Чтение онлайн

— Да, конечно, - хмыкнула я, не понимая, как вообще это сделать. А потом осторожно уточнил: — Но в легенде так же сказано, что небесный и подземный драконы сойдутся в битве. Вас же, как я поняла, отрезало от мира тем минералом, что и Солнечное божество, но вы увязли в магии своей противоположности.

— Всё верно, — важно кивнул Метостель а потом иронично покосился на меня и осуждающе покачал головой. — Дана, это и есть битва. Я сражаюсь за жизнь с магией Драргура, а он пытается существовать в моей. Мы оба давно бы погибли, но с твоим возвращением я будто обрёл второе дыхание. Уверен, что подземному дракону тоже стало чуточку легче.

— Погоди, - растерялась я и округлила глаза.
– Чтобы остановить крах, мне было достаточно вернуться в этот мир?!

— Не говори так, будто это было так просто, - скривился Метэстель.

Вспомнив, как страдала по супругу, я призадумалась. Небесный дракон прав, ведь к моменту, когда удалось перенестись в этот мир, я уже почти отчаялась, что Елисей увидит своего отца. Каким-то чудом мой рисунок ключа ожил и обрёл силу, одарив магией Лисёнка.

Я посмотрела на Метэстеля.

— Выходит, предсказание уже сбылось? Вернувшись, я остановила крах мира. Но что дальше?

Тот пожал плечами:

— Историю творят вовсе не божества, Дана.

Он поднял руку, и я, проследив за взглядом Метостеля, обернулась.

Недалеко от нас замерли Додж и Лаллея. Их фигуры то таяли в тенях, то снова обретали объём и яркость. Судя по бледному лицу девушки и расширившимся глазам мужчины, они всё слышали.

— Вверяю вам судьбу этого мира, - величественно произнёс небесный дракон, и оба торопливо склонились.

Метэстель вдруг подался ко мне и коснулся лба ледяными губами, а после растаял. Но не пропал. Я ощущала его присутствие, понимая, что небесному дракону стало трудно удерживать среди теней физическую форму, светящуюся противоположной магией.

Огонь давно бы потух в ледяной воде, но продолжал пылать. Поддерживаемый теплом моего сердца, моей любовью к дедушке, он танцевал назло солнечному божеству. И это лишь начало!

Старинная легенда казалась такой устрашающей, она вселяла в меня леденящий ужас каждый раз, когда я вспоминала слова Квелеенны.

«И лишь небесная дева, явившаяся из ниоткуда, остановит крах».

«И как она это сделает?»

«Тебе придётся выяснить это самой».

Ведь ничто так не пугает, как неизвестность.

Теперь же, осознав, что даже не сразу поняла, что предсказание сбылось, приободрилась. Встреча с Метэстелем наполнила мою душу теплом, а сердце — твёрдой уверенностью в победе добра над злом.

Небесный дракон прав. Мы сами творим историю!

Объединив силы, мы втроём нашли выход из тьмы Драргура. Первой, кто нас встретил, была Новлеетта. Она иронично глянула на Дэджа и хмыкнула.

— Надо же. Выжил! А ты не такой бесполезный, как казалось.

Мужчина в ярости сверкнул глазами, но сдержался, потому что к нам подошёл Гордэр. У меня сердце провалилось в желудок — выглядел муж крайне взволнованным. Удерживая на руках Елисея, посмотрел мне в глаза и сурово проговорил:

— Супруга владыки драконов, тебе придётся ответить за свои действия по всей строгости законов Шиера!

Гордэр вёл себя так, что у меня холодела спина. Пока вёл нас, то избегал взгляда и не отвечал на осторожные вопросы. Я изнывала от чувства вины и страха перед грядущей расплатой. Что ждёт меня в наказание за непослушание? Ллея говорила, что теперь, когда я стала супругой владыки драконов, у меня появилась огромная ответственность, и переживала, что мой выбор повлечёт за собой неприятные последствия.

Но никак не ожидала, что Горди приведёт нас в пещеру, где воспитывали дракончиков. У входа было невероятно людно и шумно. Удивительно, но не было видно суровых воспитательниц, а сплошь незнакомые и, главное, улыбчивые лица. При виде нас шиерцы притихли и, поклонившись, отступили, освобождая путь владыке и его спутникам.

Я оглянулась на Горди, на руках которого всё ещё спал Елисей.

— Проходи, — приказал мне супруг.

вздохнув, я обречённо вошла в пещеру и была тут же атакована феями, которые летали вокруг меня с реактивной скоростью, беспрестанно что-то щебеча. Но так как говорить пытались все разом, то я не поняла ни слова. Ясно было лишь одно —произошло нечто нетривиальное.

Заволновавшись о детях, которые пришли в этот мир со мной, я крикнула:

— Амалия!

Девочка, которая когда-то была плаксивой, теперь сияла от счастья. Она бежала ко мне со всех ног, махая руками, а над ней летел, шустро махая крылышками, синий дракончик. На миг меня накрыло чувством дежавю, а потом на моих руках неожиданно появился Елисей, отвлекая от мелькнувшей мысли.

— Мама! — радостно пискнул сын.

Я прижала его к себе и прошептала:

— Хорошо спалось на руках папы?

— Папа, — выдохнул Лисёнок и исчез.

— Вот хитрец, — засмеялась я, обнаружив ребёнка у Гордэра. — Ходить учиться не хочет, а вот этот фокус освоил быстро!

Мой супруг задумчиво посмотрел на сына, и у меня дрогнуло в груди, настолько его взгляд был наполнен нежностью. К сожалению для Елисея, я рассмотрела ещё изрядную долю неодобрения и решительности, будто Гордэр сам возжелал заняться воспитанием ребёнка.

Если владыка драконов найдёт для этого время, то Елисей быстро научится цитировать древние фолианты, а так же строить многоходовые интриги. А вот пойти ножками может поздно, как бы ни бился мой дорогой муж, потому что сынок такой же упрямый. Весь в папу!

— Дана!

Амалия обняла меня, а потом обернулась и показала на дракончика, который теперь гонялся за смеющимися феями:

— Я научила его летать! И других, кто долго не мог..
– Она захлёбывалась от счастья. — Все они стали драконами!

Посмеиваясь, к нам приблизилась Наетти. Погладив девочку по голове, подняла обе руки и признала:

— Амалия победила. На редкость упрямый ребёнок, но я рада, что она настояла на своём. Кто бы мог подумать, что это сработает? Мы не раз пытались помочь дракончикам самыми разными способами, но, как правило, мало что помогало.

— А я знала, что получится!
– уверенно заявила девочка и подняла указательный палец. — Эти дети были уверены, что нужно обратиться, чтобы взлететь. И пыхтели, пытаясь стать драконами. Сломав это убеждение, я освободила их от необходимости тужиться. Они уже летели! И тогда у них всё получилось само собой.

— Не само собой, негромко возразил Матвей, и я обернулась к мальчику, который, как оказалось, стоял у меня за спиной. —Они долго трудились для этого. Но в одном ты права, Амалия. Иногда чрезмерное усердие мешает. Так получилось и с этими детьми.