Чтение онлайн

Колониальная администрация, желая успокоить индокитайскую интеллигенцию, чувствуя, что сместились ориентиры, присудила первую премию за книгу "Тени и отзвуки времени". Вскоре я получил не только свободу, но и чек в Индокитайском банке на целых 500 пиастров. По тем временам это была солидная сумма, учитывая, что мешок в сто килограммов риса стоил два-три пиастра. За столько же можно было справить европейский костюм...

Что делать со свободой, я знал, но как поступить с деньгами?..
– Туан улыбнулся в усы.
– Решение было найдено. Разыскал одну из своих знакомых известную в те времена певицу - и отправился с ней в банк. Получил деньги, отдал их даме. Прежде, в трудные годы, она не раз помогала мне.

Но вряд ли эти деньги могли покрыть те расходы, которые она несла, оплачивая долги молодого писателя. И есть ли вообще та монета, которой оплачивается признательность и доброта?

– В годы первой войны Сопротивления, - продолжал Туан, - наши дороги разошлись. Я ушел в партизанские районы, а она осталась в столице, не теряя связи с революционерами. Однажды друг привез от нее посылку. Я развернул сверток и обнаружил слиток золота и шелковый платок. Слиток золота? Я отдал его революционной власти. А вот платок...
– Туан вытащил его из нагрудного кармана и развернул...

Долго, сосредоточенно смотрел он на причудливые вензеля. Затем сложил платок и спрятал в нагрудный карман.

– Она погибла во время первой войны Сопротивления. Как и при каких обстоятельствах - не знаю. Мне неведомо, где ее могила; но память о ней сохранил навсегда. Я запомнил ее слова: "На Востоке краешком засветилось солнце: заря - это предвестница дня, это путь к дневному курьеру". Сейчас этот дневной курьер несется над всем Вьетнамом.

Однажды Туан пришел ко мне в канун нового года. В коричневой вельветовой куртке, в черной шерстяной рубашке. (Это была его любимая одежда.) Писатель протянул мне свою новую книгу: старый человек должен еще писать и новые книги.

– Читатель видит в нас источник нравственной силы. Он не прощает нам слабых, бездушных строк. Чашечка зеленого чая утоляет жажду, рис кормит человека, а книга насыщает мозг, - говорил мне Туан. Он приобрел известность в литературных кругах в середине 30-х годов. Еще до Августовской революции 1945 года без колебаний включился в революционную борьбу. В 1946-м - в возрасте 36 лет (родился 10 июля 1910 года) стал первым генеральным секретарем Ассоциации литературы и искусства Вьетнама. Его книги и рассказы "Чашка чая из утренней росы", "Без родины", "Храм музыки", "Дух сопротивления ", "Черная река" и многие другие отмечены романтической приподнятостью, отточенностью стиля. В переводах Нгуен Туана Вьетнам "открыл" Чехова, Гоголя... Он - автор статей о творчестве Л. Толстого, Ф. Достоевского...

Когда массированным налетам американской авиации подвергался угольный район Вьетнама - Хонгай, он писал гневные репортажи с места событий для ханойской газеты "Тхонгнят" - "Единство". Как-то я застал Туана за письменным столом. Он заканчивал новеллу "Островной уезд". За окном громыхала гроза. Писатель открыл ставни: "Люблю буйство природы. Дожди вспучивают ручьи и реки, правда, они грозят прорвать дамбы, но зато обновляют землю". Пока Туан заваривал крепкий зеленый чай, я углубился в чтение его новеллы.

Легендарные герои словно восстали из огня туановской водяной бамбуковой трубки - кальяна...

"Гудит северный ветер. Голубоватые блики пламени пляшут на бревнах. Я чувствую, как глубоко в душу мне западают знакомые издавна стихи прославившегося в боях князя Чан Куанг Кхая. Да будет дозволено мне перевести на нынешний наш язык их начертанные старинными иероглифами строки:

Не надо жалеть

ни стараний, ни сил,

чтоб мир вековечный

на нашей земле наступил...

Нгуен Туан не жалел своих сил во имя этой великой цели.

Когда над Винем - главным городом провинции Нгетинь, что лежит примерно в 300 километрах от Ханоя, и днем и ночью патрулировали американские самолеты, Нгуен Туан приезжал на зенитные батареи, в рыбачьи селения и читал бойцам, крестьянам, строителям дорог свои новеллы. Когда в декабре 1972-го стратегические бомбардировщики сбрасывали "ковровую" смерть на Ханой, превращали в руины Кхамтхиен - улицу древних Звездочетов, он писал книгу "Ханой сбивает самолеты". Очерки и новеллы, составившие книгу, - рассказы о людях фронта. Ракетчики и летчики, бойцы ударных строительных бригад и отрядов самообороны... Их подвиги, описанные Нгуен Туаном, вошли в антологию произведений о великих победах Вьетнама.

Как-то премьер-министр Фам Ван Донг спросил Нгуен Туана:

– Скажите, мэтр, что пишете?

Туан хитро улыбнулся и переспросил:

– А что бы вы хотели и стали печатать?

– Все, - ответил Фам.

"В годы мира силы свои напрягай", - повторял Туан слова Чан Куанг Кхая. "Тысячу лет будут озарены светом горы и реки твои". И тут же заметил: "Деревья хотят тишины, но ветер им этого не позволяет". Фам Ван Донгу, талантливейшему человеку и политику, были понятны эти слова...

– Жизнь - как крутая горная дорога, - часто слышал я от Нгуен Туана. Писатель - вечный путник. Он словно поднимается в горы, по крутизне, где надрываются даже идущие без вьюка кони. И как он мечтает тогда о нежном и ласковом море! Пот льет с него градом. Жажда все сильнее. Но помни: чем труднее, тем соленее должно быть питье. Прими крупицу-другую соля, и ровным станет шаг, ноги пойдут бодрей по острым камням, не защемит болью сердце (с солью во Вьетнаме часто ассоциируется понятие воли человека.
– М. И.).

* * *

Нгуен Туан ушел из жизни, но не из моей памяти военных лет. И тем, что я прожил в "Метрополе" в номере 112 почти десять лет, я обязан Туану. Он мне как-то в 1967-м сказал: "Если хочешь написать что-либо большое, живи только в номере 112, там Грэм Грин закончил "Тихого американца". Напиши про "Тихого русского". Сможешь?" - "...Пойдет!.." - "Тебе сам Бог велел..."

* * *

Я не встречал более открытого, восторженного и, наверное, ранимого человека среди вьетнамских литераторов, чем Суан Зиеу (Нго Суан Зиеу родился 2 февраля 1917 года в провинции Нгетинь). Один из крупнейших вьетнамских поэтов старшего поколения. Он из той плеяды литераторов, о которых говорят: "В одно прекрасное утро проснулся известным". Это его великоханьские гегемонисты были готовы приговорить к смертной казни за свободолюбивые стихи.

...Поэт любви. Так назвали Суан Зиеу еще в 30-х годах. Пожалуй, не было ни тогда, ни сейчас ни одной школьницы во Вьетнаме, которая бы не носила в портфеле сборника стихов Суан Зиеу или не переписала его строки в свою тетрадь-дневник. 'Во время войны он стал поэтом солдатской песни. Суан Зиеу - это вьетнамский Симонов.

Долгие годы первой и второй войны Сопротивления поэт сражался с врагом своими стихами, издал в освобожденных районах книги "Под золотой звездой", "Свет", "Мать и дитя". Его герои - это бойцы Народной армии, идущие по дорогам войны, это - партизаны, не дающие покоя врагу в сельской местности, это - крестьяне и рабочие, это народ, давший клятву отстоять и освободить Родину.