Чтение онлайн

пальбы верный солдат доставил в укрытие командира.

А по оврагу уже бежали бойцы сабельного взвода с ав-

томатами наперевес отбивать атаку.

В истории гвардейцев КМГ подобных случаев нема-

ло. Старый казак Величко, находясь в разведке, неожи-

данно столкнулся у станционного разъезда со штабом

крупной артиллерийской части. Величко (он был стар-

шим разведгруппы) послал казака с донесением коман-

диру полка, занял высоту и продолжал вести неравный

бой. Кончились патроны. Казаки, делая вылазки, соби-

рали оружие убитых. Держались. И вот слышит Велич-

ко: «Держись, батько! Мы идем!» Сын, лейтенант, по-

доспел со взводом автоматчиков, выручил отца и его

товарищей...

А коновод Селиванов лишь по возрасту годился в от-

цы молоденькому взводному Коле Бездольному. И, как

родного сына, рискуя жизнью, он вынес его из-под само-

го носа гитлеровских солдат.

Благородные дела рождало боевое товарищество со-

ветских казаков!

Ш Ш (1

...26 июля 1944 года в районе Бреста нами окружены

четыре немецко-фашистских дивизии. В ночь на 29 июля

казаки Плиева подошли к стенам крепости. Эскадрон

гвардии лейтенанта Бездольного, а за ним другие пере-

довые подразделения 30-го кавалерийского полка диви-

зии Тутаринова ворвались в город. Брест—освобожден.

1-я конно-механизированная группа получила приказ

следовать на 2-й Украинский фронт. Предстоял отдых, а

потом — снова поход.

Двигались по белорусской земле. Часто встречались

эшелоны с партизанами. Они сражались рядом с гвар-

дейцами Плиева в глубоких тылах врага, на Малой зем-

ле «внутреннего фронта».

Когда покидали пределы 1-го Белорусского, коман-

277

дир эскадрона Коля Бездольный повстречался со старым

знакомым — заместителем начальника политотдела майо-

ром Павлом Алешиным.

— Теперь и о боях в Белоруссии можно писать без

«маскировки». Передай мой привет в Орджоникидзе

своей мамаше.

— ...Спасибо, Павел Павлович, передам...

...Не получила бы работница «Элёктроцинка» На-

талья Федоровна этого привета, если б не вынес из-под

огня ее сына верный друг Василий Селиванов.

Возможно, не повел бы и генерал Плиев свои войска

на нов*лй фронт, если б не возникла вокруг него «живая

стена» казаков во время бомбежки на берегу реки

Вепш...

Никогда не забывали гвардейцы мудрый совет ста-

рых станичников. «Раньше всего выручай друга из беды,

помогай товарищу в сражении, тогда и тебя не, бросят

воронам на расклев».

Передышка

Глубокой осенью 1944 года войска 1 гвардейской

КМГ, находясь в составе 2-го Украинского фронта, про-

вели Дебреценскую операцию, в результате которой про-

тивник лишился важных опорных пунктов обороны и уз-

лов коммуникаций, связывающих будапештскую и тран-

сильванскую группировки. Гитлеровское командование

бросило в бой все свои резервы, но задержать стреми-

тельного наступления советских войск не могло. Конни-

ца и танковые соединения генерала Плиева, совершив

обходной маневр в сочетании с фронтальной атакой круп-

ных сил пехоты, 20 октября взяли Дебрецен, а 22 —

Ньиредьхазы. Наши войска вышли в Венгерскую доли-

ну в междуречье Тиссы и Дуная. Тем самым были созда-

ны возможности нанесения непосредственного удара на

Будапештском направлении.

После этих сражений конно-механизированные сое-

динения Группы были выведены на кратковременный

отдых.

Стояли в укромных местах—как будто и нет войны:

уют, тишина. Странно, непривычно...

Тут и поймал майор Голиков Закира Казиева. Нес-

278

колько раз приезжал он в эскадрон, где служил Казиев.

Старшина или писарь отвечали: «На задании» или «На

рекогносцировке с командиром». А в блокноте Голико-

ва—зампреда парткомиссии — давно значилась фами-

лия Казиева.

Речь пошла о приеме в ряды партии. Казиев гово-

рил:

— Я ждал Гришу, он в медсанбате руку лечил. Нога

прошла — руку зацепило. Теперь и рука зажила—ле-

вая, понимаешь;

— Так ведь сам ты не лежал в медсанбате? Почему

заявление не подал? Оно давно у тебя написано, я точно

знаю от капитана Браева.

— Верно,—отвечал Закир.— Точно знаешь, товарищ

майор. А Браев тоже в медсанбат попал — это знаешь?

Его в плечо зацепило — в Гродно.

— Знаю, но у него есть заместитель,— возражал Го-

ликов.—А при чем тут Гриша?

— Мы, товарищ майор, договорились в один день и

час поступить в партию, потому что больно хороший

друг он. И я тоже, ничего. Понимаешь?

— Понимаю.— Майор улыбнулся. Он понимал и то,

что Казиев говорит с ним на манер башкирского язы-

ка, в котором нет «вы», а есть только «ты».

В тот же вечер Закир и Гриша были приняты в

ряды Коммунистической партии. Они явились в парт-

комиссию дивизии с орденами «Славы» третьей и второй

степени (у того и другого) и с медалями «За отвагу». Оба

подтянутые, шпоры начищены, чистые подворотнички:

оба смуглые, загорелые, бритые, сияющие — «как два

гвардейских значка, только что отчеканенных на монет-

ном дворе»,— сострил кто-то из казаков.

Как только вернулись в часть, сразу пошли к коновя-

зям: один к Ястребу, другой — к Полумесяцу. «Если у

нас сегодня праздник, то и вам — ласка». Подсыпали им