Чтение онлайн

— Знаю, - помрачнев, прервал её.

«Но не на ней».

Женщины из расы харгов не выходят замуж. Они берут в свою пещеру мужчин, и мне невыносимо даже думать об этом. Я никогда не соглашусь на многомужество. Как можно делить женщину с другим? Дракон порвёт соперника на куски!

А Новлеетта не согласится смириться с участью супруги одного мужчины. Она по-другому воспитана... Привыкла повелевать и идёт по земле так, будто ей принадлежит не только Харбагтур, но и весь мир! Нам никогда не быть вместе.

Но меня тянуло к ней так, что выкручивало внутренности.

— Разве могу я предпочесть одну женщину? — широко улыбнулся матери. — Это разобьёт тысячи сердцечек других!

И направился прочь так быстро, как только мог, в сторону, противоположную той, куда ушли послы Харбагтура. Ни разу даже не оглянулся. Да, так и надо. С глаз долой, из сердца вон! Один раз это уже помогло, справлюсь и сейчас.

Официальная часть коронации завершена, и мой коронованный брат повёл в танце свою красавицу-жену, и до меня доносился весёлый смех их сына. Такие счастливые, что на душе тошно.

«Я рад за них, — повторял это снова и снова. — Очень рад за них»

Это был правдой.

Вот только один взгляд на семью брата пробуждал во мне желания, от которых на душе скреблись кошки. Чтобы Новлеетта вот так же улыбалась мне, как Дана Гордэру. Чтобы подарила мне сына. Чтобы никогда не смотрела на других мужчин.

— Безумие, — выдохнул и бросился бегом.

Прочь, от чужого счастья. В ближайший дом, где мне распахнут и объятия, и двери в спальню, и сердце. Всё, к чему я привык.

Податливые и доступные. Скучные!

— Стой!

Что-то полыхнуло, и вокруг разлилась непроглядная тьма. Я сидел на полу и тряс головой, не понимая, что произошло. Надо мной кружились сверкающие звёздочки, а сквозь тьму проступило самое прекрасное в мире лицо.

Антрацитовая кожа, алые глаза и роковая улыбка.

Новлеетта!

— Ты жив, бесполезный? — уточнило видение.

Вместо ответа я взял и поцеловал её.

Лаллея

Я настолько была потрясена содержимым письма, что всё остальное на некоторое время стало неважным. За это и поплатилась, когда северный наёмник, который всё это время крутился вокруг Горди и бросал несчастные взгляды на Дану, вдруг выхватил из моих рук свиток.

— Отдай! — дёрнулась следом, но мужчина спрятал послание за пазуху и дёрнул уголком губ в жёсткой ухмылке. Я сузила глаза: - Тебе жизнь не дорога?

— Я давно смирился с тем, что однажды её потеряю, — ледяным тоном заявил наёмник.
– Как и все драконы Фаррэмиана!

И направился прочь, а я побежала за ним, в ужасе от того, что послание может попасть в руки брата до того, как Дана поговорит с ним. Такого нельзя допустить! А если северный дракон покажет свиток ещё кому-то, то может спровоцировать войну.

— ЭЙ, наёмник! — воскликнула, догоняя мужчину.
– А ну, стой

Вцепилась в его рукав, и дракон остановился. Медленно повернулся ко мне и, окатив презрительным взглядом, с прохладцей заявил:

— Я князь драконьей крови! Будь вежливой, Лаллея, обращайся ко мне по имени!

— И не мечтай, наёмник, - процедила я и, улучив момент, сунула руку ему за пазуху, чтобы вытащить письма.

На миг Эгджерт растерялся, но стоило мне зацепить бумагу, как перехватил мою руку и, стиснув запястье, будто тисками, вжал меня в стену. Но наёмник ошибся, полагая, что имеет дело с изнеженной драконицей.

Меня воспитывала Наетти, которая не делала различий между мальчиками и девочками, когда раздавала задания. Не говоря о том, что мне приходилось уживаться с двумя братьями, у каждого из которых был непростой характер.

Оба были высокими, мускулистыми, и на фоне братьев я казалась тростиночкой. Пришлось изобретать свои хитрости, чтобы не проигрывать им вечно. Взяв за утверждение, что чем больше дракон, тем громче падает, я придумала несколько ухищрений на такой вот случай.

Не думаю, что наёмник понял, что произошло. Я прочла немой вопрос в тёмных глазах, когда сидела верхом на распластанном на полу мужчине. Но зачем мне раскрывать свои секреты? Свиток спрятала в артефакте, кошеле, который при обороте превращался в одну из чешуек, а потом кинулась к приоткрытому окну, обращаясь на ходу.

Моя драконица меньше, чем драконы братьев, зато она юркая и необычайно стремительная. Именно на это я сделала ставку, чтобы удрать от взбешённого наёмника.

Вот только Эгджерт оказался не так-то прост.

Угодив в невидимую сеть, я забарахталась в воздухе, а потом рухнула вниз, на землю. Изогнувшись на лету, заметила, что подо мной заполненная людьми площадь, и крутанулась, чтобы не упасть в толпу.

Вряд ли брата порадует траур, который будут вспоминать годами, отмечая день коронации нового владыки. Обратилась в человека за несколько метров до падения на крышу и прокатилась по ней по инерции.

Чудом удержавшись на краю, тут же активировала одну из волшебных бусин, чтобы скрыть и наготу, и ссадины, полученные при падении. А потом отпрыгнула в сторону, потому как неожиданно появился наёмник и набросился на меня.

— Письмо!

Отпихнув его ногой, попала в живот, но и сама не удержалась, полетела вниз. Рухнула на грузного подвыпившего мужчину, который несколько мгновений лишь хлопал глазами, а потом как завопил:

— Великий Метэстель услышал мои молитвы! Он послала мне женщину!

— Запомни этот момент, — хмыкнула я и выскользнула из его медвежьих лап.

Понимая, что от наёмника мине не уйти, всё равно попыталась раствориться в толпе празднующих горожан. Это дало мне время выудить из тайного кошеля магическую бусинку, похожую на шиерскую, но меньше и темнее. Новлеетта дала мне её, научив пользоваться магией харгов.

А раздавила бусинку, когда передо мной, как из-под земли, выросла фигура наёмника.

За миг до того, как исчезла, я послала Эгджерту воздушный поцелуй.