Чтение онлайн

Образование Пакистана в 1947 году не привело к урегулированию индуистско-мусульманских разногласий и не положило конец индуистско-мусульманским конфликтам. Напротив, все старые общинные проблемы остались неизменны, свинья по-прежнему была проклятьем для мусульман, а корова оставалась священной для индуистов, продолжавших поклоняться своим пышнотелым и многоликим богам, тогда как мусульмане молятся лишь Аллаху. Шесть миллионов индуистов и сикхов бежали из Пакистана в первые недели и месяцы после раздела, и около миллиона беженцев не дошли до Индии, умерли в пути, были убиты в поездах, которые превратились в гробы на колесах. Почти столько же мусульман бежало в противоположном направлении, и четверть из них, старики и дети, умерли в течение года после выселения. С тех пор соперничество за плодородные земли штатов Джамму и Кашмир с их снежными вершинами удерживают Индию и Пакистан в состоянии непрерывной войны. Мусульманское население Индии в большинстве своем осталось лояльным к своей вековой демократической республике. Тем не менее время от времени возникают кровавые индуистско-мусульманские погромы, особенно часто в Мумбае и по всему многонациональному Гуджарату, в переполненной Колкате, а также в Патне. Причинами становятся все те же общинные конфликты, которые были до разделения: сексуальные домогательства, шумная музыка у мечетей, забой коров, осквернение свиньями или предубежденность чиновников. В последнее время убийственные акции Аль-Каиды и террористов-смертников усугубили проблему — были подорваны пригородные поезда в Мумбаи, индуистские автобусы и переполненные базары, невинные люди были убиты фанатиками в Нью-Дели и Бангалоре, в Гуджарате и Мумбаи.

Сикхизм — религия «учеников» или «студентов» — была основана гуру Нанаком (1469–1539), индусом из Пенджаба, он изучал персидский и арабский языки, а также санскрит. Воспитанный в исторической среде религиозного (бхакта) индуизма и мистического исламского суфизма, Нанак впитал многое из священных учений Индии конца XV века, прежде чем его постигло мистическое озарение, которое привело к рождению его веры.

«Нет ни индусов, ни мусульман, — учил гуру Нанак. — Есть лишь Единое Сущее — творец и первопричина всего… Бог един». Повторение нама (имени) бога — один из обычаев поклонения сикхов, другим является тяжкий труд, а третьим — дележ доходов от тяжкого труда. Первый гуру был замечательным человеком вдохновенной мудрости, он радушно принимал в свою веру всех учеников, женщин наравне с мужчинами, он не делал различий для каст и религий — в сикхизме отменена сексуальная и иерархическая дискриминация, присущая индуизму. Там все вместе делили стол, всем были рады, своим и чужим, это еще один обычай сикхов, самый эгалитарный из социальных обычаев.

Гуру Нанак проделал пешком путь от Северной Индии до Бенгалии, по дороге он проповедовал свое, ниспосланное богом, слово и обрастал учениками, благодаря своей смиренной доброте и преданности богу. Первый гуру был великим странником, он путешествовал на юг, в Шри-Ланку, и далеко на запад, до самой Мекки, где он спал в мечети Кааба, а затем возвратился в Пенджаб через Багдад и Афганистан. Девять гуру были преемниками Нанака и почитались всеми сикхами как божественные учителя.

Гуру Ангад (1539–1552) записал сборник молитв гуру Нанака и его жизнеописание пенджабской прописью, которая получила название гурмукхи (письмо гуру) и графически закрепилась во всех священных писаниях сикхов. Подобно тому как санскрит является священным языком индуизма, а арабский — ислама, пенджаби — язык, священный для сикхизма. Поскольку гуру Нанак верил, что бог не имеет формы, сикхи не поклоняются идолам или божественным образам, однако их самый священный предмет — это книга с божественным писанием гуру, Гуру Грантх Сахиб, которую составил пятый гуру — Арджун (1581–1606). Гуру Рам Дас (1574–1581), предшественник Арджуна, основал священный город сикхов Амритсар (нектар бессмертия), в центре которого был родник, названный Амрит (нектар) из-за целебных свойств его свежих, бурлящих вод. Гуру Арджун выстроил прекрасный храм (Гурдвару, буквально «Врата гуру») около священного бассейна. Этот самый известный сикхский храм в Амритсаре был назван сикхами Хармандир Сахиб, но позже британцы стали называть его Золотым храмом, так как его стены и персидский купол в центре священного пруда были покрыты чистым золотом.

