Чтение онлайн

– Что решил Михаил Антонович ? Генерал-майор Попсуй согласился. Я выпроводил не согласного комдива за дверь и стал разьяснять второму комдиву, что ему надо будет делать. Разьяснил, тот рванул к себе, вместе с моим, ну очень недовольным бойцом. Собрал всех танкистов на "немцев", поставил их в кружок, прыгнул с ними в расположение танкового батальона, поработал коллективно с их сознанием – приплыли на лодке и пришли пешком… Докладов о ранениях не было, я вызвал своих и задумался – А что дальше !? А не замахнуться ли нам на штаб дивизии – штаб корпуса ну очень уж далеко ! Мои бойцы и пехота генерала двинулись скрытно к штабу дивизии, расположенному в Жидковичах. Деревенька небольшая, но с живущими там, среди немцев, жителями. Как быть ? Придумал. На позиции выставил два "Града": один для запасного батальона, второй для деревеньки со штабом. Сам я, слоняясь днем и "заглядывая через плечо" штабным офицерам, просканировал на всякий случай настроение жителей, отметил сочувствующих немцам. Противников немецкого режима оказалось не так уж и много – меньше половины деревни. Но у них дети – они то в чем виноваты ? Чуть переиграл: второй "Град" на батальон, чтоб наверняка, а к Жидковичам перебросил пару "Гадюк". Мои бойцы – два взвода окружили деревню полукольцом, оставив открытым пространство между селом и батальоном, скрытно подползли к расположению зенитных орудий, пулеметных гнезд и охраны. Четыре взвода я направил на уничтожение батальонов, стоящих против стрелковой дивизии, раскидав их по краям батальонов. Их задачей было не атаковать батальоны, а уничтожать всех, кто попытается поднять голову из окопов и оказать сопротивление. По одной замаскированной "Гадюке" поставил на флангах уничтожать пулеметные гнезда. Когда уже почти рассвело я дал команду – Штурм ! Бойцы стрелкового батальона, словно воины из далекого прошлого, пригнувшись выходили из оседающих полос тумана и молча бежали к немецким окопам. Ударила пушка самоходки, прямым попаданием разбив деревянный дот, бухнула второй раз, взметнув столб земли перед вторым дотом и попав в него с третьего выстрела. Затем перенесла огонь на дальнее противотанковое орудие – ближнее мои бойцы уже уничтожили. "Грады" открыли огонь по просыпающемуся батальону. Скученность изумительная ! Столбы земли и огня взметнулись там, где еще несколько секунд назад был батальон немцев. Теперь там был только огонь – ракеты были с фосфорными и осколочными боеголовками. А я, пользуясь растерянностью в Жидковичах, прыгнул с ЗИМОЙ и СТЕПОЙ прямо в сельсовет – штаб и спальни для высокого начальства 45 дивизии. Командир и начштаба только вскочили от грохота и бросились к окнам – что там ? А мы сзади… ЗИМА со СТЕПОЙ занялись зачисткой внутри здания и страховкой, я вырубил комдива и начштаба: руки за спину и наручники на руки, прошерстил документы: нужные в обычный мешок – много влезет. Слышал, как кто то заскочил сообщить начальству о налете на батальон, но не отвлекался – мои примут и успокоют… Прошерстил, выглянул в коридор, заскочил в секретку, покидал по быстрому, не разбираясь, вызвал своих и прихватив пленных, мы прыгнули к нашим. НАЧАЛИ ! Пошел отстрел всех, кто попадал в поле зрения В первую очередь погибли расчеты зенитных и противотанковых орудий, пулеметные расчеты. Бухнули орудия появившихся из леса самоходок – на карте целей были нанесены дома размещения офицеров. "Грады" закончили свою работу и туда молча рванула от леса пехота Пуганова. А мои бойцы пошли на зачистку Жидковичей: аккуратно, по науке. Зачистив дома по окраине - там почти не было немцев – нищета… я остановил зачистку и закричал:

