Чтение онлайн

Дверь в его комнату осторожно открылась и в ней появился Гунар-Лим, в руках он держал дымящееся деревянное блюдо с жаренным мясом и небольшой стакан вина.

– Позволите войти, мой господин?

– Я тебе не господин, – голос Маркуса был больным слабым и надломлено хриплым. Его после сказанного резко скрутил жесточайший кашель. Когда сухой, раздиравший легкие приступ закончился, Маркус выпрямился и посмотрел на свою белую ладонь, на которой остались следы светлой вспенившейся крови.

Гунар нахмурился. От него не скрылось, что рядом с креслом стояло темное копье "Сайронхайт", с которым молодой харагрим теперь практически никогда и нигде не разлучался. Подле его правой руки, опираясь серебряной рукоятью о деревянную ножку кровати, стоял меч Хемли Прайма прозванный когда-то давно "Пожирателем Тьмы". Хоть сейчас хватай все это и кидайся в бой. Вот только было очевидно, что у Маркуса сейчас едва бы хватило сил, даже чтобы просто оторвать старинный клинок от земли.

– Перестань называть меня господином, у меня есть имя как и всех остальных людей на этой земле.

– Прошу прощения, я с детства привык называть господином любого, кто умнее, сильнее и быстрее меня.

– Ты прежде был рабом, Гунар? – прохрипел Маркус, глядя куда-то в сторону.

– Нет.

– Тебе не кажется в таком случае, что если ты и дальше будешь называть своим господином любого кто сильнее тебя, сам господином ты никогда так и не станешь?

– Я принес тебе поесть, Маркус.

– Благодарю, но я не голоден. Каждый вздох для меня теперь это будто я вдыхаю жар плавильного горна. Каждый глоток, это словно я глотаю битое стекло. Еда в желудок попадает так, будто я пью раскаленный свинец. Прошу тебя, уходи, мне сейчас трудно говорить. Нужно немного передохнуть, впереди у меня еще очень долгий путь.

Гунар решительно положил поднос на кровать рядом с креслом, тяжело вздохнул и, молча развернувшись, вышел вон, осторожно скрипнув невысокой дверью.

Спустя еще некоторое время дверь в комнату снова открылась и на сей раз в нее предварительно не постучали. Маркус поднял глаза, в которые словно насыпали соляную пыль и увидел девушку в черной рясе, расшитой ярко красным шелком. Ведьму в ритуальных одеждах темного обряда. Точно в такой одежде он увидел на Имперском тракте Алию в середине зимы, в тот самый день, когда все это началось. Она была молодой, темноволосой и довольно юной на вид и на свою старшую сестру была похожа лишь формой глаз и уголками пухлого рта. Но сходство это для того, кто внимательно смотрел, скрыть было попросту невозможно.

– Можно мне войти, Маркус?

– Заходи, – проговорил он, поморщившись. – Хуже мне уже все равно не будет.

– Прости за внешний вид, но мне кажется так тебе будет проще понять кто я. Не так ли?

– Если у меня уже не начались ведения от всего перенесенного, то ты, как я понимаю, Нейрис-Мелисант-Херми. Младшая сестра Алии-Мелисант-Херми, с которой не так давно я заключил сделку не скрепленную кровью.

– Все верно.

Маркус снова зашелся в приступе жуткого кашля, который, как могло показаться, буквально с треском рвал его внутренности на мелкие куски.

– Ты очень плохо выглядишь, северянин.

– Пустяки. Обычное смертельное проклятие. Скоро пройдет.

– Не сомневаюсь. Я тут как раз для того, чтобы все это прошло.

– О чем ты?

– Я могу снять с тебя лист Медридала и ты сможешь продолжить то, что начал, когда встретил Алию, – она пришла вперед и осторожно села на край кровати подле него, стараясь заглянуть ему в глаза, почти потерявшие цвет.

Маркус, то ли снова закашлял, то ли рассмеялся, услышав эти слова, но скорее всего это было все за раз.

– Благодарю, но о первом договоре с ведьмой я уже успел пожалеть. Не хотелось бы так скоро повторять свои ошибки, пусть даже слишком умным я себя никогда не считал.

– Не говори глупости. Твоя женщина все еще в плену и кто по твоему освободит ее из лап этих чудовищ? Те двое что сидят сейчас внизу? Думаю твой брат этим заниматься не станет, а рассказать ему ты просто не успеешь, потому что лист Медридала сожрет тебя заживо прежде, чем вы с ним наконец встретитесь.

Маркус очень долго молчал. Нейрис тоже молчала, внимательно изучая его измученное страданиями лицо.

– Чего ты хочешь, маленькая ведьма?

– Я уже сказала. Мне нужно, чтоб ты был здоров. От этого очень многое зависит в будущем и всем без исключения это хорошо известно. Тем, кто за тебя и тем, кто против. Глупо умирать сейчас, просто потому что тебя гнетут неуместные сомнения.

– Как ты узнала что со мной?

– Разве тебе важны все эти условности и мелочи, Маркус?

– Из условностей и мелочей построена дорога в ад, – он старался, чтоб его голос по прежнему не был слабым, но с каждым сказанным им словом это получалось все с большим трудом.

– Хватит этих губительных для моей головы рассуждений. Когда все это кончится, давай соберемся вдвоем у жаркого очага, выпьем вина с пряностями, я разденусь и мы поболтаем о добре и зле. А пока мы на войне, давай делать то, что требуется от нас обоих, как от воинов, защищающих то, что нам дорого.

– Я уверен, что ты что-то попросишь у меня взамен. Ты ведьма, а значит не станешь ничего делать просто так.

– Верно. Не стану. За все надо платить. Я попрошу у тебя вещь, для тебя совершенно не существенную и глупую. Но крайне важную и нужную мне. Тебе будет совсем не сложно сделать то, что я у тебя попрошу, Маркус из Рейна.

– Чего ты хочешь, женщина?

– Ты должен поклясться кровью, что никогда и ни при каких условиях ты не причинишь вреда Лилее из Семериван.

– Что за бредни? Лилее из Семериван? Первой предвечной святой? Она давно уже мертва. Ее замучили и убили в диких землях. Ты видимо мне чудишься от боли, если просишь у меня подобную чушь.

– Поверь, я абсолютно настоящая и тебе я отнюдь не мерещусь. В случае, если то, что ты говоришь правда, тебе еще проще будет сдержать данное мне слово.

– Я знаю, тут скрыта какая-то уловка. И мне не следует соглашаться, как бы не было тяжело. Кто знает, может следом за тобой в дверь зайдет целительница в белом и спасет меня от этого проклятия без всяких сделок с Тьмой.

Ведьма расхохоталась, совершенно не заботясь о том, что кто-то снаружи может услышать ее громкий и хрипловатый хохот.

– Целители сами ни к кому не ходят. Их нужно сначала найти, потом попросить и вот может тогда. Никто не поможет тебе, Маркус, особенно в том, во что ты теперь замешан.