Чтение онлайн

Залерос до сих пор помнил каждое из их лиц.

Они преследовали его во снах.

И теперь он боялся, что к этой призрачной толпе может добавиться лицо Бе’тани. Лекарства от чумы пока не существовало. Хотя у них не было никаких симптомов, все до единого мужчины-ракши все еще были инфицированы. Каждый член экипажа «Процветания» был носителем вируса, дремлющего в их организме. Следовательно, вполне возможно, что они передали его человеку.

Но когда Залерос взглянул на данные, появившиеся на мониторе, он вздохнул с облегчением.

— Я не думаю, что ее поразила чума, — сказал Залерос. — Во-первых, симптомы не те. У нее высокая температура, но не слишком. И что еще более важно, нет никаких признаков внутреннего кровоизлияния или повреждения нервных тканей.

Это было хорошо. Напряжение в груди немного ослабло.

Но если это была не чума, тогда что?

Залерос закончил брать образец крови из вены Бетани. Теперь он поместил флакон с темно-красной жидкостью в анализатор. Через несколько минут на мониторе появились данные.

— Конечно! — выдохнул Залерос.

— Что это? — спросил Аргат. Капитан подошел к нему сзади и смотрел через его плечо на данные на экране, без сомнения, ничего из этого не понимая.

— Спириллум струлуганс, — сказал Залерос.

— Спириллум что? Никогда о таком не слышал.

Залерос кивнул.

— Неудивительно. Большинство о нем не слышали. Но ты удивишься, узнав, что ты заражен им.

— Я?

— Да, капитан. На самом деле, большинство звездных рас в Галактическом Ковенанте являются носителями. Это очень заразный и легко приспосабливающийся микроб, что означает, что он способен легко распространяться между видами и процветать в их телах. Для большинства существ это не проблема, и они вообще не страдают никакими негативными симптомами. У нас, ракшей, например, давным-давно выработался иммунитет к этой болезни…

Залерос перевел взгляд на человека без сознания на столе.

— Однако, — продолжил он, — иногда, когда новый вид впервые вступает в контакт с обитателями других миров, их организм не в состоянии справиться с этой незнакомой бактерией, что приводит к серьезным и, возможно, даже опасным для жизни последствиям.

— Хорошо, — сказал Аргат. — Итак, мы знаем, что с ней не так. Вы можете это вылечить, доктор?

Залерос нахмурился.

— Лечение спириллума — относительно простое дело. Однако среди моих припасов на корабле нет ни одного необходимого лекарства.

— Нет? Почему нет?

— В этом не было необходимости. До сих пор. Как я уже сказал, капитан, нам, ракшам, бактерия не вредит. Наши тела приспособились к ней. Когда мы отправлялись в это путешествие, я понятия не имел, что мы возьмем с собой на борт корабля неизвестное инопланетное существо.

Залерос делал все возможное, чтобы скрыть свои эмоции за фасадом профессионализма. Но внутри его беспокойство за красивого человека снова росло. Он не хотел терять ее.

— Ну, что мы можем сделать? — спросил Аргат.

Капитан также изо всех сил пытался скрыть нервозность. В конце концов, он был командиром корабля. Команда зависела от того, сохранит ли он рассудительность. Но Залерос и Аргат прошли долгий путь вместе. Доктор мог читать капитана, как инфопланшет. Непроизвольное подергивание в уголке его глаза. Напряженность вокруг рта.

Аргат, как ксеол, боялся потерять маленького человечка.

— На данный момент она стабильна, — сказал Залерос. — Однако ее состояние быстро ухудшится. Я сомневаюсь, что она переживет весь обратный путь до Рака без лечения. Но мы скоро прибудем на станцию Иона для дозаправки, верно?

— Да, — сказал Аргат. — Примерно через полпролета.

— Хорошо. Станционный аптекарь наверняка предоставит нужные мне лекарства. Пока корабль заправляется, кто-то должен будет сходить на станцию за лекарствами. Я бы сделал это сам, но как врач, думаю, что будет лучше, если я останусь на борту на случай, если состояние человека изменится.

Бром, который до сих пор молча хмурился в дальнем конце комнаты, выступил вперед.

— Я схожу за лекарством, — прорычал он сквозь бороду. — Просто скажите, что вам нужно, док.

— Я пойду с тобой, — предложил Чейл.

Залерос подозревал, что инженер все еще чувствует вину за нынешнее состояние человека, хотя его вины в этом нет. Спириллум струлуганс была бактерией, переносимой воздушно-капельным путем. Человек, вероятно, заразился в тот момент, когда ступил на борт корабля. Возможно, даже раньше, от инопланетных хранителей на станции Нексус.

Тем не менее, Чейлу не повредило бы сопровождать Брома в поисках лекарства. Станция Иона была не самым безопасным местом в галактике.

— Я тоже! — выпалил Драмьен.

— Ни за что, — отрезал капитан Аргат. — Только не после того трюка, который ты выкинул на станции Нексус.

Драмьен пристыженно опустил голову. Мгновение спустя Залерос заметил, как на лице капитана промелькнуло страдальческое выражение, и он понял причину. Трюк, о котором говорил Аргат, был покупкой Драмьеном Бе’тани на мясном рынке. В то время это казалось ошибкой. Но с каждым пролетом вся команда привязывалась к человеку все больше и больше. А теперь ее хрупкая жизнь висела на волоске.

Аргат положил руку на плечо Драмьена.

— Послушай, брат. Нам не всем нужно идти за лекарством. Ты останешься здесь и поможешь доктору Залеросу присматривать за человеком. Понятно?

При такой перспективе выражение лица Драмьена немного прояснилось.

— Слушаюсь, капитан!

Это решило вопрос. Залерос написал от руки небольшую записку с названием нужного ему лекарства и отдал ее Брому. За исключением Драмьена, который занялся обеспечением безопасности лишенного чувств тела женщины, остальные ракши вышли из маленького лазарета и направились на мостик, чтобы подготовиться к возвращению корабля в реальное пространство.

Тем временем Залерос снова повернулся к монитору на стене, его глаза за стеклами очков внимательно изучали отображаемые данные. В этих данных было что-то еще. Что-то, чем он предпочел не делиться с остальными.

Первым приоритетом было исцеление человека. Как только с этим будет покончено, и они благополучно покинут станцию Иона, он поговорит с капитаном.

ГЛАВА 24: Бетани

— Отойдите назад, — пророкотал глубокий голос. — Назад, я сказал. Дайте ей немного воздуха. Она начинает приходить в себя.