Чтение онлайн

Нахрена Роман спросил про девственность? Испортил такой вечер. Не знал, и не знал. Нахрена. От злости он не заметил друга, вышедшего из-за дерева, и продолжал стремительно сокращать расстояние между разочарованием и ночным баром. Ему надо выпить, залить разорванную мечту быть у Томки первым, переболеть и двигаться дальше.

– Ромыч! Куда так втопил? – прибавил скорости Володя, хватая дружбана за плечо.

– Ты откуда здесь? – застопорился от неожиданности Роман.

– Следил за вами, – пожал плечами Вовка. – Потрясная порнушка. Пришлось даже потолкаться в кулак. Так ярко представил, что толкаюсь в её ротик.

– Не уверен, что придётся потолкаться, – зло выплюнул Роман. – Она не целка, представляешь? Какой-то мудак уже натолкался.

– Когда это тебя волновала девственность куклы? – впёрся взглядом в него Вовка. – Зачем такой гимор? У нас с тобой немного другие отношения с бабами, а целкам нужны чувства, романтика, свидания.

– Ты не слышишь меня! – повысил голос Ромыч. – Томку кто-то трахал до нас! Какой-то ушлёпок натягивал нашу куклу! Я хотел быть первым! Я! Я мечтал проткнуть её долбанную плеву! А она…

– Совсем рехнулся, долбоёб? – встряхнул его Владимир. – Думаешь, она будет сидеть дома и хранить свою невинность для тебя, пока ты каждый день трахаешь других баб? Вот скажи. Она тебе обещала не подпускать к себе мужика, хранить верность, ждать только тебя, когда улетала в Канаду?

– Нет, – буркнул Роман и продолжил движение навстречу к бухлу.

В словах Володьки был резон, но Романа всё равно била злая дрожь. Зубы, кажется, стирались в крошиво от силы сжатия, а сонный бармен, копошившийся еле-еле с разливом пива, добавлял новую порцию бешенства. В заднем кармане джинс пиликнул телефон, а вытащив его, Ромка зацепил пальцами Томкины трусики. Как положил их туда, совсем не помнил, но поднеся к лицу, вдохнув её аромат, почувствовал, что накрывает волной спокойствия, усмиряя злость.

– Что это? – отвлёк от созерцания внутреннего мира друг, выхватывая кружевную ткань из рук. – Потрясающе. Ты добыл трофей, – жадно вдохнул терпкий запах. – Охренительно… Ну и как она на вкус?

– Как карамель, – блаженно закатил глаза. – Ничего слаще не пробовал.

Ромка не врал. Он до сих пор ощущал её умопомрачительный вкус на языке, как и прилив крови в штанах, доставляющий определённый дискомфорт.

– Чёрт! Дай сюда! – вырвал у Вовки трусики и резко поднялся с дивана. – Сейчас приду.

До туалета добирался почти бегом, задевая стулья у прохода, а там, закрывшись на замок, включив воду, упёрся лбом в стену и дрочил, шумно вдыхая Томкин аромат, зажатый в кулаке. От болезненного желания её плоти, стало неважно отсутствие девственности, как и количество ушлёпков, побывавших между ног. Хотя нет. Количество волновало и бесило.

Не выспавшаяся, измученная капанием своего нутра, измождённая перемоткой случившегося ночью, Тома стояла перед зеркалом и жирно замазывала тоналкой тёмные круги под глазами. Патчи, кубики льда, охлаждённые пакетики чая, кружочки огурцов – ничего не смогло освежить и скрыть следы неспокойной ночи, а Томе сегодня нужно было выглядеть хорошо.

Не смотря на сдачу экзаменов международного уровня в Канаде, в российском университете на них смотрели с лёгким пренебрежением, предлагая сдать вступительные непосредственно здесь. Выхода не было, потому что Тома мечтала работать на таможне, и поступать ей нужно было именно в это образовательное учреждение. Тамара на протяжении последних трёх лет усиленно изучала два языка, поняв, что в гимнастике больших успехов не достигнет, и занятие с детства стало постепенно переходить в хобби, а не в смысл жизни. Слишком полная для гимнастки попа, выросшая как на дрожжах, и наметившаяся грудь, мешающая кувыркам и перекатам.

