Чтение онлайн

— Конечно, — неуверенно ответил пациент.

Он совсем не умел врать. Я сразу понял, что проблема именно в этом. Учитывая его анамнез и жалобы, лечение было подобрано идеально. Никаких нареканий к нашим терапевтам у меня не было. Скорее всего, он не соблюдает диету, но что же он такого ест каждую ночь, что у него так подскакивает сахар?

— Вы точно не связываете повышение уровня сахара с приёмом пищи? — строгим тоном поинтересовался я.

Я попытался без конфликтов донести до него, что ему лучше всё мне рассказать. Ведь мне уже известно, что он даже не пытался соблюдать диету.

— Ну, бывает, иногда срываюсь, — нервно ответил молодой человек. — Но мы же в больнице.

А, вот и сразу стало понятно, в чём причина. При сахарном диабете к питанию предъявляются предельно строгие требования. Ухудшение состояния сразу даёт о себе знать после нарушения режима.

— Ну, мы на месте, — кивнул я. — Что дальше? Можно не переживать, что врачи откачают, если станет плохо. А если последствий не будет, то вообще отлично! Вы что-то пронесли с собой?

— Я ничего запрещённого с собой не приносил, — нервно ответил пациент, давая мне понять, что снова пытается что-то от меня скрыть.

— Вам передали еду во время визита родственников? — поинтересовался я.

— Скорее, друзей, — не выдержал он. — Ну не могу я сразу, доктор, отказаться от газировки.

— Так это же самая настоящая бомба, — вздохнул я. — Даже в самой маленькой жестяной баночке может быть до двенадцати ложек сахара. Вот добавьте такое же количество в обычный чай. Он будет приторно сладким, но в газировке это не вызывает неприятных ощущений.

— Мне нужно постепенно от этого отказываться, — попытался оправдаться пациент. — Мне сразу очень тяжело. Поэтому я попросил друзей принести мне газировки. Ну и пачку чипсов ещё.

— Всё это крайне вредная еда! — строго заявил я. — Тем более что заболевание дебютировало в молодом возрасте. Сахарный диабет — это не только сухость во рту и частые позывы к мочеиспусканию по ночам.

С пациентами мужского пола всегда возникает подобная проблема. Если состояние терпимое, то можно не соблюдать врачебные рекомендации. Если его не убедить в необходимости соблюдать назначения, то он и дальше будет нарушать диету. Лечение станет абсолютно бессмысленным.

— Вы ведь ещё совсем молоды, — заметил я. — Состояние после лечения ещё не стабилизировалось. Вы же не хотите всю жизнь колоть себе инсулин? Ведь в вашей ситуации ещё есть возможность перейти на таблетированное лечение. Зачем вы пытаетесь усугубить своё состояние?

— Хорошо, впредь такого не повторится, доктор, — пациент попытался закончить разговор.

— Нарушаете диету, не соблюдаете правила стационара, — я не закончил. — Вы ведь не спите по ночам, на вас жаловались. Может, вам и лечение не нужно? За это я могу спокойно выписать вас из стационара за нарушение режима.

— Нет, правда, доктор, я вас понял. Больше проблем с моей стороны не возникнет, — уже искренне признался пациент.

— Очень на это надеюсь, — строго заявил я. — Если у вас осталось что-то из запрещённой еды, отдайте это медсестрам. Будем лечиться как следует. Понимаю, что тяжело, всего хочется, но у нас нет другого выхода.

Думаю, после этого разговора у медицинского персонала не возникнет проблем с этим пациентом. У больных есть привычка чувствовать себя в больнице так, словно они отдыхают на курорте. Нет, в стационаре мы занимаемся исключительно лечением. Чтобы после выписки человеку стало лучше, чем было до больницы.

Не успел я войти в кабинет заведующего стационаром, как зазвонил рабочий телефон. Скорее всего, звонят из приёмного отделения. Всё-таки сегодня будет интересное дежурство.

— Здравствуйте, доктор, спуститесь? — обратился ко мне знакомый голос фельдшера. — Хочу услышать ваше мнение, прежде чем направлять пациента в стационар.

— Да, конечно, ждите, — я положил трубку и вышел из кабинета, закрыв дверь на ключ.

Через пять минут я вошёл в приёмное отделение. На стуле сидел пациент — мужчина средних лет, бледный, с выражением мучительной боли на лице.

— Какой предварительный диагноз? — поинтересовался я у фельдшера. — Анамнез успели собрать?

Чтобы не тратить время на долгие разговоры с пациентом, врачи часто запрашивают информацию у коллег. Потому что специалист передаст все необходимые сведения, даже если пациент в данный момент чувствует себя хорошо.

— Поступил к нам с давящей болью в животе, жалобами на тошноту и слабость, — бодро отчитался тот. — Думаю, нужно отправить его на УЗИ брюшной полости. Если что-то найдут, госпитализируем в гастроэнтерологическое отделение.

— Ложитесь на кушетку, — обратился я к пациенту.

Вскоре приступил к пальпации живота. Очень странно. Живот мягкий, нет даже намёка на напряжение брюшной стенки. Я понимаю, что из-за жалоб можно заподозрить гастрит, панкреатит или язвенную болезнь. Вариантов много, но никто не исключал, что это может быть проявлением заболевания другого органа.

Фельдшер предельно кратко изложил мне ситуацию.

— Вы уже успели взять анализы? — поинтересовался я.

— Да, но ничего интересного мы там не нашли, — ответил фельдшер. — Всё в пределах нормы. Можете сами посмотреть, если хотите.

Медсестра фельдшера передала мне результаты анализов. Ну, нельзя сказать, что всё было в норме, были определённые отклонения. Но это не давало мне чёткой картины.

Я решил воспользоваться лекарским видением. Нужно посмотреть на состояние его чакр. Сфера, связанная с желудочно-кишечным трактом, была в полном порядке. Отклонений не было.

Интересно, ведь фельдшер уже предлагал положить его в гастроэнтерологическое отделение. Внезапно моё внимание привлекла другая чакра, расположенная выше. Впервые я увидел её очертания в пределах одного органа.

Чакры часто отвечают за группы органов. Раньше мне приходилось проводить дифференциальную диагностику, чтобы поставить диагноз. Поэтому, если у человека болит желудок, мне всё равно приходится исключать болезни, возникающие на фоне отклонений в этой чакре.

А сейчас я вижу непосредственно тот орган, в котором произошёл патологический процесс. Очень интересный клинический случай, который может сбить с толку даже опытного врача.

— Ультразвуковое исследование брюшной полости? — ухмыльнулся я. — Нет, мы отправим его на другое исследование. Нужно исключить патологию в другом органе.

— Куда вы его хотите направить? — поинтересовался фельдшер.

— Ему необходимо сделать электрокардиографию.

— Что вы планируете исключить?

— У меня есть подозрение на абдоминальную форму инфаркта миокарда. Даже опытный специалист может совершить ошибку с этим диагнозом. Все признаки заболевания указывают на проблему в желудочно-кишечном тракте, а по факту мы имеем дело с патологией в сердечно-сосудистой системе.