– Сдавайтесь, или мы отступим и вас уничтожат как ваш батальон. Не прошло и минуты, как немцы стали сдаваться – начальства нет, все сплошь штабные – какие из них вояки, да и жить хочется… Правда нашлось несколько героев – тут уж мне пришлось постараться. А некоторых, в избах, ярых сторонников немцев уничтожали из самоходки – в упор… Часть своих бойцов я благоразумно отправил на захват складов: продсклада; боеприпасов; горючего; вооружения, помня два мудрых правила «кто успел, того и тапки» и «дружба дружбой, а табачок врозь». Мы провернули операцию, мы захватили, нам и распределять ! Прыгнул к себе и стал перебрасывать на продсклад четыре 6ти тонных КамАЗа, на склады вооружения восемь грузовиков Опель Блиц. Бензовозы с горючим и так стояли под завязку – десять штук. Ну, нам этого добра не надо – мы себе много можем позаимствовать у наших камрадов, а вот своим помочь – святое дело. И с продуктами также – нам бы деликатесов, вроде шпрот, сосисок в банках, джемов, вина, коньяка, мясных консервов–деликатес, рыбки, колбаски копченостей, французского шоколада… Остальное отдадим… Разделение шло быстро и оперативно: припахали пехоту – для себя грузите ! С боеприпасами также – что нашим надо - грузим, остальное уничтожим ! Неслабо так затарились, пришлось еще два КамАЗа перекинуть и четыре оставшихся на базе Опеля – иначе не увести, причем, не считая того, что свое мы уже перекинули к себе. Еще в штабе прихватили четыре грузовика, с мест сражений еще с десяток собрали. Правда еще есть продсклад танкистов и полковой. И батальонный склад, расположенный против 6й стрелковой, может что то дать. Будет чем затарить КамАЗы – не пустыми же их возвращать. Стрельченко Юлия вдруг проявила недюжий талант завхоза – хомяка и командира. Покрикивала на бойцов и солдат. И те и другие ее слушали ! Правда, нашелся один ухарь – начал что то вякать. Так боец, что был в ее сопровождении и охране врезал болтуну так, что его свои и уволокли куда то. И не возмущались ! А Юля и глазом не повела – вся в заботах… Дело шло к восьми и я перебросил четыре Ганомага с укрепленными на них «ЗУшками» – 2х ствольными 23мм зенитными орудиями с компьютерным наведением. Бедноте Жидковичей раздали часть немецкого продовольствия и кое что из подручных инструментов: топоры, пилы, лопаты… Наконец груженый под завязку караван двинулся в сторону переправы. Немцев против 6й стрелковой уничтожили почти полностью, а кто остался - рассыпался по лесам, да болотам – я категорически запретил преследование в лесу ! Караван уже подходил к наведенной понтонной переправе, когда оставленная мною группа наблюдения "Тени" доложила: видим направляющиеся в вашу сторону самолеты "Лаптежники" - два звена. Это шесть самолетов. За себя я не боялся, а как отстреляются мои зенитчики ?

Ганомаги выстроились в линию. Из за кромки леса появились самолеты. Два звена. По три самолета. Шесть пикирующих бомбардировщиков J -88 "Штука". Они наверняка заметили нас, но не знали, что их ждет. Запрыгнул в один из Ганомагов, согнав недовольного стрелка. 2000 метров до цели – бесстрастно выдал дисплей. Можно, но рановато. 1800… 1700…1600… ОГОНЬ ! Ведущий, по которому я выпустил десять снарядов словно вспух изнутри. Пламя рванулось из брюха самолета, в мгновенье разнося его на куски. Это я удачно попал ! И перевод ствола на второго. Новая очередь и второй бомбардировщик резко задрал нос и свалившись на спину полетел к земле. Кто следующий ? Следующих не оказалось: мой первый развалился в воздухе, второй кувыркаясь падал, его обгонял сорвавшийся в пике горящий бомбардировщик. Еще один, горя, по пологой дуге мчался к земле, и только один, дымя разворачивался, чтобы уйти из под убийственного огня. ЩАС ! Третья очередь потянулась в подставленное брюхо, но еще до моего попадания он содрогнулся и выпустил струйка пламени. А я только добавил… Переворот через крыло и глубокий штопор – прямо в землю. Морозова – она у меня была за заряжающего, во все глаза завороженно следила за воздушным истреблением, забыв про свою обязанность. Правда в руках она сжимала сменную коробку с снарядами…

