Чтение онлайн

Стала вблизи и к нему обратилась с крылатою речью:

"Смело теперь, Диомед, выходи на сраженье с врагами!

125 В грудь я тебе заложила отцовскую храбрость, какою

Славный наездник Тидей отличался, щита потрясатель.

Мрак у тебя я от глаз отвела, окружавший их прежде;

Нынче легко ты узнаешь и бога, и смертного мужа,

Если какой-нибудь бог пред тобой, искушая, предстанет,

130 Против бессмертного бога не смей выступать дерзновенно,

Кто бы он ни был. Но если Зевесова дочь Афродита

Ввяжется в битву, без страха рази ее острою медью!"

Так говоря, отошла совоокая дева Афина.

Сын же Тидея немедля в ряды замешался передних.

135 Если и прежде пылал он желаньем с троянцами биться,

Втрое теперь у него, как у льва, увеличилась сила, -

Льва, что в деревне, ограду двора перепрыгнув, слегка лишь

Ранен среди шерстоносных овец пастухом. Только больше

Силы прибавилось в нем, и пастух, защитить их не смея,

140 Спрятаться в доме спешит, покидая смятенное стадо.

Грудами по двору всюду лежат распростертые овцы.

Лев распаленный назад чрез высокую скачет ограду.

Так ворвался Диомед распаленный в фаланги троянцев.

Был Астиной им повергнут и пастырь народов Гипейрон.

145 Первого в грудь над соском он сразил медножальною пикой,

А у второго, огромным мечом по ключице ударив,

Вмиг от спины и от шеи плечо отрубил. И немедля,

Бросивши их, Диомед на Абанта напал с Полиидом,

Евридамантом рожденных, разгадчиком снов престарелым.

150 Им пред отходом отец их не смог разгадать сновидений.

Наземь поверг их Тидид многомощный и снял с них доспехи.

После пошел он на Ксанфа с Фооном, рожденных Фенопом,

Нежно любимых отцом. Удручаемый старостью грустной,

Сына другого Феноп не родил, чтоб наследство оставить.

155 Их Диомед умертвил и у братьев, - того и другого, -

Милую душу отнял, а родителю-старцу оставил

Мрачную скорбь и рыданья. Детей, возвратившихся с битвы,

Он не увидел живыми. Наследство осталося дальним.

Там же на двух он напал сыновей Дарданида Приама,

160 Хромия и Ехемона, в одной колеснице стоявших.

Так же, как в стадо коровье ворвавшийся лев сокрушает

Шею корове иль телке, пасущимся в месте лесистом,

Так беспощадно низверг Приамидов Тидид с колесницы,

Как ни противились оба, и снял боевые доспехи.

165 Быстрых коней же товарищам дал, чтобы гнали к судам их.

Видел Эней, как троянцев ряды Диомед истребляет.

Быстро пошел он сквозь сечу, сквозь всюду грозящие копья,

Пандара, равного богу, повсюду ища, не найдет ли.

Вскоре нашел безупречного он Ликаонова сына,

170 Остановился пред ним и такое сказал ему слово:

"Пандар, скажи ты мне, где же твой лук и крылатые стрелы?

Где твоя слава? Никто состязаться с тобой тут не станет,

И не похвалится в целой Ликии, что лучше тебя он.

Руки к Зевесу воздень и пусти-ка стрелу свою в мужа,

175 Кто бы он ни был, могучий: погибели много принес он

Ратям троянским, и многим, и сильным расслабил колени.

Он уж не бог ли какой, на троянский народ раздраженный,

Гневный за жертвы? Ужасно для нас раздражение бога!"

Быстро Энею ответил блистательный сын Ликаона:

180 "Храбрый Эней, благородный советник троян меднолатных!

Я бы сказал, что Тидиду могучему всем он подобен.

Щит я его узнаю, узнаю я и шлем дыроокий,

Вижу его лошадей. Но не бог ли то, верно не знаю.

Если же он, как сказал я, и сын многомощный Тидея, -

185 Все ж не без бога свирепствует он, но какой-то бессмертный

Близко стоит при Тидиде, окутавши облаком плечи.

Самые меткие стрелы куда-то он вбок направляет.

Я ведь в него уж стрелял и в плечо его правое ранил;

Выпуклость панцыря, ясно я видел, стрела пронизала;

190 К Аидонею, я думал, уж сверг я Тидеева сына, -

Нет, не сразил его! Есть, без сомнения, бог прогневленный!

Нет здесь со мною коней, для сражения нет колесницы.

У Ликаона в дому их одиннадцать, - новых, прекрасных,

Только что сделанных; вкруг колесниц тех висят покрывала;

195 Подле же каждой по паре стоит лошадей двухъяремных;

Полбу и белый ячмень мы даем лошадям этим в пищу.

В доме прекрасном своем старик Ликаон копьеборец

Часто советовал мне, как в поход я сюда отправлялся:

На колесницу с конями взошедши, - наказывал мне он, -

200 В схватках кровавых с врагами начальствовать ратью троянской.

Я не послушал отца, а намного б то было полезней.

Я пожалел лошадей, чтоб у граждан, в стенах заключенных,

В корме они не нуждались, привыкнувши сытно питаться.

Дома коней я оставил и пеший пришел к Илиону,

205 Твердо на лук полагаясь. Но помощи не дал мне лук мой.

В двух предводителей лучших стрелял я из меткого лука, -

В сына Тидея и в сына Атрея; того и другого

Ранил и кровь их пролил я, и только сильней раззадорил!

Злая судьба мне внушила с гвоздя прочно слаженный лук мой

210 Снять в злополучный тот день, как решился я в милую Трою

Двинуться с ратью троянской, чтоб Гектору радость доставить.

Если домой я вернусь и глазами своими увижу

Землю родную, жену и отеческий дом наш высокий,

Пусть иноземец враждебный тотчас же мне голову срубит,

215 Если в огонь я пылающий этого лука не брошу,

В щепы его изломав: бесполезным он спутником был мне!"

Пандару тотчас Эней, предводитель троянцев, ответил:

"Не говори так. Не будет и дальше иначе, покуда

Мы с колесницей, с конями не выступим оба навстречу

220 Мужу тому и на нем не испробуем наше оружье.

Встань же ко мне в колесницу; тогда, каковы, ты увидишь,