Игры ангелов
Шрифт:
Он наклонился, заглянул ей в глаза:
– Ну а еще что?
– Бренда мне рассказывала, что, когда Рис жила в гостинице, она придвинула комод к двери в соседнюю комнату. Мне кажется, она чего-то боится. Кредитной картой не пользуется, да и телефоном тоже – использует его, только чтобы к Интернету подключиться.
– На мой взгляд, ей нужно отвлечься.
– Друзья ей нужны, вот что.
– Я могу быть ей другом. С тобой же мы друзья.
– Вот как?
Что-то в его лице изменилось, он протянул к ней руку:
– Линда-Гейл...
Но она отвернуласьк двери, изобразила улыбку:
– Привет, шериф!
– Линда-Гейл! Ло! – Шериф Ричард Мардсон сел на табурет. Он был большой и сильный, и мира в городке добивался по возможности уговорами, а если не получалось – силой. – Ну что, снова грызетесь?
– Да нет, просто беседуем, – ответил Ло. – Обсуждаем мамину новую повариху.
– С грилем она точно обращаться умеет. Линда-Гейл, попроси-ка ее поджарить мне курочку. – У Мардсона были голубые глаза и светлые, коротко стриженные волосы.
– Ло, так тебе нравится эта тощенькая?
– Я уже провел разведку боем.
– Надо тебе остепениться, найти порядочную женщину.
– Да я стараюсь! Днем и ночью ищу. Новая повариха – в ней есть какая-то тайна. Кое-кто считает, что она скрывается.
– Если и так, то не от правосудия. Скорее, от мужа или от любовника, который ее поколачивал.
– Не понимаю я этого. Мужчина, который может ударить женщину, не мужчина.
– Мужчины разные бывают, – заметил Рик, допивая кофе.
После смены Рис поднялась к себе наверх и уселась за дневник, который вела в компьютере. В комнате было градусов пятнадцать, так что пришлось надеть свитер и две пары шерстяных носков. Она решила экономить на отоплении, поскольку свет у нее горит и ночью и днем.
Она устала, но в новой квартире ей было уютно и спокойно. А придвинув к двери один из барных стульев, которые дала ей Джоани, она почувствовала себя в полной безопасности.
Сегодня опять работы немного. Заходили только местные. Завтра у меня выходной. Хочу прогуляться у каньона, посмотреть на реку Снейк. От этой реки до Бостонского залива далеко...
Кухня была ярко освещена, Рис с Шерил Кроу мыли плиту.
Это был последний день Рис в «Манео», и она хотела оставить рабочее место в идеальном порядке.
Впереди была неделя отдыха, после чего она приступит к работе на новом месте – ее взяли шеф-поваром в «Оазис», один из самых модных ресторанов Бостона. У нее под началом будет пятнадцать человек, и она будет готовить собственные фирменные блюда. Она давно мечтала о такой должности.
В «Манео» она сама помогла подготовить себе замену. Она знала, что Тони и его жена Лайза искренне за нее рады. На самом деле проболталась помощница Рис, Донна. И сейчас должна была начаться прощальная вечеринка. Рис понимала, что будет скучать и по ресторану, и по сослуживцам, но ей пора было двигаться дальше.
Она отступила на шаг от плиты, одобрительно кивнула и отправилась в чулан – убрать чистящие средства.
В кухне послышался жуткий грохот. Она замерла. И тут же раздались крики. А когда прогремели выстрелы, Рис словно окаменела. Но потянулась к мобильному. Вдруг дверь в чулан распахнулась, и она увидела направленный на нее пистолет.
Ее отшвырнуло вглубь чулана. И тело пронзила острая боль.
Из груди Рис вырвался крик. Она судорожно села в кровати, прижала к груди ладонь. Она словно заново почувствовала боль, которую испытала, когда в нее вошла пуля. Она взглянула на ладонь. Крови не было. Остался только шрам.
– Все в порядке. Со мной все в порядке. Это был просто сон.
И все-таки, дрожа от страха, она подошла к двери, проверила, надежно ли задвинута щеколда.
За дверью было тихо, на улице тоже. В окнах соседних домов было темно. Никто не собирался приходить и доводить до конца то, что началось два года назад. Они и не знали, где она.
Она была жива, начинался новый день. Она стояла, глядя, как розовеет небо над озером, как серебрится в первых лучах солнца вода. А в домике Броуди все еще горел свет. Почему-то ей стало спокойнее оттого, что еще кто-то не спит. Да, ей опять приснился кошмарный сон, но она смогла взять себя в руки, не запаниковала. Уже прогресс. А вдруг Броуди тоже стоит у окна и видит свет в ее окне? И они вместе встречают этот рассвет?
Она собрала рюкзак – он получился тяжеленный. Всего-то десять километров туда и обратно, но она решила перестраховаться и взять то, что положено для дальних походов. День выдался солнечный, и прогулка будет приятной.
Она надела рюкзак и отправилась в путь, но не вдоль озера, а лесом, к каньону. Там, где тропа раздваивалась, она свернула по указателю к каньону Маленького Ангела, и вскоре перед ней открылись заснеженные вершины гор.
У утренней смены сейчас запарка, подумала она. В зале позвякивают столовые приборы, люди беседуют за чашкой кофе. А она одна, с ней только ветер, играющий с молодой листвой.
Она пошла дальше. Тропинка вывела ее в луга, что раскинулись на склоне в предгорьях. Вскоре она услышала журчание воды – должно быть, она уже подошла к реке. Тропинка снова раздваивалась. Она задумчиво посмотрела на указатель. Ноги уже побаливали, и рюкзак оттягивал плечи, но она решила дойти до каньона Маленького Ангела.
Наконец перед ней блеснула голубая лента реки. С шумом и рокотом бурный поток устремлялся к озеру, прокладывая себе путь по глубокому ущелью. На берегу виднелись груды камней – река словно отбросила их за ненадобностью.
Она достала фотоаппарат, хотя понимала, что снимок не позволит передать во всей полноте суровое величие этой картины. И тут она заметила далеко внизу два голубых каяка и навела объектив на них. А потом посмотрела на них в бинокль. Там были двое – мужчина и мальчик.
Рис повесила бинокль на шею и двинулась дальше. Спину заливал пот, но Рис упорно карабкалась вверх по круче.
И вдруг остановилась, отступила на шаг. Перед ней был Броуди, восседавший на широком скалистом выступе.
– Мне следовало догадаться, что это вы. От вас шуму столько, что того и гляди лавина сойдет.
– Что вы тут делаете?
– Занимаюсь своими делами. – На коленях у него лежал блокнот. – А вы? Играете в покорителя снежных вершин?
– Ни во что я не играю. Я осматриваю окрестности. Сегодня у меня выходной. Вы здесь пишете?
– Скорее, размышляю. Недавно я здесь кое-кого убил. В романе. Отличное место для убийства, особенно в это время года. В горах никого – или почти никого. Он заманил ее сюда, столкнул с обрыва. – Броуди посмотрел вниз. – Она долго падала. Кошмарная история.