Чтение онлайн

–  Опять мимо!
– ухмыльнулся разведчик.
– Моя фирма приносит Штатам хорошую прибыль. В Стамбул везем мясо, ширпотреб - у них здесь начинается мода на все заграничное, - из Западной Турции экспортируем хлопок, табак, фрукты. Особенно хорош бизнес, связанный с фундуком - вы, кстати, знаете, что на Турцию приходится половина мирового сбора этого ореха? Дела идут, мистер Джонс.

–  Да-да, понимаю, - согласился тот.
– Из Непала - курятину… Отличный бизнес. Но последний рейс принес большие убытки, не правда ли?

–  Нет, отчего же. И груз, и самолет были застрахованы.

–  А пассажиры?
– спросил доктор, с трудом сдерживая злость. Пассажиров забыли застраховать.

–  Что вы имеете в виду?

–  Послушайте, Питерс! Или как вас там - Бирет! В вашем самолете не было горючего, а пилоты, подняв машину в воздух, прыгнули с парашютами! Прокомментируете вы это наконец?

Майор помолчал, скорбно кивая головой.

–  Плотно они вас держали, дорогой Инди, все предусмотрели, ублюдки, вздохнул он.
– Прозевали мы это, просто позор… Собственно, из-за вас и меня расшифровали, вот почему мой самолет оказался с сюрпризом. Я и сам-то еле выбрался из Непала, с такими приключениями, что не при ребенке рассказывать.

–  Я не ребенок!
– попытался вскочить Дорджи.

–  В Турции юноша должен спросить разрешения, если хочет что-то сказать, - улыбнулся майор.
– Недопустимая для профессионального агента ошибка, Клопик.

–  И что теперь?
– напомнил Джонс, поутихнув в своем раздражении.

–  Теперь - о'кей, - удовлетворенно ответил разведчик.
– Немцы потеряли ваш след, это очевидно, ну а мой - тем более…

Пустынное шоссе кончилось как-то сразу, вдруг. Сначала автомобиль вонзился в кварталы геджеконду (в переводе с турецкого "выстроенных ночью") - трущоб, в которых жили самовольно обосновавшиеся в Стамбуле. Нищие действительно строили эти убогие лачуги ночью, потому что днем власти уже не имели законных прав выселить их. Затем пошел Дерседет с его мечетями и узкими улицами, больше похожими на овраги, где громоздкому "Опелю" было тесно, как индийскому слону на манеже цирка. Затем по Галатскому мосту переправились через бухту Золотой Рог, и, миновав портовый район Галата, выбрались в Пера.

Город, как выяснилось при ближайшем рассмотрении, вовсе и не думал спать. Сумрачные женщины, кутаясь в ткани, подпирали глиняные стены, подозрительного вида мужчины, зигзагами бродившие от одной женщины к другой, шарахались прямо из-под колес, откуда-то неслась музыка, отчетливо пахло разнообразной едой.

–  Почему вы сегодня без своего сына?
– спросил Индиана.
– В самом деле, где ваш интеллектуал-сержант?
– он чуть было не употребил слово "горилла", вовремя спохватившись.

–  Чак во Франции, - ответил майор.
– Важное задание.

–  Ага, значит его зовут Чак… Долго нам еще ехать, мистер Питерс?

–  Уже почти приехали. Мой дом возле дворца Долмабахчи, если вы знаете, где это.

–  Я все знаю, - сказал доктор Джонс. Что, впрочем, не было таким уж сильным преувеличением. Через минуту он тронул майора за полу жакета. Пожалуйста, прикажите остановиться вот здесь, возле отеля.

–  Зачем?

–  Наверняка почта отеля еще работает. Мне нужно дать телеграмму в Штаты.

–  Вы не станете давать никаких телеграмм, - ровным голосом произнес Вели Мелих Бирет.

Джонс в упор взглянул на собеседника.

–  Слушайте меня внимательно, эфенди, - так же спокойно отозвался он.
– Вам не понравится то, что я скажу. Правительство Соединенных Штатов содержит разведку и симпатичного парня Билла Питерса, но не содержит профессора археологии Индиану Джонса. До сих пор упомянутый мной профессор не получил за свое старание ничего, кроме оплаты переездов и питания. Мисс, которая сидит рядом с нами, продала "медальон" за пять тысяч, между тем получила три. Так что, как видите, профессору археологии ничего не остается, кроме как заняться своим делом с достойным его квалификации оплатой.

–  Финансовые вопросы мы отрегулируем завтра же, с утра, - напряженным голосом сообщил майор.
– Нет, сегодня же.

–  Да я чего, я подождать могу, - повернулась сияющая Лилиан.

–  Кому вы хотите телеграфировать?
– продолжил майор.

–  Сотруднику музея, с которым я сотрудничаю. Кстати, мой отец также работал на его проект, и если учесть, что Иглвуд и Генри Джонс - один и тот же человек, то я не вижу другого способа…

–  Абрахам Иглвуд - ваш отец?
– свистяще выговорил Билл Питерс.

–  Увы, - пожал плечами Индиана.

Разведчик открыл сетчатое окошко в перегородке, застучал ладонью, закричал на скверном английском: "Стоп машину!", тут же повторил фразу на турецком и откинулся обратно на сиденье.

–  Ваш отец?
– сумасшедшими круглыми глазами он оглядел гостей.

–  Спасибо, что выполнили мою просьбу, - вежливо ответил Индиана и решительно вылез из автомобиля.

Он дал Джеймсу Сайрусу Бьюкенену телеграмму следующего содержания: "СОГЛАСЕН УЧАСТВОВАТЬ ПРОЕКТЕ ЧАША ЖДУ УСЛОВИЯ СТАМБУЛ ПЕРА ЦЕНТР ДО ВОСТРЕБОВАНИЯ ИНДИ".

Сейчас в Чикаго два пополудни, - подумал доктор Джонс, - Джи-Си как раз на работе… Когда он вернулся, разведчик пребывал в деловом возбуждении.

–  Мисс мне все рассказала. Над каким проектом работал профессор Генри Джонс?

–  Чаша Грааля. Фантастично звучит, не так ли?

–  Чаша Грааля… - майор встретил сенсационную новость достойно, компетентно, как надо.
– Есть абсолютно достоверная информация, господа, что нацисты также ищут некую чашу Грааля. Координацию поисков осуществляет археологический отдел института Аненэрбе, лично Райнгольд фон Урбах, руководитель отдела. Все это очень интересно, господа.

–  Вы мне говорили в Чикаго об Урбахе, - кивнул Джонс.
– Какой-то никому неизвестный ученый, без имени и без работ. У меня профессиональная память.

Машина двинулась дальше.

–  Вы правильно решили, Инди, - возобновил беседу Питерс после недолгого молчания.
– Поддерживайте контакт с вашим музейщиком, я не против. Генри Джонса необходимо найти, если, конечно, он жив.

–  Вы шутите!
– отозвался Индиана.
– Что значит "если жив"? Кому нужна жалкая неудавшаяся жизнь моего отца?
– он даже засмеялся от нелепости подобных предположений.

–  Не слушайте вы его, - вступила Лилиан.
– Индиана волнуется за своего отца, что бы он там ни говорил. Меня не обманешь, я еще в самолете это поняла, даже удивилась. В железном археологе, оказывается, что-то человеческое все же сохранилось… - Женщина на мгновение прижалась к милому другу детства, нежно взявшись рукой за его колено.

–  Волнуется, не волнуется, какая разница?
– не понял ее мысли майор.
– Доктор Джонс совершенно прав в том, что его отец - ключ к нашим замкам.