– Отбой воздушной тревоги – бодро скомандовал я по внутренней связи. Катерина отмерла – Как мы их ! Я тоже так хочу ! Что спорить с женщиной… - Хочешь, значит будешь – успокоил ее я. Ганомаги подьехали, развернулись стволами в сторону противника и не глуша моторы остановились. Командиры расчета – стрелки - наводчики направились ко мне на доклад.
– Товарищ командир – начал первый подошедший – моим расчетом уничтожен вражеский бомбардировщик. … моим расчетом уничтожен вражеский бомбардировщик… - Моим расчетом уничтожено два вражеских бомбардировщика – доложил бывший лейтенант – зенитчик из пленных – ныне просто боец спецназа. – Могли бы уничтожить еще, да они быстро закончились – он довольно улыбнулся – с такой техникой да не сбивать… Молодой вихрастый старший четвертого расчета виновато промямлил – Моим расчетом был подбит вражеский бомбардировщик… Ну честно, товарищ командир - я бы его добил, но кто то попал в него раньше чем я.

– И раньше чем я – добавил я. – И кто у нас такой скромный. Первый подошедший замялся – Я в него попал. Не попасть ему в брюхо… - Товарищ командир расчета – обратился я к вихрастому – делаю вам замечание. В самолет надо не попадать – его надо сбивать !
– Виноват товарищ командир, мы исправимся. Я выпрыгнул из кузова и встал смирно;

– Товарищи бойцы ! Поздравляю вас с первыми сбитыми самолетами !
– Cлужим трудовому народу - рявкнули командиры и расчеты в Ганомагах, так, что слышно было на другом берегу.
– Команда, сбившая самолет получит по прибытии на базу призовой паек. За два – естественно два… А вам, товарищ боец – обратился я к лейтенанту – возвращается прежнее звание с правом носить знаки отличия лейтенанта.

– Спасибо товарищ командир – севшим голосом произнес он. Кроме этого вы назначаетесь старшим над зенитными расчетами. – Спасибо за доверие товарищ командир.
– Кроме этого вы получаете право в любое время перейти в ряды Красной Армии с отличной характеристикой. – А вот этого не надо, товарищ командир. Я и спецназ теперь одно целое ! По понтонному мосту мы переправились последними… На берегу меня уже ждал Пуганов.

– Не ожидал такого ! Меньше минуты и шести самолетов нет !
– Двадцать секунд… Он жадным взглядом окинул Ганомаги и просительно посмотрел на меня.
– Не проси, не дам, сам знаешь почему. Там тебе притащили две 88 миллиметровки. И четыре 20 миллиметровые зенитки. Поставишь на Ганомаги – опыт у твоих уже есть. – Мне бы этих… – вздохнул он.

– А как будем делить трофеи ? – снова ожил он. – По совести - кто первый, того и тапки ! Он снова тяжело вздохнул – Ну хоть чем то поделитесь ? Я рассмеялся и хлопнул его по плечу – Это все тебе Виктор Павлович !
– широко повел я рукой. И тоже тяжело вздохнул – От сердца отрываю, прямо с мясом… И заулыбался – Ты теперь самый обеспеченный комдив во всей Красной Армии ! – Отберут – притворно вздохнул он. – У тебя ? – изумился я. Мы расхохотались…

Подьехал комдив 6ой стрелковой, подошел и взволнованно начал – Ну я перепугался, когда увидел как к вам летят "Штуки". Все, думаю - не видать мне трофеев… Мы с Пугановым переглянулись и снова расхохотались.

