Чтение онлайн

Стало ясно — план сработал. Маги получили необходимую передышку, а регулярное применение моего защитного заклинания позволяло им функционировать, хоть и с ограничениями.

— Это не идеальное решение, — сказал я, собрав магов на утреннее совещание. — Но оно даёт нам время на поиск более постоянной защиты.

— И главное, — добавила Василиса, впервые за дни выглядевшая отдохнувшей, — мы снова можем думать и планировать, вместо того чтобы просто страдать от боли.

Зарецкий довольно улыбался в углу — его безумная идея спасла магов острога и купила нам драгоценное время в войне против Бездушных.

Вечерний свет тускло пробивался сквозь окна моего кабинета, где за столом сидели трое лучших специалистов острога. Максим Арсеньев, Анна Соболева и седобородый Леонид Карпов выглядели отдохнувшими, в их глазах читалась ясность мысли вместо прежней измотанности.

— Итак, какие у нас успехи с Маяком? — спросил я, располагаясь напротив.

Арсеньев первым выложил на стол свои чертежи, но говорил осторожно, словно боялся сказать что-то не то:

— Базовую конструкцию каркаса просчитал, воевода. Шесть опорных точек для кристаллов, центральный резонатор — технически это всё выполнимо. Но вот система энергетических контуров… — артефактор неуверенно покачал головой. — Я понимаю принцип создания магических усилителей, но не вижу, как именно должны взаимодействовать отдельные элементы в такой сложной конструкции.

Соболева добавила, её пальцы нервно постукивали по столу:

— С кристаллами похожая ситуация. Я могу их стабилизировать и синхронизировать — работала с нестабильными образцами в… в лаборатории. — На миг её голос дрогнул при воспоминании о плене. — Но для синхронизации шести гигантских кристаллов нужно точно знать, какие частоты резонанса требуются. Сейчас работаю практически вслепую.

— А теоретические расчёты, Леонид? — обратился я к профессору.

Карпов развёл руками:

— Базовая физика процесса понятна. Резонансные частоты, амплитудные колебания, интерференция волновых потоков — это всё описано в академических трудах. Однако дьявол, как известно, кроется в деталях — в точных параметрах воздействия на некротическую энергетическую структуру Бездушных, в способах усиления жизненной силы. Без точных данных мои формулы остаются элегантными, но бесполезными математическими абстракциями.

Я кивнул, понимая их досаду:

— То есть подвижки есть, но процесс затягивается отсутствием ключевых данных?

— Именно, — хором ответили все трое.

— Если бы у нас имелось полное понимание механизма работы артефакта, — продолжил Арсеньев, — детальные схемы усилителей, точные параметры кристаллических резонаторов, алгоритмы взаимодействия компонентов, процесс шёл бы намного живее. Мы могли бы завершить работу за неделю, а не тратить месяцы на эксперименты.

Я молча слушал их объяснения, но внутри нарастало понимание неизбежного. Поверхностных воспоминаний о работе Трувора было недостаточно. Нужны были детали, точные схемы, понимание каждого элемента конструкции. И для получения этого существовал только один способ…

— Хорошо, — сказал я наконец. — Продолжайте работу в том же направлении. Я попробую вспомнить больше подробностей о конструкции Маяка.

После ухода магов я остался один, мрачно глядя в окно на темнеющий острог. Было только одно средство получить нужную информацию, но оно сопряжено с серьёзными рисками. Погружение в Чертоги Памяти — древняя техника, разработанная Трувором для структурирования известной информации и извлечения забытых знаний из самых глубоких слоёв сознания. Она позволяла погрузиться в сокровенные уголки собственного разума и заново пережить давно забытые события с максимальной чёткостью.

Риски были немалые. Во-первых, существовала опасность потеряться в лабиринтах памяти, застрять в прошлом и не найти дорогу обратно в настоящее. Разум мог просто отказаться возвращаться в болезненную реальность, предпочитая комфорт воспоминаний.

Во-вторых, я терял возможность контролировать обстановку, что делало меня уязвимым для любого физического воздействия — включая атаки Бездушных или их агентов с промытыми мозгами.

В-третьих, интенсивное переживание травматичных воспоминаний могло нанести серьёзный ущерб психике, особенно если речь шла о трагических событиях.

Но выбора не было. Слишком многое зависело от успеха этого проекта.

Я тщательно подготовился к ритуалу. Зажёг свечи из пчелиного воска. Начертил вокруг кресла серебряным ножом защитные руны, которые Трувор вывел экспериментальным путём. Надел на шею амулет с небольшим кристаллом Эссенции — он должен был служить якорем, связывающим меня с настоящим.

Оставалось решить последний вопрос — кого попросить присмотреть за мной во время ритуала. Я отправил посыльного за Ярославой Засекиной.

Княжна явилась через несколько минут, её медно-рыжие волосы были, как всегда, заплетены в косу с металлическими кольцами. Серо-голубые глаза окинули подготовленный кабинет с профессиональным интересом.

— Что-то серьёзное затеваете, боярин, — заметила она, разглядывая руны на полу.

— Ритуал. Рискованный, но необходимый, — коротко объяснил я. — Мне нужен кто-то, кто присмотрит за мной, пока я буду… отсутствовать.

Ярослава чуть выпрямилась, в её взгляде мелькнуло удивление:

— И вы просите меня? — В голосе прозвучали нотки искреннего любопытства. — Почему не Бориса или кого-то из ваших приближённых?

— Потому что вы талантливая мечница, как я убедился во время нашей дуэли, — честно ответил я, — и опытный командир. Если что-то пойдёт не так, вы сможете сами принять правильное решение, а не будете ждать, пока вам кто-то отдаст приказ.

Лёгкий румянец тронул её скулы, хотя княжна старалась сохранить невозмутимое выражение лица:

— Понятно. А что именно может пойти не так?

— Я могу потерять связь с реальностью, застрять в воспоминаниях. Или стать уязвимым для различных атак. В первом случае нужно будет меня разбудить, во втором — защитить.

Ярослава кивнула с деловитым видом:

— Сколько времени займёт ритуал?

— От часа до нескольких. Точно сказать не могу.

— Хорошо. Буду следить, — она коротко кивнула, принимая на себя ответственность. — Но если вы там, в своих воспоминаниях, решите задержаться подольше обычного, я вас оттуда вытащу. Жёстко.

Несмотря на напряжение предстоящего ритуала, я едва заметно улыбнулся:

— Вот так сразу? А как же цветы или ужин, княжна?

Ярослава мгновенно покраснела до корней волос, но тут же сощурилась с опасным блеском в серо-голубых глазах:

— Очень смешно.

Устроившись в кресле, я закрыл глаза и начал медленно погружаться в транс. Первым этапом было успокоение сознания — отпустить все текущие заботы, страхи, планы на завтра. Дыхание стало глубже и медленнее. Сердцебиение замедлилось. Мир вокруг постепенно растворился.