Чтение онлайн

Ровно такие же руны я нанёс ещё позавчера на свою глефу. Существовали и гораздо более совершенные варианты, но их создание требовало Реликтов, которых у меня просто не имелось на руках в настоящий момент.

Я повертел в руках готовую саблю, любуясь игрой света на гравировке. Превосходный образец оружия, достойный самого взыскательного аристократа. С такой работой я точно сумею продать её по достойной цене.

Могилевский смотрел на меня с плохо скрываемой тревогой в глазах. Мы стояли у ворот Угрюмихи, готовясь распрощаться — его отряду пора было возвращаться во Владимир.

— Послушай, боярин, — негромко произнёс сержант, явно подбирая слова. — Будь осторожен здесь. Если станет опасно — уезжай, теперь тебя никто не держит. И будем надеяться, что граф о тебе забудет… Бывай, может, ещё увидимся.

На моём лице мелькнула искренняя улыбка. За недолгое наше знакомство я успел проникнуться к этому простому, но честному служаке невольной симпатией.

— Не переживай, Демид Степанович, — отозвался я, крепко пожав ему руку. — Не пропаду. А там, глядишь, и тебя к себе на службу возьму. Пойдёшь ко мне в дружину?

Сержант недоуменно нахмурился, явно озадаченный таким предложением. Неудивительно, в его понимании, служа князю Веретинскому, он мог бы попасть ко мне в подчинение, только если бы князь сменился. Что от опального боярина звучало крайне абсурдно.

— Это что же получается… — сержант замялся, подбирая слова. — Ты на княжье место метишь?

— Всему своё время, — спокойно ответил я, похлопывая его по плечу.

На том и расстались. Стражники один за другим потянулись к воротам, понукая коней, запряжённых в повозку. Имущество-то княжеское, оставить его нельзя. Напоследок Могилевский обернулся и отсалютовал мне. Я ответил тем же, провожая взглядом удаляющийся отряд.

Пора было собираться в дорогу.

Вокруг Угрюмихи располагались четыре крупных города: Владимир, Суздаль, Муром и Сергиев Посад. В первый въезд мне был воспрещён под страхом смертной казни, а путь во второй пролегал мимо Владимира, поэтому его я тоже отмёл. Из оставшихся двух вариантов я выбрал последний, поскольку он находился вблизи крупного Бастиона — Москвы, а значит, и ассортимент там будет поинтереснее.

Застав Василису в доме воеводы, я предложил ей присоединиться ко мне. Лишние глаза и руки не помешают, да и к тому же девушка хотела покинуть этот медвежий угол. То, что не отправилась с отрядом сержанта, меня не удивило. Она ведь знала о моей намечающейся поездке на торги. Наверняка поэтому и выбрала данную опцию.

— Благодарю, но вынуждена отказаться, — Ольховская резко мотнула головой, удивив меня своей категоричностью.

— Как же так? — нахмурился я. — Вы ведь просили отвезти вас в Покров. Из Сергиева Посада вам будет гораздо удобнее найти попутный конвой в ту сторону. Если уж не поехали с Могилевским, и отказываетесь ехать со мной, как же вы намерены добраться до крупного города?

— Я ещё не закончила изучение проб, — Василиса отвела взгляд, нервно теребя прядь волос. — А ведь я обещала дать вам своё заключение, относительно месторождения руд…

Её поведение сказало куда больше, чем слова. Похоже, что в наличии руды она как раз убедилась, и сейчас всеми силами хотела поучаствовать в их разработке. Что же, мне это только на руку.

— Хорошо, — кивнул я. — Захар останется с вами, Борис присмотрит за порядком. Но всё же подумайте ещё раз, неизвестно когда представится следующая возможность.

Собеседница лишь кротко кивнула.

В путь я отправился в сопровождении троих охотников. Из двух имеющихся в деревне телег одна принадлежала мельнику Степану, и он её предоставить отказался, сославшись на плохое состояние, а вторая — плотнику Михею, и вот она действительно находилась в ремонте. Видел своими глазами.