Вскоре после завершения строительства храма Хармандир Сахиб и водворения священного писания Гуру Грант Сахиб внутрь его покрытого золотом мраморного святилища, распахнутого на все четыре стороны, что символизирует всемирную открытость веры сикхов, гуру Арджун был замучен мусульманским императором Дели Джахангиром. «Из всех религиозных законов высшим является молитва и хорошее поведение», — писал гуру Арджун, первый гуру сикхов, который принял мученическую смерть за свой принципиальный отказ склониться перед императором Великих Моголов или отказаться от своей веры и принять ислам. Сыну гуру Арджуна, Харговинду, было всего одиннадцать лет, когда он стал гуру, но, поклявшись отомстить за убийство отца, он перепоясался двумя мечами, один из которых символизировал его светскую власть, а другой — власть духовную, над учениками. И они верно следовали за ним в течение тридцати восьми лет. Гуру Харговинд возвел стальную «Башню бессмертного бога» (Акал Тахт), обращенную к храму Хармандир Сахиб, и из этой новой временной штаб-квартиры сикхизма седьмой гуру руководил своим умножающимся войском, вооруженным и готовым противостоять любой силе и сражаться с Великими Моголами от Дели до Амритсара. Таким образом, недавнее военное противостояние и продолжающийся конфликт между Амритсаром и Нью-Дели, как и большинство проблем современной Индии, имеет глубокие исторические корни, в случае сикхов — более трех с половиной веков.

Гуру Тегх Бахадур (1664–1675) также был подвергнут пыткам в Дели, однако решительно отказался отречься от своей веры, и, в конце концов, был обезглавлен палачами фанатичного могольского императора Аурангзеба. Сын замученного Тегх Бахадура, гуру Гобинд (1675–1708), был десятым и последним гуру, который сеял хаос в императорских силах Моголов на протяжении более чем тридцати лет, пока возглавлял сикхскую общину. Он превратил ее в «Армию чистоты» (Хальсу), взяв себе имя Сингх (Лев) и первых своих учеников нарекал тем же львиным именем, большинство сикхов носят его до сих пор. Для того чтобы сплотить Хальсу в команду людей-львов, каждый из которых мог бы легко распознать своих братьев, и все они могли бы успешно бороться против тирании Моголов, Гуру Гобинд Сингх ввел пять отличительных признаков боевой формы сикхизма: нестриженные волосы, собранные гребнем, меч или кинжал, стальной браслет на правом запястье и штаны особого покроя, позволяющие сикхам-львам в любой момент запрыгивать на спину лошади и галопом мчаться в бой.

Гуру Гобинд Сингх посвятил первых пятерых бойцов Хальсы в пенджабском городе Анандпур в 1699 году. Для этого исторического возрождения сикхской веры как «Союза» (Пантх) боевых львов он выбрал Праздник весны (Байсакхи) в начале апреля, и 274 года спустя в тот же день Анандпур снова был избран для принятия важной резолюции сикхской общины. В недавней политической истории сикхов Резолюция Анандпур Сахиб, принятая в 1973 году сикхской партией Акали Дал(Бессмертная партия), оказалась, по сути, аналогом посвящения гуру Гобинда. Однако в 1699 году последний гуру объявил об окончании жизненной линии гуру — все его сыновья были убиты в бою, но для того чтобы сделать Пантх более маневренным, он провозгласил, что любые пять сикхов в присутствии копии их писания Грантх Сахиб отныне будут представлять собой «гуру». Таким образом, каждый сикхский панчаят (совет пяти), был наделен почти божественными полномочиями, каждая ячейка Хальсы, ставшая виртуальной инкарнацией гуру, считалась непобедимой.

Император Аурангзеб, последний из Великих Моголов, имел такую огромную армию, что смог прогнать сикхов, и беспощадные воины укрылись в предгорьях Гималаев. Там, в штате, который сейчас называется Химачал-Прадеш со столицей Симла, сикхские воины покорили несколько горных раджей и создали свои маленькие царства. В прибрежных равнинах Пенджаба стойкие горстки выживших сикхских партизан, укрывшихся в дружественных деревнях индусов-джатов, обратили в свою веру многие крестьянские семьи и стали называться Хальса Пантх, армия бородатых и носящих тюрбаны львов Гобинда. Хотя Моголы надеялись изгнать сикхизм из Пенджаба, но жестокое преследование и репрессии, напротив, превратили неуступчивых адептов в зарождающуюся нацию. Гуру Гобинд — последний из гуру, на год переживший своего ненавистного врага Аурангзеба и обратившийся за защитой к «Богу высочайшему и совершеннейшему», — был убит двумя мусульманами в октябре 1708 года. Однако через сто лет на плодородных почвах Пенджаба родилось первое сикхское царство.