Затягивать Тома не собиралась, решив как можно скорее подать документы и заняться подготовкой к сдаваемым предметам. Она, как попой, которая на дрожжах, чувствовала, что переезд в Канаду выльется боком, и теперь, кутаясь в кофту в слишком сильно кондиционированном вагоне метро, прижимала к груди папку, переживая, что может не попасть по баллам с обычными выпускниками и не набрать нужное количество при сдаче. На бюджет рассчитывать не было смысла, но и на платку был не маленький конкурс.

На какое-то время беспокойство вытеснило навязчивые мысли о Романе и запрятало стыд, изводящий последние несколько часов. Может быть, если бы Ромка позвонил, или написал короткое сообщение, Томе было не так дискомфортно, но Рома молчал, не беспокоясь о состоянии подруги, оставшейся в полном раздрае.

Пока Тамара писала заявление и заполняла анкету, Ромыч с Вовчиком раздирали опухшие глаза и отдирали отёкшие рожи от подушек.

– Бля… Во рту, как будто кошки насрали, – простонал Ромка, пытаясь нащупать на тумбочке бутылку с водой, обещающей спасти от страшного сушняка. – Нахрена нужно было столько пить?

– Потому-что у кого-то вчера проснулся собственнический инстинкт, – просипел Вовка, сминая рукой одеяло и подсовывая его под голову. – Пришлось заливать это дерьмо бухлом.

– Эй! Ты хоть прикройся! Задолбал спать без трусов! – ткнул в утренний стояк друга Ромка. – Я без прослойки боюсь к тебе поворачиваться задом по ночам.

– А кто виноват, что сегодня мы спали без прослойки, – возмутился Владимир, расставляя ноги и взвешивая в руке яйца. – Из-за тебя мой дружок остался голодный и вот-вот шлёпнется в обморок.

– Придурок. Говорил, что надо покупать две отдельные кровати, а ты, озабоченная скотина, упёрся, – заворчал Роман, отсосавшись от горлышка с минералкой.

– Да, упёрся. А вдруг мы найдём постоянную куклу, которая будет скрашивать наши холостяцкие ночи? – мечтательно растянулся в улыбке Володя, поглаживая член.

– Только пока постоянной куклы нет, мне приходиться прятать свой зад от твоего вечного стояка. И прекрати дрочить в кровати. Мы недавно сменили бельё.

– Хрен с тобой, – огрызнулся Вован, поднялся с кровати, вытащил из кармана штанов кружевной трофей и пошёл в ванную комнату избавляться от тяжести в паху.

Тома… Со вчерашнего вечера все мысли Владимира были только о Томе. Как она красиво кончала, вытягиваясь в струнку, закатывая глаза, выгибая бровки летящей птичкой, морща носик и складывая губки в ровную О. Навязчивое желание заставить её кончить под собой укрепляло мужскую уверенность и отяжеляло мошонку. Сложно ему придётся сегодня на тренировке, особенно зная, что разгрузки вечером не видать.

А Рома тяжело опустился на край кровати и сжал с силой руками голову. Тома не давала покоя, а ревность, хоть и залитая спиртным, поднималась из нутра, раздражая и зля. Сука! Ну как она могла лишить его мечты?! Как она посмела раздвинуть ноги?!

Горячие пельмени с бульоном прояснили мозг, обволокли жиром стенки желудка и оживили потрёпанный организм. Вовка безостановочно твердил о Томе и о нетерпении разложить её на простынях, а у Ромки чесались руки набрать её номер, услышать томный голос или отправить смс. Они, конечно, чесались, но по плану сейчас шёл полный игнор, который должен раздразнить, окунуть в панику и разогреть к вечернему свиданию. Такой длительной охоты, рассчитанной на три дня, у них ещё не было, но Томка стоила того, и возможно, она станет первой куклой, которую они пригласят в свою постель.