Чтение онлайн

Павел пробормотал неохотно:

— Да видел я их уже… Сразу же послали сержантов за мной, с автоматами…

— Вот видишь… Ты хоть узнал, за что тебя Колян грохнуть хотел?

— Дак мы тогда же правильно угадали! Они там, возле расположения, с полковником и чеченами дельце проворачивали… Колян и его брат Алексей. Колян за рулем «Камаза» сидел, который меня обогнал. Я-то ничего абсолютно не видел, солнце было яркое и на ветровом стекле бликовало, а Коляну показалось, что я его узнал. Ну, он и решил быстренько себя с братцем обезопасить…

— Да-а… друганы у тебя… Правда, что двадцать лет в одной качалке занимались?

— Больше двадцати лет…

— От этого взвоешь… Вот что, Пашка, я понимаю, каково тебе… Я сейчас звякну домой, а потом мы посидим, выпьем. Так сказать, устроим мальчишник… — он вскочил и ринулся в фойе.

Павел посочувствовал бабе Вере. Димыч сходу преподнесет ей историю, вроде того, что будто бы террористы соседнюю муниципальную контору взорвать хотят, и ему срочно надо вызвать отряд спецназа.

Через полчаса Димыч вернулся, притащил бутылку водки, несчетное количество бутылок пива и кусок неизменной ветчины. Вытащил две громадных луковицы из кармана. Нарезая ветчину ножом Павла, он говорил:

— Ты, Пашка, по этому делу даже свидетелем пройти не можешь. Ты ж ничего не видел, просто вычислил, как все могло быть. Именно, могло, а не было. Так что, даже если следаки, которые убийство полковника раскручивают, выйдут на тебя, что они тебе предъявят?

— А ты что, им не поможешь?..

Димыч весело, открыто расхохотался:

— Ну, Пашка, ты и наи-ивный… Чего бы я им помогал? Не я ведь дело веду…

Он разлил водку, поднял свой стакан, прищурившись, остро глянул на Павла, сказал:

— Первый тост следует поднять за здоровье твое и твоей семьи. На моей памяти ты первый, кто из подобного переплета живым выбрался…

— Ну-у… Еще не выбрался… — пробормотал Павел. — Я же еще шестерых там изувечил… Тем не менее, за мое здоровье следует выпить… — он опрокинул стакан, и принялся изготовлять себе бутерброд из хлеба, ломтей ветчины и ломтиков лука. — Вдруг еще явятся, разбираться? Одного так вообще, раком поставил и бутылку шампанского в задницу вставил…

Димыч как раз тянулся к ветчине, не дотянулся, опрокинулся на пол вместе со стулом, и лежал, не смеялся, сипел и дрыгал ногами. Павел жевал ветчину с хлебом и невозмутимо наблюдал за ним. Только минут через десять он поднялся, все еще корчась от смеха, поставил стул, вытер мокрые от слез глаза.

— Ты знаешь, Паша, я за свою ментовскую жизнь столько всяких хохм навидался, но такого… — он снова захохотал, но теперь уже свободно, во всю глотку, просмеявшись, сказал: — Выйду на пенсию, организую фирму, тебя к себе возьму личным киллером…

— Ну, спасибо!.. Только мне и осталось, что киллером работать…

— А что, Паша? Организуем шайку, типа как у Робин Гуда, и будем экспроприировать богатых, и отдавать все бедным…

— Типа себя… — добавил Павел. — Робин Гуд, бля… Романтик ты, Димыч, я с первого взгляда просек…

— Станешь тут романтиком… — Димыч помрачнел, принялся разливать по второй. — Я, честно говоря, сразу тебя похоронил, как только ты мне рассказал, что кто-то тебя вылавливает… Ну, давай теперь за упокой души Коляна, чтоб не шлялся по ночам, добрых и честных людей не пугал…

— За упокой души, друга моего Николая… — медленно выговорил Павел и выпил водку.

Готовя себе второй бутерброд, проговорил:

— Знаешь, Димыч, я им не завидую, ни ихним «мерсам», ни особнякам. Нехай подавятся своими баксами, но только в свои игры пусть меня не втягивают!

— Аналогично, Паша! За это следует выпить… — он незамедлительно разлил по третьей.

Опрокинули, закусили. Димыч заметно захмелел. Он явно не притворялся. Павел подумал, что у него что-то не так, но выспрашивать не стал.

— Пашка, а тебе следовало бы пару раз по роже заехать, за то, что меня стукачком посчитал…

— Но ты же мент, али не мент?..

— Но я же не на работе?..

— А кто тебя знает?..

— Нет, определенно ты напрашиваешься…

— А еще поглядим, кто кого…

Они одновременно вскочили, сцепились на свободном от всяких железяк пространстве. Павел попробовал одно, из арсенала былых энкаведешников, другое… Ага, знает… А это? И это знает… Тут ему не в шутку уже пришлось защищаться от контратаки… Черт, будто в одной школе занимались… Зажали друг друга смертельными захватами, постояли, покачиваясь и сопя, одновременно разжали захваты, сели за стол, откупорили по бутылке пива.

Димыч спросил:

— Где обучался?

— Ага, так я и сказал… Чтобы потом того деда за жабры взяли…

— Так ведь мы должны были у одного и того же деда обучаться… Мы ж с тобой почти одного возраста…

— Да я не отсюда, я из Урмана…

— Теперь поня-ятно!.. — Димыч просиял. — Дядя Гоша?.. Неужто жив?

— Не знаю… Я давно в Урмане не был… Ему уже за восемьдесят должно быть… А ты что, у него обучался?

— Да нет, не у него, у другого старичка, из той же конторы… Просто, о дяде Гоше легенды ходят по всей Сибири. Одно время об заклад бились, дадут ему майора, или нет… Так и не дали!..

Димыч разлил остатки водки, получилось чуть меньше, чем по полстакана, спросил:

— Может, еще сбегать?..

— Не стоит… — Павел и сам чувствовал, что ему хорошо. — Пива еще море…

— Пиво, эт, да… Пивом водочку усугубить — самое то… Я вот что, Паша, заночую тут с тобой. Если братки явятся, перемочим всех к херам, и в морг сдадим на полном законном основании…

— У тебя что-то случилось?.. — Павел поднял стакан, Димыч в глазах заметно колебался.

Димыч выпил водку одним глотком, закусил остатком ветчины, проговорил медленно:

— Жена, понимаешь, вопрос ребром поставила, требует, чтобы я пошел в охрану какого-нибудь денежного папика. Надоело ей, видишь ли, рублишки считать до зарплаты, хочет баксы считать…

— Ну, а ты?..

— А что я?! Я, Пашка, волк, а не цепной пес… В конторе хоть и полно гнилья, но она государственная. Понимаешь, го-су-дар-ствен-на-я… И я государственный человек. А если к частнику пойду, моментально в холуя превращусь…

Павел опрокинул свой стакан, закусил остатком своего бутерброда, откупорил бутылку пива. Отхлебнул. Пиво было замечательно холодным и вкусным. Но тут из фойе пронзительно закричала баба Вера. Он аж подскочил от неожиданности. Машинально глянул на часы, было уже одиннадцать. Он вскочил и кинулся к лестнице, ноги заплетались. Заперев дверь, он вернулся в машинное отделение. Димыч задумчиво сосал пиво.