Чтение онлайн

С глубочайшим уважением и верой в справедливость. Леди Элиара де Штернберг».

Феликс дочитал письмо и, смяв его, швырнул в холодный камин. Женской ревностью несло за милю. Использовать Тайную Канцелярию, священное ведомство, отвечающее за безопасность королевства, для сведения личных счётов?! Это было возмутительно!

Демор почувствовал, как в нём закипает тихая ярость. Но что вывело его из себя по-настоящему, так это имя Антонии, упомянутое в письме. Руки Феликса, лежащие на столе, сжались в кулаки. Он был предан долгу и чести, а в данной ситуации именно они требовали действий. Глава Тайной Канцелярии не мог игнорировать официальный донос, тем более от аристократки. Но он также не мог позволить, чтобы Элиара безнаказанно порочила имя женщины, которая захватила все его мысли.

Феликс вызвал секретаря и ледяным тоном произнёс:

— Отправьте к графине де Штернберг людей. Пусть её доставят в Тайную Канцелярию. Немедленно.

Секретарь кивнул и исчез за дверью, а Демор встал и подошёл к окну, за которым просыпался город. Лучи утреннего солнца мягко скользили по верхушкам деревьев, отбрасывали блики на окна домов. На горизонте сверкала синяя полоса моря.

Доротея Пендлтон... Глава Тайной Канцелярии вспомнил тот вечер, когда он склонился над бездыханным телом лорда Кассиана Вэйла, а в этот момент дверях кабинета показалась хозяйка антикварной лавки.

У Феликса не оставалось другого выбора. Ни единого. Если бы он хоть на секунду замешкался, то вся его тщательно выстраиваемая операция по разоблачению преступной сети Кассиана пошла бы прахом. Настоящим убийцей был Бертран Вэйл. Но его арест мог спугнуть всех остальных причастных. Демору нужна была пауза и, конечно же, отвлекающий манёвр. Появление Доротеи стало счастливым стечением обстоятельств. Идеальным шансом. Обвинив её, Феликс выиграл драгоценное время. Он мог использовать Бертрана как марионетку. Постепенно, по крупицам вытягивая из него нужную информацию, не спугнув при этом большую рыбу…

Феликс вынырнул из своих мрачных мыслей и позвонил в колокольчик. Почти сразу же дверь приоткрылась, и в проёме показался секретарь.

— Кофе, — коротко бросил Феликс. — Крепкий.

— Да, ваша светлость.

Вскоре молодой человек вернулся с небольшим серебряным подносом, на котором стояла дымящаяся чашка. Но главе Тайной Канцелярии удалось сделать всего лишь несколько глотков. В кабинет снова заглянул секретарь:

— Лорд Демор, доставили графиню де Штернберг.

— Пусть войдёт, — Феликс откинулся на спинку кресла. Раздражение с новой силой охватило его.

Через минуту на пороге появилась леди Элиара де Штернберг. Её дорогое платье цвета индиго выгодно подчёркивало идеальную фигуру, а блеск бриллиантов на шее и в ушах слепил глаза. На лице графини заиграла кокетливая улыбка. Демор с неприязнью отметил, что демонстративно великолепный вид посетительницы не соответствовал раннему утру.

— Здравствуйте, ваша светлость, — проворковала она, будто Феликс был не главой Тайной Канцелярии, а очередным поклонником. — Я так и знала, что вы отреагируете на мой сигнал незамедлительно.

— Доброе утро, леди, — повелительным жестом Демор указал рукой на кресло, стоящее по другую сторону стола. — Присаживайтесь.

Элиара чуть нахмурилась, не ожидая столь холодной реакции. Она грациозно опустилась в кресло, изящно поправила прядь волос и снова посмотрела на Феликса. Глаза графини хищно блеснули.

— Надеюсь, вы примете меры? — с нетерпением поинтересовалась она. — Эти содержанки не должны позорить наше общество. Им не место в Велуаре, они просто обманщицы. Их нужно…

— А теперь послушайте меня, графиня, — резко прервал Элиару Демор. От металла, прозвучавшего в его голосе, по спине женщины пробежал холодок. — Если вы и дальше позволите себе подобные высказывания, то ваша жизнь в Велуаре кардинально изменится. И поверьте, не в лучшую сторону.

Графиня, которая только что была так уверена в себе, испуганно уставилась на главу Тайной Канцелярии. Её глаза расширились, а кокетливая улыбка сползла с лица. Леди Элиара явно не ожидала такой реакции, а уж тем более прямой угрозы, сказанной с абсолютным спокойствием, что пугало само по себе.

— Что вы имеете в виду, ваша светлость? — графиня побледнела.

Феликс поднялся и не спеша обошёл стол. Элиара не смела даже пошевелиться, когда он остановился прямо за спиной доносчицы. Руки Демора легли на её плечи, чуть ближе к шее и слегка сжали их. Небольно, но достаточно ощутимо, чтобы по телу пробежали мурашки.

— Графиня, вы, конечно, вольны думать что угодно. Однако я бы на вашем месте был осторожнее в формулировках. Особенно, когда речь идёт о дамах, которые, например, так заботливо присматривают за магазином… Моя Канцелярия, графиня, всегда в курсе всего, что происходит в Велуаре, — дыхание лорда Демора обожгло щёку Элиары, и он убрал руки с её плеч. По телу графини прокатилась волна облегчения. — Так что можете не переживать за честь и порядок нашего общества. Всего доброго, леди Штернберг.

— До свидания, ваша светлость, — женщина поднялась и заторопилась к выходу. Но ледяной голос главы Тайной Канцелярии настиг её у двери:

— Надеюсь, у вас больше не появится желания строчить доносы. Мой вам совет: займитесь чем-то более интересным. Устраивайте балы, ходите по магазинам, встречайтесь с подругами. Иначе мне придётся принять меры.

Феликс чувствовал дикое раздражение. Он не понимал, что с ним творится, и каждую минуту своей жизни пытался вытравить из себя образ несносной, упрямой женщины. Но Антония была такой живой, такой настоящей, что даже мысль о ней отзывалась странным, непривычным теплом где-то глубоко внутри.

Глава Тайной Канцелярии приказывал себе сосредоточиться на докладах, на расследованиях, на чём угодно, только не на ней. Но это было бесполезно. Каждая попытка отвлечься лишь сильнее притягивала его мысли к Антонии. Феликс закрывал глаза, и перед внутренним взором мгновенно расцветала её улыбка. Карие глаза смотрели непокорно и с иронией. Он даже с лёгкостью мог вспомнить приятный, едва уловимый аромат её кожи. Демор ощущал себя загнанным в угол зверем. Он пойман в ловушку, из которой не было выхода. И боялся этого. Боялся потери контроля, непонятной всепоглощающей тяги…

— Что со мной творится? — прошептал он, сжав виски. — Что?

Человек, который мог управлять судьбами, теперь сам был игрушкой в руках какой-то неведомой силы. Эта внутренняя борьба истощала его.

— Прошу прощения, ваша светлость…

Феликс резко обернулся, услышав тихий голос своего секретаря.

— Что ещё?!

— Прибыл лорд Абернати, — молодой человек склонил голову. — Сказать, чтобы зашёл позже?

— Нет. Пусть войдет, — глава Тайной Канцелярии взял себя в руки. Именно сейчас придётся принять решение.