– У тебя Михаил Антонович в роду евреев нет ? – Нет, а что ? – Да подходец больно знакомый – заметил я. Попсуй хотел было обидеться, но вовремя спохватился – можно ведь и мимо трофеев пролететь со своей обидой. – Значит так, товарищи комдивы, поступаем следующим образом: танкисты у тебя есть Михаил Антонович ? – Есть конечно. – На сколько экипажей - только не врать ! Тот понял куда ветер дует, а Пуганов скривился. – На пять – шесть экипажей найдем – бодро ответил он. – Отправь за шестью экипажами - товарищ комдив передаст тебе шесть БТ с запчастями. – Товарищ старший майор… – затянул комдив. – Передашь – нажал я. Обернулся к Попсую – Получишь два бензовоза, восемь грузовиков – три с продовольствием, один с немецкими пулеметами и боеприпасами к ним. На Пуганова было радостно смотреть – у него вырывали уже его, родное… - Пушки противотанковые нужны ? – обратился я к Попсую. И как хороший торговец продолжил – 50мм, вместе с снарядами: снарядов – полный грузовик ! – Тот только закивал, не веря свалившемуся на него счастью.
– Значит заберешь. Я думаю этого хватит, твои много успели намарадерничать – то есть взять трофеев – поправился я. Подьехал на броневичке комдив 206ой и обалдел, увидев скопление техники, грузовиков, бензовозов, ящиков, коробок, мешков… А Попсуй не удержался – видимо комдив не пользовался любовью у товарищей – закричал водителю:

– Давай пулей к нам и чтоб обратно на грузовике шесть водителей – танки получать, десять шоферов на грузовики и полные бензовозы. Давай, поехал ! – Откуда все это ? – обратился комдив 205ой к Пуганову, игнорируя меня. А вот это он зря… - Да вот старший майор Спецназа поделился захваченным. Попсуй ах поперхнулся – я был в камуфляже, без знаков различия, а тут вдруг старший майор Госбезопасности. А это минимум генерал – майор, но НКВД, или бери выше МГБ ! И до комдива дошло, но он быстро справился. – Товарищ старший майор Госбезопасности а нам что - нибудь выделите ?

– У меня комдив принцип: кто как воюет, тот так и получает. Вы отказались принять участие в операции по разгрому немецкой дивизии, ссылаясь на отсутствие от своего начальства приказа. Решение по уставу, но в корне неверное. Так что по уставу обращайтесь к своему вышестоящему начальству по поводу снабжения… Хочу только сказать, что согласно приказа, 22я танковая будет держать оборону до 21.00, а потом организовано отступит к основным силам на новый рубеж. 6я стрелковая отступит ранее, по согласованию с комдивом прикрывающей ее 22ой танковой. И повернулся к Пуганову:

– Товарищ комдив – выделите товарищу генералу – я кивнул на комдива 6ой стрелковой - его долю в трофеях. А затем жду вас для решения дальнейших задач… Людей этого перестраховщика жалко – ему так просто отступить не удастся: немцы форсируют реку и навалятся ему на пятки… - Товарищ командир – подошла Морозова – а с генералом что делать – себе заберем ? А я и забыл в этой круговерти.

– Виктор Павлович – тут мои бойцы с вашей помощью комдива 45 дивизии вермахта Фрица Шлипера взяли, начштаба, ком полка, карты всякие. Это нам без надобности, а ты доставь их в штаб корпуса – может на что сгодятся… Заодно доложишь, что провел совместно с Спецназом и 6ой стрелковой дивизией уничтожение 45ой дивизии вермахта, разгром штаба дивизии и захват комдива, начштаба и секретных документов. Мешок с ними сейчас принесут. ЗИМА – распорядись. Та козырнула и ушла.