему взглянуть на нее, и все переворачивается у нее внутри от вожделения. Низкий тембр его голоса обладает способностью лишать ее воли и заставляет ноги подкашиваться. Она постоянно ждала следующей встречи с ним. Но любит ли она его?

Джексон навис над ней, жесткие волосы на его груди коснулись ее сосков, заставив Рэйчел вздрогнуть и судорожно вздохнуть. Она провела рукой по его загорелому телу, наслаждаясь крепостью его мышц, выделявшихся четким рельефом. Это он красив, а вовсе не она. От него веет грубой силой, но руки его щедры и нежны.

Рэйчел сжала ладонями его лицо и притянула к себе, требуя поцелуя. Он подчинился и с такой нежностью поцеловал ее, что у Рэйчел перехватило дыхание. Глаза наполнились слезами. Ей нравилось ощущать его губы, нравилось видеть страстное желание, застывшее в его глазах, она млела от прикосновения его рук к своей чувствительной коже. Ее ощущения нельзя назвать просто вожделением, это нечто иное, идущее от самого сердца.

Джексон сделал движение, и его возбужденная плоть уперлась в нее. Тело Рэйчел обдало жаром. Впившись ногтями ему в спину, она простонала:

— Похоже, на нас слишком много одежды. Он рассмеялся, хотя далось ему это с трудом.

— Я старался не торопить события.

— Очень мило с твоей стороны, — заявила она, толкнув его в плечо. — Но я хочу видеть тебя всего.

Лицо его потемнело, и, стиснув челюсти, он издал звук, напоминавший рычание. Затем встал с кровати, но не снял брюк, как она надеялась. Вместо этого он расстегнул ремешки на ее туфлях и снял их. Хищный огонь вспыхнул в его глазах, когда его рука скользнула ей под юбку и, нащупав резинку ее колготок, стянула их. За ними последовала юбка, и она осталась в одних белых трусиках. Не успела Рэйчел перевести дух, как и они исчезли, и на ней не осталось ничего, кроме амулета. Лицо ее пылало от смущения, но она не пыталась укрыться.

Джексон выпрямился и уставился на нее, его темные зрачки расширились, тень желания застилала глаза.

— Боже, ты неподражаема!..

Дрожь пробежала по его телу, глаза загорелись. Дикая страсть, жажда обладания ею пылали в них. Он вдруг резко наклонился к ней и припал открытым ртом к ее животу.

Джексон снова и снова целовал ее, оставляя на теле влажный след своих губ, устремившихся к ее груди. Рэйчел, прижав ладони к его груди, попыталась остановить его.

Он недоуменно наморщил лоб.

— Что?

— Один из нас до сих пор одет.

Чертыхнувшись, Джексон ослабил ремень и расстегнул брюки. Перед тем как стянуть их с себя, он заколебался, затем взглянул на нее. Немой вопрос застыл на его лице. Он понял, что для нее это впервые? Не потому ли он старался не спешить и медлил с раздеванием? Неужели он думает, что шокирует ее? Если это так, то она еще сильнее любит его за это. Пусть она никогда не занималась любовью, но ей известно, как мужчины устроены.

Или ей только так кажется? Рэйчел села и попыталась вздохнуть, но сердце чуть не выскочило из груди. Тусклый свет отблесками играл на его теле, и казалось, что оно вырублено из камня умелой рукой скульптора. Особо бросался в глаза рельеф мышц брюшного пресса. Руки свободно свисали вдоль тела, но он отнюдь не казался расслабленным. Каждая клеточка его тела источала желание.

Его возбужденная плоть казалась средоточием всех жизненных сил. Ничего необычного в этом для Рэйчел не было. Да и как это могло быть, если она выросла среди не имеющих понятия о нравственности людей, которые без смущения занимались любовью на виду у всех? Впрочем, это было чуждо Рэйчел.

Но с Джексоном все обстояло совершенно иначе.

Она чувствовала ответную реакцию своего тела, стремилась к нему с такой страстью, какой никогда не подозревала в себе. Рэйчел давно знала, что хочет его, но сейчас ее чувства выглядели лишь слабой пародией на прежние ощущения.

Встав на колени, она коснулась рукой его покрытой жесткими завитками волос груди и провела ею в направлении плоского живота. Джексон не шевелился, позволяя ее руке исследовать свою широкую грудь и покатые плечи. Рука Рэйчел скользнула к его спине, а затем вниз, к гладким и твердым ягодицам. Он по-прежнему не шевелился.

Тело Джексона дернулось, и он с шумом втянул в себя воздух сквозь стиснутые зубы, когда, собрав все свое мужество, она обхватила пальцами и слегка сжала его член. Глаза его закрылись, а на лице вспыхнул яркий румянец. Рэйчел завороженно наблюдала, как судорога пробегает по его телу при каждом движении ее руки.