Чтение онлайн

– Ну я тебе покажу, сморчок поганый ! – ругалась она одеваясь. – Его, как человека попросили, а он… - Степанида – вновь остановил ее я. – Ты мне должна – помнишь ? Не трогай его и не ругайся – считай, вернула долг. – Как скажете товарищ командир. Но я вам все равно должна по гроб жизни…

Надо еще одно доброе дело сегодня успеть. Вызвал Акимова, Зверева, Чернова, Самойлова - (третьего из взятых в моем времени командира диверсионно – штурмового подразделения ГРУ, старшего лейтенанта, воевавшего в Афгане в самом конце, а в данное время закончившим подготовку взвода стажеров.). – Идем в гости к одному человеку. Надо ему помочь и его людям тоже. Лейтенант – эта операция будет для твоих стажеров выпускным экзаменом. Самойлов кивнул – к чему слова. … В землянку к командиру 75ой стрелковой дивизии вошли трое. Без стука, без предупреждения ординарца.

– Командир Спецназа СССР – представился старший. Только сейчас комдив разглядел – старший майор. Встал, подтянулся, отдал честь. – Наслышан… - От Пуганова ? Да, от генерал – майора Пуганова в том числе. С чем пожаловали ? Гость сделал вид, что не заметил раздраженного тона комдива. – Помочь вам хотим Семен Иванович. – Мы разве знакомы ? – ответил таким же раздраженным тоном генерал. Сопровождающие майора переглянулись.

– Мне достаточно того, что я знаю вас. Дойти от самой границы до сюда и не потерять дивизию, не попасть в плен, а тем более не сдаться – это уже много стоит – так же добродушно продолжил старший майор. – Впрочем, если вы не нуждаетесь в нашей помощи – мы пойдем… Кстати - в ночь на сегодня 22ая танковая,6ая стрелковая и, я надеюсь, 205 отступили с своей линии обороны в тыл на соединение с штабом 14го мехкорпуса для занятия новых оборонительных позиций. Так мы пойдем ?

– Извините товарищ старший майор – усталость… - Понимаю. Вы отступить не можете: немцы вас догонят, сомнут заслоны и уничтожат – сначала заслоны, потом вас. – Верно – с горькой усмешкой подтвердил Недвигин.
– А чем можете помочь вы ? – Мы ? Майор улыбнулся. – Разгромить 293 дивизию, преследующую вас. А вы нам в этом поможете, как помог Пуганов и Папсуй. А затем с триумфом и с малым потерями отступить на новые рубежи. Вы обратили внимание: немцы вас сегодня не атаковали – скорее беспокоили. Им пришлось перебросить часть своих подразделений на участок 22ой танковой и 6ой стрелковой дивизий для обороны. Они же не знали, что русские отступят. Они должны были наступать. Сегодня утром большая часть переброшенных на усиление обороны вернулась. Так что самое время нанести удар и уничтожить докучающую вам 293ю дивизию… - Что для этого мы должны сделать ? Старший майор протянул назад руку, в нее вложили свернутую карту. Он развернул ее, жестом пригласил генерала, своих подчиненных. Когда майор закончил обьяснять, все изумленно уставились на него. Особенно генерал…

Командир 293 пехотной дивизии вермахта находился в хорошем настроении. Вернулись подразделения, выделенные на участок 45 дивизии для обороны, непонятно как разгромленной этими недочеловеками. Слава богу усиливать оборону там не понадобилось – русские отступили. Это было совсем на них не похоже – в некоторых местах они бросались в убийственные контратаки и только стойкость германского духа позволяли сдерживать эти атаки, а потом и перемалывать оставшиеся части. Что ж - 75ая дивизия осталась без поддержки и завтра он с ней покончит раз и навсегда, тем более, что из штаба корпуса прислали наконец в подкрепление пехотный батальон – все, что уместилось в один эшелон. Мало, но лучше, чем пустые обещания… От приятных размышлений не осталось и следа, когда раздались отдаленные раскаты грома и в палатку забежал адъютант – Господин генерал – лейтенант – русские наносят по передовым позициям артиллерийский огонь чудовищной силы. Связь с командиром полка прервана, командиры батальонов не отвечают… - Ну так восстановите связь – бросил раздраженно генерал и остолбенел – за спиной адьютанта возник военный в незнакомой пятнистой форме и закрыв ему рот ладонью ударил его ножом в сердце. Выдернул нож, отпустил беднягу, рухнувшего на пол и нехорошо улыбнувшись, шагнул к генералу. Фон Юстин схватился непослушными пальцами за кобуру и хотел закричать, но вместо крика вырвалось какое то сипение. Боли от удара он уже не почувствовал. Военный подхватил тело и исчез. Возник через несколько секунд и шепнув что-то, сгреб со стола карты и бумаги. В отделение генерала – «кабинет» заскочили четверо, привычно подскочили к главному, он обхватил их и они исчезли. Без хлопка, без запаха серы…