Зато у него же нашлись крепкие утеплённые сани, с которыми он легко расстался в обмен на обещание заказать у него новый частокол и ремонт сторожевых вышек.

Я не возражал, поскольку и так собирался обновлять укрепления, а других мастеров в поселке не было.

Пару лошадей пришлось брать на время у прохвоста мельника. Торговаться за них я посчитал ниже своего достоинства, зато Захар воспринял это чуть ли не как личный вызов.

— Степан Иваныч, побойся бога! — слуга картинно всплеснул руками. — За этих костлявых кляч просишь как за породистых скакунов! Да их впору воронам глодать, а не по зимним дорогам ездить!

— А ты думал, призовых коней тебе предложу? — мельник хитро прищурился, поглаживая бороду. — Зима на дворе, фураж почём нынче знаешь? Меньше сотни алтынов не возьму, и то, считай, себе в убыток.

Я наблюдал за их торгом со стороны. Селянин то и дело бросал в мою сторону настороженные взгляды, но продолжал упорно торговаться с Захаром. Тот же, казалось, был в своей стихии — размахивал руками, то возмущённо фыркал, то принимался расхваливать мою честность и благородство.

После получаса яростных препирательств они сошлись на восьмидесяти алтынах, включая фураж. Учитывая, что в моём кошеле оставалось всего шестнадцать серебряных монет да россыпь медных копеек, пришлось договариваться об отсрочке платежа.

— Десять алтынов сейчас, остальное по возвращении, — объявил я своё решение.

Когда он понял, что придётся доверить мне своё имущество, рискуя его больше никогда не увидеть, физиономия мельника скривилась так, что казалось, обратно уже не разгладится:

— А может, боярин, трофеями расплатитесь? — вкрадчиво предложил он. — Вся деревня только и говорит о ваших лесных находках… С удовольствием приму их в качестве платы.

— Принять-то примешь, а дальше что ты с ними делать станешь? — я насмешливо приподнял бровь. — Продать всё равно не сможешь. К старосте побежишь? А он когда ещё купца дождётся? И много ли тебе с той продажи перепадёт? Пятая часть в лучше случае. Не лучше ли дождаться моего возвращения, получить полную сумму и наладить со мной добрые отношения? Чтобы в качестве нового воеводы я не имел причин так уж усердно лезть в твои дела, — невысказанная угроза повисла в воздухе.

Степан испустил такой тяжкий вздох, будто отдавал мне не пару сомнительной свежести кобыл, а родную дочь:

— Будь по-вашему. Только не подведите уж… Верните назад.

Захар за его спиной показал мне большой палец и довольно ухмыльнулся. Его достоинство, похоже, ничуть не пострадало от затянувшихся споров и ругани.

Наутро я и трое охотников отправились в путь.

Сани мерно поскрипывали на ухабах. Запряжённая в них пара крепких чубарых лошадей равнодушно отмахивалась хвостами от порывов студёного ветра. В вышине парил Скальд, разведывая обстановку. Ему было наказано лететь впереди нашей группы, обращая самое пристальное внимание на всё, что творится по обе стороны от дороги. В обмен же ненасытная бездна требовала капель магической энергии, да побольше, побольше!..

По пути я разговорился со спутниками, пытаясь лучше их узнать. Постепенно беседа перешла к их жизни в Угрюмихе. Судя по рассказам, существование здесь было трудным, но терпимым.

— Савелий человек себе на уме, — поделился со мной крепко сложенный Силантий, которому было около сорока. — Но порядок поддерживает. Без него деревня, вероятно, давно бы развалилась.

— Верно, — подтвердил его товарищ, длинноносый Федот. — Только вот о простых людях не особо заботится. Больше думает о собственной выгоде, а на наши нужды внимания не обращает.