Махараджа Ранджит Сингх (1780–1839), одноглазый «Лев Пенджаба», как называли его в Британской Ост-Индии, весной 1801 года провозгласил независимость сикхского царства «Земли Пяти Рек». Мужество и тонкая дипломатия Ранджита обеспечили ему трон в Пенджабском королевстве, где лишь 10 % населения были сикхами, около 80 % — мусульманами, а остальные — индусами. Величайший сикхский махараджа советовался с индусами, мусульманами и с бойцами Хальсы. Он создал в Пенджабе замечательное в своем роде общинное и гармоничное государство, даже при том, что он правил от имени Хальса Пантха, и на каждой монете, отчеканенной в его столице Лахоре, был запечатлен лик гуру Нанака. Дипломатия Ранджита держала на расстоянии хищных британцев, сторонилась афганцев, гуркхов, маратхов и раджпутов, Ранджит железной рукой правил Кашмиром и Пенджабом от Инда до Сатледжа.

Британская компания заключила свой первый официальный договор о «вечной дружбе» с Ранджитом Сингхом в 1809 году, а злополучный «трехсторонний» договор — накануне разрушительной Первой англо-афганской войны в 1838 году. Одноглазый Ранджит оказался наиболее дальновидным среди своих царственных соседей, он раньше всех осознал, что британским купцам суждено унаследовать империю Великих Моголов, и, указывая на карту, где скромная на тот момент сфера деятельности Компании была окрашена в красный цвет, заявил: «Sab lal ho jayega!» («Однажды все станет красным!»). Через десять лет после смерти Ранджита его слабые, погрязшие в распрях наследники в точности подтвердили предсказание проницательного махараджи.

Вражда сикхов быстро подорвала власть Пенджаба, и британские войска покорили последний оплот независимой Индии, захватив Пенджаб в ходе двух упорных войн, первой — в 1845–1846 годах, и второй — в 1849 году. Войсками Ост-Индской компании, сокрушившими силы Хальса Пантха, командовали британские офицеры, но солдатами, которые стреляли из своих кремневых ружей по Земле Пяти Рек, были сипаи из Бенгальской армии, восточные индусы высшей касты пурбайя, по большей части из Ауда (ныне Уттар-Прадеш), Бихара и Бенгалии. В течение почти столетия, до исторической победы Роберта Клайва при Плесси в 1757 году, индусы с равнин Ганги во множестве набирались и обучались предприимчивыми англичанами, которые учили их строевой подготовке по-европейски и правильному обращению с новым смертоносным оружием — винтовками и пушками, которые могли смести любого противника, будь он даже храбрым и отважным, как лев. Так горстка английских купцов и наемников с их армиями сипаев (у Компании было три отдельных военных группировки, одна — в Бомбее, другая — в Мадрасе, и Бенгальская армия, которая вне всяких сомнений была самой крупной и мощной) «завоевала» Индию.

Тысячи сикхов погибли в боях за свое отечество, и британские офицеры отдали дань уважения и восхищения мужеству и стойкости воинов Пенджаба, за 10 лет британского владычества они стали надежной опорой Британской Индийской армии. Братья Джон и Генри Лоуренс руководили вхождением Пенджаба в состав Британской Индии, и им хватило здравого смысла, покорив сикхов, заручиться их поддержкой и, доверяя им, призвать их на службу Британской Индии. И они были лучшими солдатами и лучшими фермерами. Сикхским солдатам, призванным на британскую службу, позволялось носить их тюрбаны и курчавые бороды, мечи и ножи — иначе они не были бы воинами Хальсы. Эти новые сикхские сипаи были рады узнать, что с 1857 года им предстоит сражаться с Пурбайей, с т. н. «мятежниками» — сипаями из Бенгальской армии, теми самыми ненавистными «восточными людьми», которые завоевали Пенджаб менее десятилетия назад.