Чтение онлайн

— Подругу искала.

— Ну и как?

— По-прежнему.

— Наверное, набегалась?

— Набегалась.

— Ну, пей, дочка, пей, — старушка наливала в высокий фарфоровый бокал дымящийся напиток, не сводя глаз с квартирантки.

— Маргарита Павловна.

— Что милая?

— А вы когда-нибудь теряли близких?

Руки старухи дрогнули, и рыжее пятно расплылось по скатерти.

— Ой, что это я совсем старая стала.

Светлана, схватила ее за запястье и, глядя в глаза, спросила:

— Вы знаете, что значит потерять очень близкого человека?

— Да что ты, деточка, — высвободила женщина свою руку.

— Я очень плохо себя чувствую, извините.

— Ты никак убиралась сегодня? — сменила тему разговора Маргарита Павловна.

— Да.

— Я же тебя просила этого не делать.

— Извините, не удержалась.

— А неужели грязь заметила?

— Нет, что вы. У вас очень чисто. Только как-то… Как-то не живо… Как будто не живут здесь.

— Я старая становлюсь, — объяснила хозяйка.

— Маргарита Павловна, а покажите, какая вы были в молодости.

Лицо женщины стало каменным.

— Наверное, так некрасиво говорить.

— Конечно, извините. Я и сама помню: девочка, девушка, молодая женщина, молодая женщина, молодая женщина, старушка померла.

— Света, я не знала, что ты…

— Что?

— Такая, — женщина сделала неопределенный жест.

— Легкомысленная?

— Ну почему сразу легкомысленная?

Над столом повисла пауза.

— Мент родился, — в потолок произнесла Светлана.

— Что?

— Примета такая, если за столом, где идет оживленная беседа, все вдруг замолкают, значит, родился ребенок, который вырастет и станет милиционером.

— Дурацкая примета.

— Дурацкая.

— Извини, Света, я зря затеяла этот никчемный разговор.

— Это я его начала, — сказала Светлана, — я пойду спать.

— Иди, дочка.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Светлана прошла в комнату и, не снимая одежды, легла на кровать. Она долго рассматривала отсветы на потолке. Время тянулось как сырая резина. Иногда Светлана проваливалась в тревожный сон, маленькими заставками рекламы налетавший на ее сознание. Ей казалось, что она не спит. А, может быть, она спала и видела во сне, как лежит на кровати в большой московской квартире. Но, когда лязг запиравшейся двери долетел до ее сознания, она поняла, что спала и уже успела отдохнуть и прийти в себя.

Светлана разделась и снова забралась под простыню, чтобы не вылезать оттуда до обеда. Когда рука девушки нашарила часики, на них уже был полдень. Приняв контрастный душ и внимательно изучив остатки своих вещей, Светлана сложила часть их в пластиковый пакет, остальные она запихала в сумку и ногой затолкала ее под кровать. Светлана открыла шкаф Маргариты Павловны, сняла с вешалки дачную ветровку и надела ее поверх джинсовой куртки, не смотря на то, что на улице во всю светило солнце. Светлана уже собиралась выйти в коридор, как вдруг ей в голову пришла какая-то идея. Она, не снимая кроссовок, прошла в комнату, достала пожелтевшую тетрадь и, написав там несколько строк, убрала обратно. Светлана тщательно закрыла дверь на оба замка, спустилась во двор и быстрым шагом пошла к ближайшему телефону-автомату, считая про себя секунды.

— Сто сорок, — сказала она сама себе и, сняв трубку, набрала: ноль — два.

— Милиция, — ответил мужской голос.

— Я знаю… — заикаясь и тяжело дыша, говорила Светлана, — я знаю, куда понесли взрывчатку.

— Успокойтесь, девушка, как вас зовут?

— Записывайте адрес, два мужика бородатых затащили эти чертовы мешки.

— Куда, куда?

Светлана назвала адрес Маргариты Павловны, повесила трубку и пошла к дому. Она вошла в соседний подъезд. Уже на третьем этаже ее обогнали два милиционера, прыгавшие через две ступеньки и звонившие во все квартиры подряд.

— Что случилось? — изображая немыслимое удивление, спросила она.

— Выходите на улицу! Без паники! — бросил один, чуть не сбив ее с ног.

— Да? Ну тогда я домой не пойду, — голосом девочки-припевочки пропела Светлана, стянула с себя ветровку и бросила ее на пол. Когда она выходила из подъезда, ее подхватила разноцветная людская толпа, спасавшаяся от невидимой угрозы.

Вячеслав Аркадьевич поднял глаза к небу и увидел белые барашки облаков, плывущие в зените.

— Тучки небесные, вечные странники, — продекламировал он.

Ангелов сел на бордюр, достал из кармана пиджака шнурки и медленно стал вдевать их в ботинки. Он делал это, растягивая удовольствие, которое получал, наслаждаясь хорошей погодой и хорошим настроением. Окончив моцион, Ангелов побрел походкой не спешившего никуда человека, присаживаясь на лавочках. Сидя на очередной лавочке, мужчина засунул руку в карман и обнаружил там свой бумажник и телефон. Он нерешительно нажал на зеленую кнопку, но, немного подумав, убрал телефон в карман. Ангелов открыл бумажник и с удивлением пересчитал остатки наличности. Через несколько минут он уже держал в руке бутылку пива. Ни отсутствие галстука, ни двухдневная щетина не делали его похожим на бездельника. Он все так же походил на профессора, пьющего пиво в середине дня. Когда зазвонил телефон, Ангелов ответил машинально. Он успел подумать, что, наверное, его коллега, увидев, как человек с бутылкой и голой шеей вытаскивает из кармана трубку сотового телефона, сбился бы с толку, но не подумал о том, хочет ли он с кем-то разговаривать, и привычно ответил:

— Алло.

— Здравствуйте, Вячеслав Аркадьевич.

— А — а. Света. Света Рубис.

— Рада вас слышать, — отозвался голос девушки с металлическим оттенком GSM.

— А как я рад вас слышать.

— С вами все в порядке, Вячеслав Аркадьевич?

— Уп-ф, — отхлебывая глоток, доцент сделал жест рукой, показывающий полный порядок, словно его собеседница могла это видеть.

— У вас странный голос.

— Да, ну?

— Да.

— Со мной все отлично, — рассмеялся Ангелов.

— Может, мне перезвонить?

— Нет, что вы, Света, зачем? Говорите.

— Я нашла ее.

— Кого?

— Риту.

— Вот как? — удивился Ангелов, — Поздравляю. И где вы ее нашли?

— Вообще-то, я еще ее не видела, но сегодня увижу.

— И где?

— В магазине.

— Она придет за покупками? — съехидничал доцент.

— У вас точно все в порядке?

— Уп-ф, — повторил свой жест Ангелов.

— Она пользуется услугами одного молодого человека, чтобы выйти в сеть. Я знаю этого человека, он работает в магазине по продаже оргтехники.

— И у вас, значит, сегодня рандеву?

— Вячеслав Аркадьевич, вы мне сегодня не нравитесь, может быть, я вам зря позвонила?

— Ну, что вы, Светлана, говорите, говорите.

Ангелов заметил плюгавенькую старушку, примостившуюся возле скамейки. Она хищно смотрела на бутылку в руках доцента и с нетерпением ждала, когда же она опустеет.

— А ну, пошла вон, нечисть.

Старушка обиженно отвернулась, но уходить не собиралась.

— Вячеслав Аркадьевич, что вы говорите? Я ничего не слышу.