Генерал стоял, ожидая время « Ч » - начала удара артиллерии, но не угадал – настолько тот был неожиданным и точным. Загрохотало крупным калибром – на той стороне вспухли столбы взрывов. Разлетались бревна пулеметных точек, столбы земли взлетали прямо на месте окопов. … Такое возможно только при минометном огне большой мощности – ошеломленно подумал он. Направил бинокль в места взрывов на опушке леса – изломанные остатки противотанковых пушек с трудом просматривались среди поваленных деревьев. А это что ? Четверо бойцов в незнакомой форме бегом несли к реке прямоугольную лодку с прикрепленным сзади мотором. А из леса, следом за ней, его бойцы, словно длинная многоножка тащили к реке привязанные друг за другом такие же лодки. Первая лодка спущеная на воду уже завела мотор. От первой лодки, длинной цепи связанных лодок, бросили веревку лодке на воде. Там ее привязали к корме и… моторная лодка потянула связанные лодки, опускаемые в воду к другому берегу ! Это же переправа ! Лодка достигла другого берега, ткнулась носом в землю. Из лодки выскочили бойцы, задрали мотор, вытащили лодку на берег и подтянули к берегу первую лодку связки. Подбежал боец с штырями в руках. Несколько ударов в каждое крепление – ручку, для вытаскивания лодки с каждой стороны и лодка намертво закреплена на берегу. На его берегу потянули назад связку и также закрепили крайнюю лодку. Сверху, в лодке, положен деревянный настил. И по этой переправе начали переправляться его бойцы… Генерал оторвался от бинокля и увидел, что таких переправ наведено четыре. А невидимая артиллерия продолжала утюжить вражеские позиции. Из леса возле берега выкатились странные танки, настолько хищного вида, что жуть брала и подойдя к берегу сходу заскочили в воду и поплыли к другому берегу. Следом за ними плюхнулись в воду и поплыли диковинные вытянутые машины с пулеметами на кабине и стоящими за ними пулеметчиками, прикрытыми щитками. Очень быстро перебрались, подождали отставших, выстроились и двинулись вперед. Его пехота побежала следом… Артиллерия закончила свой смертельный концерт. Сейчас немцы вылезут из укрытий и встретят наших – подумал генерал. Над головой что то загудело, засвистело. Стремительные росчерки обрушились с неба на землю. Земля на всей протяженности немецких окопов словно по цепочке взлетала вверх, с чудовищными столбами огня и остатками бревен, оружия, человеческих тел. Ужас и восторг охватил генерала. Вот это силища ! Вот это мощь ! Его солдаты попадали на землю. Еще бы ! Он бы и сам попадал. Танки остановились на несколько секунд, оттуда высунулся танкист и что то закричал. Затем танки с бронетранспортерами двинулись вперед. Пехота неуверенно стала подниматься и побежала следом Задние части танков раскрылись и оттуда стали выскакивать бойцы, разворачиваясь цепью и держась рядом с танками. Из бронетранспортеров через открытые задние люки тоже стали выскакивать бойцы – на отставших бойцов генерала надежды было мало. Танки, бронетранспортеры и десант с ходу перемахнули обгорелые, развороченные окопы и двинулись дальше. По ним никто не стрелял…

После пленения командира дивизии я отдал приказ нанести одному бездействующему "Граду" удар по расположению штаба – начштаба мы не взяли, все штабные офицеры были живы. В прочем, после удара "Града" - вряд ли…

– Командир – у нас 300сотый – услышал я в наушнике взволнованный голос САМА. Он должен был брать продсклад. Вроде бы самое тихое место и на тебе… Прыгнул в невидимости поближе к продскладу, определил откуда вызывал САМ и прыгнул туда. На земле, в укрытии лежал боец, изо рта с хриплым свистом выплескивалась красная пена. Комбез на груди пробит… ЛЕГКИЕ ПРОБИТЫ… Выхватил нож, срезал разгрузку, снял броник. Так и есть ! Боец выгнулся, захрипел. Руку на рану - лекарей в нее. И быстрее ребятки, быстрее ! Рана под рукой затянулась, я приподнял бойца и прижал ладонь к выходному отверстию. Давайте, милые ! Из под ладони потекла пузырящаяся жидкость, кусочки порванной ткани. Все, рана стала затягиваться. Лежащий рядом со мной Самойлов с изумлением и восхищением глядел на затягивающуюся на глазах рану. Хватит - мне уже поплохело.

