Чтение онлайн

Ульяна горестно кивала головой, напряженно вслушиваясь в каждое мое слово. Я продолжила:

– Тетку эту я точно не видела. Да и в твой круг знакомых она не входит. У меня отличная память на лица, ты же знаешь.

Подруга замолчала и отставила чашку в сторону. Слегка прищурив глаза сейчас она не мигая смотрела на меня так, словно что–то ее тревожило.

– Что? – я чуть не поперхнулась от ее взгляда сырником, который должен был растаять у меня во рту.

– Я эту тетку не видела…

– Уля, солнышко, тебя что, Дурнев запрограммировал? Ты уже говорила, что не видела, – я занервничала от глубокомысленного выражения лица Ульяны.

– Не видела, – перебила меня Ульяна, – но… Этот образ… Я ее…, вернее, образ этой тетки где–то видела… А может и не видела. Чертов следователь, точно меня зомбировал. У него признаешься в том, чего и не совершал.

Ульяна совершенно сникла, поверив в свою излишнюю внушаемость. Ее вид красноречиво говорил сейчас о том, что Ульяна – модный фотограф, а не модный детектив.

– Не спеши с признанием. Давай рассуждать логически, без эмоций, опираясь сначала на факты. Дамочка приехала на машине. Машины не было. Значит ее кто–то, зачем–то сюда привез и здесь убил. А может и труп привезли. Рядом поселков нет. Ближайшая турбаза – в нескольких километрах. Так что везли точно в Жаворонки, – предположила я.

– Да уж, тётка эта точно километры на своих шпильках не осилила бы.

– Но в посёлке кроме меня. Стефаны и охранника сейчас никого, следовательно…

– Ты – не причем! Я – не причем! Бабка – не причём! Охранников в тот вечер в вашем посёлке точно не было. Дурнев проговорился. Значит, перепутали посёлок с базой и привезли сюда.

– Может быть, действительно ехали на базу? – я задумалась. – На шпильках по скалам лазить? Это такой новый вид экстрима для молодёжи? Что–то не сходится.

– А что за база? – Ульяне явно надоело расстраиваться и жизнь заиграла в ее глазах.

– Турбаза Купельки. Говорят, шикарное место! Его, думаю, сложно спутать с коттеджным комплексом. Хотя… машина уперлась в забор. Может думали к озеру проехать таким Макаром? Там раньше, говорят, была прямая дорога. Надо будет все же на Купельки съездить, да и с бабкой стоит поговорить. Чем черт не шутит? Может и узнаем что–нибудь.

Донельзя довольные собой, мы наконец–таки облегченно вздохнули. Затяжное уныние сменилось здоровым энтузиазмом.

Мила. Несколькими месяцами ранее…

Составив гороскоп для Кристины на месяц вперёд и тщательно взвесив все «за» и «против» Мила продолжила:

– С понедельника выйдешь на работу. Не бойся, я тебя всему научу. В фирме я с самого первого дня, когда и фирмы, как таковой, еще не существовало. Это теперь наша компания – лидер рынка, а тогда… начинали с «нуля». В общем, первое время поживешь у меня.

Щупленькая блондинка беспокойно елозила в глубоком кресле, предназначенном явно не для ее габаритов. Легкое бежевое кимоно беззащитно свисало с ее худеньких плеч. Пальчиками она перебирала подол своего одеяния. Чувственный кукольный ротик девушки приоткрылся, то ли от избытка чувств, то ли из–за низкого мышечного тонуса. Очевидно зная, каким образом можно сойти за умную, она продолжала упорно молчать.

– Сначала в фирме я работала секретарем, затем эту должность упразднили, и я стала помощником руководителя, – продолжила повествование Мила.

– Недавно шеф назначил меня начальником отдела рекламы. Только до сих пор не пойму – радоваться мне или печалиться по этому поводу? Пока эти две должности я совмещаю. С понедельника ты возьмешь функции секретаря на себя. Ты согласна?

Кристина промолчала. Её напряженная поза контрастировала с мирной канвой происходящего и сообщала о том, что на душе у девушки было совсем не так спокойно, как хотелось радушной хозяйке.

Мила, стоя напротив окна, задумчиво накручивала на палец непослушный локон густых темно–русых волос. Она не нуждалась в утвердительном ответе. Она реализовывала задуманные планы. Её хорошая ровная кожа, уверенный взгляд, уверенная походка, уверенный голос и красивый маникюр – все говорило за себя – Мила выросла из роли помощника, живущего чаяниями и надеждами своего босса. Она взяла курс в гавань под названием «Главный заяц – ты сама, поэтому бежать за вторым нет смысла». По её логике, второй заяц, в лице босса, либо сам прибежит к ней за подмогой, либо отправится к деду Мазаю, то есть к своей жене. И это будет его выбор.

– Когда мы вышли на рынок занимались только транспортом и логистикой. Это уж потом – раскрутились, приобрели мощности по производству шин, стали сотрудничать с финнами. Между прочим, секретарь – отличный старт для работы в бизнесе вообще.

– Я очень боюсь, что у меня ничего не получится. Нет, по хозяйству я справлюсь, а вот секретарем…, да еще со знанием финского… А с прежней работы я уже уволилась, – блондинка все никак не могла успокоиться, хотя атмосфера уюта и некоторой таинственности располагала к внутреннему моральному спокойствию.

– Не дрейфь. Я помогу тебе, ты – мне. Как я уже сказала, первое время поживешь у меня. Я давно мечтала найти ответственную коллегу и способную помощницу по хозяйству. Два в одном! Супер! Пойдем, я покажу тебе твои апартаменты, – Мила хлопнула в ладоши и призывно махнула рукой.

Блондинка покинула облюбованное ей кресло и побрела за хозяйкой квартиры.

Мила, легко лавируя мимо богемной обстановки своего жилища, распахнула двери соседней комнаты и включила приглушенный свет. Кристина замерла, затем подалась вперед, глаза ее округлились и еще больше увеличились в размере. Комната была великолепна! Эркерное окно, воздушный голубой балдахин над кроватью, обои пастельных тонов, шикарная люстра в виде полумесяца, цветные свечи в элегантных хрустальных розетках и запах лаванды создавали ощущение роскоши и тайны.

Внезапный переезд в Питер и заманчивое предложение Милы по поводу их совместного проживания, вакантная должность, о которой Кристина даже не мечтала, плюс… грамотно подобранный интерьер – напрасно пытались погрузить сосредоточенную квартирантку в состояние неги и расслабленности. «В чём подвох?» – отчетливо читалось в ее глазах. Кристина даже стала заикаться, произнося что–то иносказательное. Вскоре она и заикаться перестала, замерла. Оковы внезапного оцепенения были наложены на неё собственными тяжёлыми и мрачными мыслями. Мысли бродили далеко от того настоящего, в котором пребывало её тело.

С гордостью за свой интерьер Мила наблюдала за реакцией своей юной подруги.

– У тебя на лбу написано: «Убьет и продаст финнам на органы». Нет, все гораздо романтичнее. Ты мне нужна для сердечных дел.

Лицо блондинки вытянулось ещё больше. На лбу девушки пролегла длинная неглубокая морщинка, выдающая напряженную работу мысли. Очевидно, что слово «финны» у нее четко ассоциировалось со словом «порно». Кровать с балдахином под люстрой и тонкий запах лаванды сомнений не оставляли. Кристина сосредоточилась и полностью погрузилась в свои переживания, оценивая свой потенциал и свои способности на ниве жриц любви.