Чтение онлайн

Из приказа по 464-му пехотному полку 253-й немецкой пехотной дивизии от 20/X—41 г., разд. «Особые замечания»:

«Необходимо иметь в виду заминированную местность. Использование саперов не всегда возможно. Батальоны должны будут вести бой сами, не ожидая помощи. Я рекомендую для этого, как с успехом практиковалось в первом батальоне 464 ПП. использовать военнопленных (особенно русских саперов). Всякое средство оправдывается, если необходимо быстро преодолеть местность».

Из приказа по 60-й немецкой мотопехотной дивизии за № 166/41:

«Русские солдаты и младшие командиры очень храбры в бою. Даже отдельная маленькая часть всегда принимает атаку. В связи с этим нельзя допускать человеческого отношения к пленным. Уничтожение противника огнем или холодным оружием должно продолжаться до тех пор, пока противник не станет безопасным».

Из директивы управления VIII военного округа (Бреслау) от 28 октября 1941 г. «О советских военнопленных»:

«2. Погребение советских военнопленных.

Советских военнопленных следует зарывать в землю раздетыми, завернутыми только в оберточную бумагу и без гробов.

Гробами разрешается пользоваться только для перевозки.

В рабочих командах погребение производится соответствующими местными властями. Расходы по погребению оплачивает соответствующий стационарный лагерь для военнопленных. Раздевание военнопленных осуществляется охраной».

Итак, Гиммлер приступил к программе «обезлюживания» восточного пространства… И естественно, что уничтожение военнопленных было одним из важных пунктов сей программы… Вот еще несколько примеров, показывающих всю меру цинизма и бессовестности нацистского карательного аппарата.

«Секр. От 8/IX—41.

Распоряжение об обращении с советскими военнопленными во всех лагерях военнопленных.

I. Общие вопросы обращения с советскими военнопленными. Большевизм является смертельным врагом национал-социалистской Германии… Поэтому большевистский солдат потерял всякое право претендовать на обращение как с честным солдатом, в соответствии с Женевским соглашением.

Поэтому вполне соответствует точке зрения и достоинству германских вооруженных сил, чтобы каждый немецкий солдат проводил бы резкую грань между собой и советскими военнопленными… Самым строгим образом следует избегать всякого сочувствия, а тем более поддержки. Чувство гордости и превосходства немецкого солдата, назначенного для охраны советских военнопленных, должно во всякое время быть заметным для окружающих.

Поэтому предлагается безоговорочное и энергичное вмешательство при малейших признаках неповиновения, а особенно в отношении большевистских подстрекателей, неповиновение, активное или пассивное сопротивление должны быть немедленно и полностью устранены с помощью оружия (штык, приклад и огнестрельное оружие)… В отношении советских военнопленных даже из дисциплинарных соображений следует весьма резко прибегать к оружию. Подлежит наказанию всякий, кто для понуждения к выполнению данного приказа не применяет или недостаточно энергично применяет оружие…»

Последняя приведенная нами фраза этого длинного распоряжения (мы цитируем его далеко не полностью) особенно знаменательна — Гиммлер грозит наказанием своим собственным подручным, если они будут недостаточно энергично бросаться на безоружных людей, не станут колоть их штыком, бить прикладом или стрелять в них с ходу.

Характерно также, что на первом этапе войны против Советского Союза нацистские звери были совершенно уверены в собственной безнаказанности. Настолько уверены, что они декларировали во всеуслышание свои «методы» расправы с военнопленными.

Перед нами «Приложение к директиве ОКВ, отдел военнопленных за № 3058/41». На документе специальная пометка: «Рассматривать как несекретное».

Цитируем несекретное «Приложение».

«Большевизм является смертельным врагом национал-социалистской Германии… Поэтому по отношению к ним (советским военнопленным. — Авт.) настойчиво предлагается проявлять чрезвычайную бдительность, величайшую осторожность и самое острое недоверие.

Для караульных команд действуют следующие инструкции:

1. Безоговорочное вмешательство при малейших признаках неповиновения и непослушания.

Чтобы сломить сопротивление, следует безжалостно применять оружие… немедленно стрелять (без оклика), с твердой решимостью поразить цель.

…Следует препятствовать всяким разговорам военнопленных с гражданскими лицами, вплоть до применения в необходимых случаях оружия, в том числе и против гражданских лиц».

Но все это было лишь началом неслыханного геноцида по отношению к советским людям. Уже в январе 1942 г., через полгода после нападения на СССР, в Берлине было издано распоряжение о клеймении советских военнопленных. Цитируем этот чудовищный документ:

Следить за выполнением приказа должны были СД-заграница (люди Шелленберга) и местные отделения гестапо, то есть люди Мюллера плюс эйнзацгруппы и зондеркоманды.

Но клеймение ляписом (выжигание клейма) показалось гитлеровцам недостаточным. Верховное командование вермахта издало 20 июля 1942 г. второй приказ о клеймении советских военнопленных:

«1) Советские военнопленные подлежат клеймению посредством особого долговременного знака.

2) Клеймо имеет форму острого угла примерно в 45 градусов с длиной сторон в 1 сантиметр, расположенного острием кверху, и ставится на левой ягодице на расстоянии ладони от заднего прохода. Этот знак наносится посредством ланцета, имеющегося в любой воинской части. В качестве красящего вещества употребляется тушь. Выполнить это надлежит следующим образом: в порезы, нанесенные раскаленным ланцетом на поверхность натянутой кожи, ввести тушь…

Так как в настоящее время еще нет достаточного опыта в отношении стойкости клеймения, то затем через определенные промежутки времени — по истечении 14 дней, четырех недель и через три месяца — следует проверить клеймо и в случае необходимости возобновить его.

3) Клеймение не является медицинским мероприятием…

6) Это мероприятие не должно препятствовать использованию на работах. Поэтому клеймение военнопленных, занятых на работе, должно по возможности производиться по месту нахождения рабочих команд…»