Чтение онлайн

— За городом расположено одно своеобразное заведение, — начал Прохор, опёршись ладонью о край стола. — Называется «Чёрный Вигвам». Владелец — Дезире Борегар, человек де Понтиака. Каким-то образом это место связано с Гильдией Целителей.

Василиса заметила, как кронпринц при слове «Гильдия» чуть наклонил голову, словно волк, уловивший знакомый запах. Шрам на его предплечье, оставшийся после керамического клинка в штаб-квартире Гильдии, побелел под рукавом рубашки.

— Мне нужно знать, что там происходит, — продолжил Прохор, — но сам я ехать не могу. После инцидента с Бижики за мной следят слишком плотно, а моё лицо в Детройте слишком примелькалось.

Он перевёл взгляд на княжну, и она поняла, к чему идёт разговор, раньше, чем он произнёс следующую фразу.

— Ты хочешь отправить туда меня, — сказала Голицына, опередив его.

— Вас двоих. Ты менее приметна. Молодая аристократка из свиты, которой стало скучно в четырёх стенах и которая интересуется экзотическими развлечениями. Сигурд — твой спутник, скандинавский принц, желающий посмотреть на заокеанскую ночную жизнь. Легенда органичная, готовить ничего не нужно.

Василиса кивнула. Легенда и впрямь ложилась естественно: в свите князя она выглядела именно так, как описал Прохор, и никому в Детройте не пришло бы в голову подозревать в ней разведчика.

— А что именно я там ищу? — Голицына скрестила руки на груди. — Лаборатории? Пленников?

— Всё, что покажется тебе подозрительным. Мне нужна информация от доверенного человека, а не пересказ от местных сплетников.

Княжна прикусила губу, прокручивая в голове расклад.

— Хорошо, — сказала она. — Я справлюсь.

Прохор помолчал и добавил:

— Одно условие, Василиса. Если увидишь или почувствуешь опасность, уходи. Немедленно, без вопросов и без геройства. Обещай мне это.

Голицына хотела отшутиться, сказать что-нибудь вроде «я не Полина, меня спасать не надо», но осеклась, вспомнив Химеру. Да и Прохор смотрел на неё серьёзно, без тени иронии, и в его взгляде она прочитала не приказ командира, а беспокойство старшего брата, отправляющего близкого ему человека в опасное место.

— Обещаю, — ответила княжна тихо.

Память услужливо подсунула ей десятый этаж медицинского холдинга «Гиппократ»: коридор, провонявший порохом и кровью, и лица усиленных Реликтами бойцов Гильдии, двигавшихся с механической точностью автоматов, лица, в которых не осталось ничего человеческого. Она помнила, как один из них продолжал наступать со сломанной рукой, висевшей плетью, и его глаза при этом оставались стеклянными, пустыми, как у рыбы на прилавке.

— С её головы не упадёт и волосок, — произнёс Сигурд ровным голосом.

Швед стоял у двери, скрестив руки на груди, и его лицо с широкими скулами и светлыми глазами выражало спокойную готовность, с которой он вступал в любой бой.

Вечером следующего дня нанятый автомобиль свернул с городской дороги на частную аллею, обсаженную стрижеными вязами. Василиса сидела на заднем сиденье рядом с Сигурдом, одетая в вечернее платье тёмно-зелёного шёлка, которое уложила в чемодан перед поездкой «на всякий случай». Вот и случай представился… На запястье мерцал браслет из лунного камня, в ушах покачивались серьги. Образ пресытившейся молодой аристократки, ищущей острых ощущений, сидел на ней так же ладно, как само платье.

Территория «Чёрного Вигвама» производила впечатление загородного клуба для людей, которые могли топить камин деньгами. Подстриженные лужайки, фонари с коваными завитками вдоль подъездной аллеи, на парковке с полтора десятка автомобилей, каждый из которых стоил больше, чем годовое жалованье армейского офицера. Здание оказалось бревенчатым комплексом, стилизованным под охотничий домик, но масштаба большого отеля: три этажа, широкие террасы, увитые диким виноградом, и медные буквы над входом, складывавшиеся в название.

Снаружи всё выглядело пристойно.

Внутри иллюзия начала рассыпаться в первые же минуты.

Игровой зал занимал большую часть первого этажа, и сам по себе был обставлен дорого и со вкусом. С тем оттенком нарочитого порока, который подобные заведения культивировали сознательно. Зелёное сукно столов, хрустальные люстры, приглушённый свет, тяжёлые портьеры бордового бархата, бар из полированного чёрного дерева вдоль дальней стены. Публика соответствовала обстановке: промышленники с драгоценными запонками, старшие чиновники с выражением людей, которые знали, что их здесь никто не осудит, несколько военных в штатском, угадывавшихся по выправке и коротким стрижкам. Женщины в зале были слишком красивы и слишком внимательны, чтобы сойти за обычных гостей; их взгляды скользили по мужчинам с профессиональной оценкой ювелира, разглядывающего неогранённые камни.

Василиса взяла бокал шампанского у бармена и, пригубив его, начала присматриваться к деталям, которые скрывались за внешним блеском. Мужчина за рулеткой с остекленевшими зрачками, не моргнувший, когда крупье сгрёб его фишки. Женщина рядом с ним, касавшаяся его запястья с той точно отмеренной нежностью, которая не имела ничего общего с привязанностью, и одновременно подававшая знак бармену: жест незаметный, отработанный. В воздухе висел не только табачный дым, но и что-то ещё, сладковатое, на самой грани восприятия. Василиса втянула воздух и задержала дыхание. Она вспомнила рассказы Прохора о «Чёрной Зыби», наркотике на основе Реликтов, который снимал боль и давал эйфорию, а потом забирал всё с процентами. Здесь ими был пропитан сам воздух.

Дезире Борегар встретил гостей лично. Крупный мужчина лет пятидесяти, с широкой улыбкой, в которой было слишком много зубов, и золотыми перстнями на каждом пальце. Перстни были массивные, безвкусные, из тех, что носят люди, путающие богатство с количеством драгметалла на руках. Хозяин заведения окинул Василису сальным взглядом, задержавшись на её бёдрах и украшениях, затем перевёл глаза на Сигурда, чью фигуру оценил иначе, на предмет возможной угрозы, и расплылся в ещё более широкой улыбке.

— Мадемуазель, месье, добро пожаловать в Чёрный Вигвам, — произнёс он голосом радушного хозяина. — Позвольте, я покажу вам сию обитель пороков, — последнее он произнёс таким тоном, словно предлагал им вместе посмеяться над общей шуткой.

Он повёл их по залам, и по мере продвижения вглубь здания наружный лоск сползал, обнажая то, что под ним скрывалось. На втором этаже располагалась «лаунж-зона»: полумрак, тяжёлые портьеры, кальянные кабинки, утопавшие в клубах ароматного дыма, откуда доносился негромкий смех и звуки, которые Василиса предпочла бы не слышать.

Проходя мимо одного из кабинетов, она скользнула взглядом в приоткрытую дверь и увидела человека, которого узнала по приёму в резиденции Совета. Чиновник среднего ранга, чьё имя она не запомнила, сидел в кресле с откинутой головой и мутным взглядом, а рядом с ним находились две девушки, выглядевшие так, словно им не было и пятнадцати. Слуга перехватил её взгляд, и дверь закрылась с мягким щелчком.

Голицына заставила себя не сбавлять шаг. Она почувствовала, как внутри поднимается тошнотворная волна, но сжала зубы и пошла дальше, цепляясь за роль, которую играла.