– Перевяжи парня – прохрипел я. Через минуту стрельба немцев закончилась – кончились немцы. Я смотрел, глотая шоколад, как грамотно бойцы перемещались, прикрывая друг друга, зачищая все за собой.

– Склад наш – доложил мне подбежавший боец. – Охрану по периметру, снайперов на возвышенности. Где БМП ? – На подходе товарищ командир – вон они ! Я повернулся к Самойлову – распредели по периметру ! Всех свободных выносить нужное нам из склада. Не вставая прыгнул на базу, к грузовикам. Водители в кабинах, моторы работают, в кабине одного из них – Юля. – А ты куда ? – Я там нужна, загрузка пойдет быстрее… Круг вокруг грузовика – прыжок; круг – прыжок… Машины прибывают, а Стрельченко уже во всю командует. И снова:

– Товарищ командир у меня 300сотый. Это Зверев. Он с АКИМОМ (Акимовым) на зачистке окопов от точки прорыва: один правую сторону, второй левую. Прыжок: ранение в плечо, мимо броника. Рана сквозная, несложная: прочистить, затянуть и перевязать… Прыжок и мое отделение перебрасываю на место штаба на зачистку. Отделения вполне хватит. После "Града"… Снова вызов – теперь АКИМ:

– Командир – у меня 300сотый. Прыжок: вовремя – ранение в бедро навылет, порвана бедренная артерия. Хоть и перетянули, но кровь все равно вытекает. Наложил ладонь, затянул одну сторону, прочистил, затянул вторую. Через полчаса операция была закончена. Раненые давно в медблоке, продукты заканчивают грузить. Подтянувшиеся бойцы генерала грузят оставшееся для себя. На берег генеральские бойцы согнали пленных и мои привели несколько человек. ВСЕ ! Подкатили Опели с продуктами для генерала. У того полное изумление чувств – столько жратвы и все ему ! А через речку наведен ПМП – понтонно - мостовой парк(четыре секции 2х6х0,7 метра, сложенные гармошкой и размещенные на КрАзе): 6 метров в ширину и восемь метров длину. Я решил опробовать недавно умыкнутые со склада длительного хранения такие парки: реки в Белоруссии, Украине и России в основном не широкие – десять таких машин – 80 метров вполне хватит. Здесь хватило четырех. А на складах их: видимо – невидимо. Нам точно хватит… На берегу уже стоят четыре Ганомага с ЗУшками – ждут не дождутся. Жаль, так и не дождались…

Глава одиннадцатая

Не мы выбираем дороги…

Операция закончилась, а у нас появились раненые. В общем то я не удивился: ну сколько может нам везти… Но в причинах разобраться надо ! Только навалились другие разборы… Вернулись на базу, разгрузили добытое и я разрешил отдых до обеда следующего дня, после - разбор «полетов». Зашел в медблок проведать раненых. Там было все в порядке: повязки поменяли, вкололи что надо, раненые спят… Подошла Голубева: за эти дни осунулась, похудела, подурнела, но глаза… Глаза горят каким то фантастическим огнем ! Или мне это просто кажется с усталости.

– Товарищ командир разрешите обратиться ? Жалко девочку, но надо доиграть до конца. – Разрешаю – устало произнес я. – Мне нужно с вами поговорить. – Говори… - Можно не здесь – попросила Наталья. – Пойдем – буркнул я. Вышли из палатки, я подхватил ее за талию и прыгнул в лес, на берег озера. – ЗДЕСЬ ПОЙДЕТ ? Она кивнула – Товарищ командир - уверенно начала она – не отправляйте меня. Вы же знаете что я вас люблю… И мне без вас жизни не будет ! Если вы меня отправите от себя, то я не смогу дальше жить !

– Многие так говорят Наталья и ничего, живут дальше, а некоторые даже счастливо. В ее голосе лязгнул металл.
– Я не некоторые ! Я покончу с собой или утоплюсь ! Вы не думайте – вернулась прежняя Наталья – я не буду вам надоедать своим вниманием, не буду приставать и мозолить глаза. Мне достаточно того, что вы рядом, иногда посмотрите, иногда поговорите, иногда похвалите… - Достаточно говоришь ?... Черт побери: на меня глядели не Наташкины глаза – на меня глядела бездонная, манящая синева бескрайнего неба ! Глядела, манила, звала… С Ольгой у меня уже просто чистый секс, с Катей хочу, но нельзя, с остальными можно, только что потом будет… Я шагнул к ней: