Чтение онлайн

— Что-то мне подсказывает: это все пригодится еще не раз.

Наконец с хлопотами было покончено. Повозки развернулись и покатили обратно. Вскоре им предстояло спуститься на дорогу и дальше следовать по ней почти до самой столицы. Остановиться они должны были на большом постоялом дворе, который носил название: «Поле звенящих лотосов».

— Обязательно дождитесь нас. Мы будем на месте чуть позже.

Путешественники помахали вслед отъезжающим и сами тоже двинулись в путь. Слуга запрыгнул на лошадь, которую выпрягли из третьей повозки, Линь Цзе — на лошадь Дао Юна. Принц Сенлин залез на свою лошадь, но тут же охнул от резкой боли и схватился за правый бок.

— Я ведь говорил! — воскликнул чародей. — Больно? Вы себя уморите. Надо покричать воинам, чтобы вернулись. Еще не поздно все переиграть.

— Нет, со мной все хорошо. Я доеду.

— Если в могилу, то да. Вполне успешно доедете. Впрочем, как желаете. Я устал с вами спорить.

Посетители выставки в галерее Гранатового дворца, медленно ступая по гладким плитам пола, рассматривали творения близких ко двору художников. Развешенные на стенах пейзажи, портреты прекрасных дам, рисунки роскошных цветов в сочетании с искусной каллиграфией вызывали восхищение у большинства. А если даже у кого-то и не вызвали наплыва восторженных чувств, все равно вежливость обязывала изобразить искреннее одобрение. Тихая мелодия доносилась из-за ширм, за которыми расположились музыканты. Император лично осмотрел почти все представленные на суд высокородной публики произведения, произнес несколько любезных фраз и удалился в свои покои, перечитывать письма Най Тэна, которых уже накопилось больше, чем достаточно. После того как император покинул галерею, голоса придворных зазвучали громче, и публика заметно оживилась. Кто-то собирался небольшими группками возле картин на шелке и бумаге, чтобы обменяться впечатлениями, кто-то делился сплетнями о жизни того или другого автора картины. А кто-то просто непринужденно обсуждал свои личные и служебные дела с приятелями и добрыми знакомыми.

К императрице, которая стояла напротив большой картины, изображавшей пир в волшебном саду, приблизился советник Ван Зейн и тихо сказал:

— Нам нужно поговорить.

— Что-то важное?

— Довольно-таки важное.

Императрица украдкой окинула взглядом ближайшее пространство. Не похоже было, что кто-то может услышать их беседу.

— Надеюсь, все хорошо?

— Все просто чудесно, — улыбнулся советник. — Зачем вы подарили старой колдунье свой кожаный кошелек?

— Я не понимаю вас…

— В самом деле? Я узнал вышивку. Только вы с вашим безупречным вкусом могли создать такой изысканный и в то же время не бросающийся в глаза узор. И я его узнал. Кошелек был полон серебряных монет. Плата за услугу?

— Все еще не понимаю, что вы имеете в виду. Возможно, вы говорите о той старой женщине… я рассказывала недавно. Да, я передала ей деньги. Правда, услуги не понадобились.

— О нет, это было гораздо раньше. После недавней встречи с вами Шэнь Юэ не появлялась в своей хижине.

— Тише, ради всех богов! — прошептала собеседница. — Зачем называть имена?

— Не беспокойтесь, нас никто не слышит.

— Вы… не находите, что картина восхитительна? Какие тончайшие переходы цветов и оттенков…

— Нахожу, — слегка усмехнулся Ван Зейн. — Художник постарался и убил на эту работу много месяцев… Повторяю, нас сейчас не подслушивают. А мне не терпится получить ответ. Тот кошелек старуха получила довольно давно? Уже больше полугода назад?

Императрица молчала, опустив глаза, однако советник не сдавался:

— Ну же, к чему такая застенчивость? Ведь у нас нет секретов друг от друга. Откровенно говоря, мне стало немного обидно узнать, что вы скрыли свою маленькую тайну. А ведь я всегда готов преданно служить вам. К чему было привлекать к нашим делам посторонних?

Она по-прежнему стояла, не смея поднять веки, уголок алого рта едва заметно дернулся. Ван Зейн сказал уже более мягким тоном:

— Прошу прощения, если расстроил вас. Но… признайтесь: старуха получила оплату за то, что произошло с Фай…

— Не называйте это имя, умоляю! Нет-нет, я здесь совершенно не причем.

— Бросьте оправдываться, моя прекрасная повелительница. Ведь я уже и сам догадался. Можете не продолжать, достаточно на вас посмотреть и убедиться: моя догадка верна. Ведь так? Ну, хотя бы кивните... Это было довольно умно, отправить на тот свет ее, чтобы причинить боль пасынку. Я восхищаюсь вами. Вы еще не столь опытны на пути зла и могли бы тогда посоветоваться со мной. Напрасно оставили такую улику, как кошелек. Однако все порой допускают ошибки. Я всегда буду на вашей стороне, запомните это, дорогая…

Тут Ван Зейн был вынужден прерваться, потому что к картине приближался начальник отряда Свирепых, которого тоже пригласили в галерею, и ему пришлось изображать из себя ценителя живописи.

***

Раньше, когда дорога на поверхности горного хребта была широкой и ровной, путешественники почти не обращали внимания на то, что по обе стороны — глубокие пропасти, а далеко внизу сплошные каменные глыбы. Зато теперь дорога сузилась, и приходилось следить за тем, чтобы лошадь не наступила случайно на камень и не угодила копытом в расщелину.

— Не смотрите по сторонам, — время от времени напоминал Линь Цзе, уверенно ехавший впереди.

Постепенно путешественники привыкли к новым условиям, хотя наверняка многие представляли, каково будет тому, кто сорвется с такой головокружительной высоты. Возможно, не раз пожалели от том, что выбрали этот путь. Однако обрыв хребта был неравномерным. Иногда попадались участки пошире, где вполне могли бы разминуться два всадника, не особо рискуя грохнуться в пропасть. Тогда путешественники получали шанс перевести дух и отдохнуть от напряжения. Так или иначе, за день успели покрыть довольно большое расстояние, на которое даже не рассчитывали в самом начале.

— Пожалуй, хватит на сегодня, — сказал, обернувшись, чародей, ехавший перед принцем. — Иначе некоторые из нас вот-вот упадут в обморок. А на такой высоте это чревато печальными последствиями.

— Уж не на меня ли вы намекаете, господин Гандзо? — отозвался принц.

— Разумеется, не на вас. Все устали, а сумерки близко.

— Да, пора остановиться на ночлег, — согласился Линь Цзе. — Подождите немного, впереди, кажется, дорога пошире.

К счастью, так и оказалось. Безопасное пространство расширилось, здесь уже можно было расположиться на ночь, разжечь костер, поставить лошадей.

— Наконец-то! — со вздохом облегчения воскликнул Бао Дэнь, спрыгнув с лошади. — Самая жуткая поездка в моей жизни. Давайте попробуем завтра ехать побыстрей. Тогда к успеем пораньше убраться с хребта. Две ночевки подряд где-то у горного демона на рогах — это чересчур.

— Да, хорошо бы успеть.

Ченг Шуан помог принцу спуститься с седла и тот без сил сразу же сел на каменную поверхность. Дорога, особенно в последний час, далась ему тяжело. Лишь упрямство не позволяло признаться, как плохо он себя чувствует.