Чтение онлайн

— Ты… ты пришёл? Мне так холодно, Шоно, забери меня отсюда… — тогда он впервые вынес её с млечного пути, ведущего в царство мёртвых, и очень надеялся, что больше такого никогда не повторится…

— Шоно, слышишь меня? — Индиана обращалась к нему уже не в первый раз. Пришлось даже потрясти за плечо, чтобы очнулся.

— Да? — осоловело глянул волк на названную сестру.

— Сотри обо мне любую информацию. В этот раз я действительно должна исчезнуть.

— Уже. И запомни, теперь у тебя действительно новая жизнь. Индианы Москалёвой больше нет. Тем, кто нашёл тебя для твоего медведя. достаточно лишь тоненькой ниточки, чтобы вновь обнаружить, — чуть помолчав, соединяя в голове нужные слова, Шоно продолжил. — А вот с нунганами они вряд ли смогут разобраться.

— Кто я теперь? — печально спросила Инди.

— Стела Новикова. И да, я решил освоеобразить твоё возрождение. Будешь новой звездой.

— Хорошо, что не пи…

— Заткнись! — резко перебил девушку волк, уж слишком легко она относилась к своим смертям, память о боли стирается, что ли? — Всё очень серьёзно, в этот раз мне пришлось дольше идти по млечному пути.

Индиана крепко обняла раздосадованного Шоно, опуская голову ему на грудь. Свет от угольков почти исчезал в темноте избы, напоминая жуткую темноту, из которой названный брат выносил её дважды.

— Прости, я действительно не помню боли, только темноту и холод. Прости.

Утром четверо молодых людей покинули избу, на Московский вокзал прибыло уже двое из них. В Москве остался только Шоно. Стелла Новикова приобрела билет до Улан- Удэ и растворилась в таёжно-горной Бурятии.

— Дался тебе этот архар, Цветков! До других достижений, что ли, не додумался? — Артур откровенно ржал над уже порядком набравшимся инструктором.

— Я думал, никто повторить такого не сможет! Не, дружище, сам смотри, я ему говорю, мол, принеси архара, тогда будет тебе рекомендация, а этот паскудник, сынулька твой, херак, — волосатая ручища Цветкова шлёпает по ляжке хозяина загулявшего тела. — Суууука, ик… Приносит! Знаешь, как я тогда впал в ступор?!

— Знаю, знаю, теперь вон на пару над молодняком издеваетесь. Поди, всех архаров уже перетаскали, кого в Красной книге теперь рисовать будут? — продолжает глумиться Чёрный.

Уже второй день на полулегальной базе в Киргизии гостит Артур. Приехал навестить новичка, почти год назад доставленного по личной протекции обоих Чёрных. Ну и за одним прикрыть жопку сына, удумавшего уехать с женой на Гаити на пару недель. Тоже, тля, нашли место для отдыха! Прям медовый месяц года, среди зомболюбов и антисанитарии…

В ущелье дикая красота! Бурлящий водопад окаймлён живописными каменными узорами, падает прямо в стремительную реку. Воздух гор сносит весь налёт субтильных, проморённых большим городом лёгких. Вкусный воздух! Душевно вокруг, спокойно, Цветков только раньше времени набухался, да может и к лучшему. Может, скажет, наконец, что там с Ванькой творится, а то обходит, гад, тему Вершинина второй день уже.

— Толь, ну а что, из молодняка толковый есть кто-нибудь? Если отбросить твоё наихреновейшее испытание с архаром и тупо пройтись по фактам, — спросил Артур, аккуратно выводя ножом круг на деревянном столе. Хрен его знает, почему в кругу он рисовал медвежью морду.

— А ну не порть мне мебель казённую! — неожиданно взвился инструктор.

— Толя, не выделывайся, стол не казённый, ты его в прошлом году сам из арчи смастерил.

— И что?!

— Значит, не казённый.

— Чёрный, сука, я его не для твоих художеств срубил! — вскочил, вдруг багровея, Цветков.

— Паааанеслась, — с удовольствием хрустнув шеей, Артур поднялся, краем глаза оглядывая возможное оружие для боя с придурошным инструктором.

Между тем, Цветков уже победно демонстрировал камчу.

— Давай, Ворон, я тебе перья посчитаю, распустил ты их тут что-то.

Взмах руки, и камча легко коснулась лишь краешка камуфляжных штанов Чёрного.

— Ах ты, чёрт старый! Еле успел отпрыгнуть, — в предвкушении нормального мужского поединка без поддавков, Артур хищно усмехнулся другу. — Давай, поддай жарку, может, в этот раз, сумеешь достать.

Цветков радостно растянул губы в подобии улыбки, в другой руке появилась вторая камча, где он её взял?!

— Достану, Артурка, ты ж помнишь наш уговор? Если я хоть раз выиграю, заступишь на моё место. Инструкторить будешь, а я начну приезжать и указочкой махать!

Две камчи засверкали в синхронном танце, пытаясь достигнуть нужного объекта. Артур только успевал уворачиваться от почти настигающих ременных плетей. Ненадолго он оказался позади Цветкова, думал успеть совершить удушающий приём, но куда там! Толя, как заправский человек-мельница, хлестанул по рукам одной камчой и приложился по лицу второй.

— Уффф, сурово ты со мной, — сосредоточился Чёрный.

— С вороном жить — по-вороньи крыть, — гаркнул Цветков, отбрасывая своё оружие. — Всё! Хватит, пошли пить дальше.

— Что ж остановился? Мы до победного захвата бьёмся обычно, — удивился Артём.

— Размялись, и будет. Я б тебя в этот раз уложил, а своё место вот не готов отдавать.

Артур молча уселся на место, бухать так бухать. Друг его всегда мог уложить и всегда поддавался. Анатолий никогда не уедет из этого места, слишком глубоко врос.

— А этот твой, как бишь его… Медведев. Он — терминатор етитский, вот. Говорю тебе, парень душу потерял. Машину ты мне привёз, а не человека, — инструктор в один глоток уговаривает гранёный стакан с араком [10] и хлопает им по основательному столу. — Но как машина он безупречен. Будет полезен чистильщикам.

— Не нравится он тебе?

— Да при чём тут… он не девка красная нравиться мне, — Цветков опять наливает по полному стаканчику. — Сломанный он, понимаешь? Как… Макс. Только Макс уже в конце сломался, а этот с самого начала.

— Он… употребляет? — спрашивает ерунду Чёрный, но с Вершининым может быть всё!

— С головой непорядок? Какое, нахер, употребление?! — возмущается Цветков. — Говорю же тебе, человека отдали без души. Парень — автомат, чистая машина. Понимаешь? Давай выпьем, у меня сейчас сорок семь душ в обучении, и твой сорок восьмым считается. Так вот, если его сейчас пустить по спецзачисткам, чтобы бабахнуло в школе, например, или на гуляниях парковых, он, не раздумывая, выполнит пожелания заказчика и это, твою мать, очень напрягает. Я не хочу быть к этому причастен.

Артур смотрит на задумавшегося Цветкова, тот просто крутит наполненный стакан в руке, собирается с мыслями.

— Ему похеру на всё, цели нет, интереса к жизни нет. Хех, как в той песне к херовому фильму: "ни любви, ни тоски, ни жалости". Неживой он, ему всё похер.

— Я попытаюсь разобраться, — Чёрный поднимает свой стакан, решая взять инициативу по пьянке на себя. — Давай за будущее, так, чтобы никогда не было похер.

В голове у Артура всплывает разговор с Иваном Вершининым сразу после огненного происшествия…