Чтение онлайн

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 19 июля 2011 года № 18-П, государство обязано гарантировать восстановление прав каждого, кто незаконно и необоснованно подвергся уголовному преследованию. Одним из механизмов восстановления нарушенных прав является скорейшее возмещение причиненного вреда в процедурах, максимально отвечающих интересам таких лиц. Фрагментарность и противоречивость уголовно-процессуального закона судам общей юрисдикции в очередной раз удалось преодолеть благодаря позиции, занятой Конституционным Судом РФ.

Следует отметить, что в последние годы проблемы реабилитации в целом, а также частичной реабилитации неоднократно были предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ. Как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (определения от 16 февраля 2006 года N 19-О, от 20 июня 2006 года N 270-О, от 18 июля 2006 года N 279-О и от 19 февраля 2009 года N 109-О-О), статья 133 УПК Российской Федерации не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию, по той лишь причине, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении какого-либо другого преступления.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ по смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении частично реабилитированному лицу вреда, если таковой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства120. Выявление конституционно-правового смысла реабилитации, выработка правовых позиций в этой сфере стали катализатором для совершенствования законодательства и изменения судебной практики по рассмотрению данной категории дел.

Вместе с тем, в пункте третьем Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 содержится правило следующего содержания: «Исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц, и п. 4 ч. 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения»121.

Правовой режим частичной реабилитации не предусматривает возникновения и признания реабилитации как таковой. То есть право на частичную реабилитацию, подтвержденное соответствующими актами суда, следователя или дознавателя не включает в себя весь комплекс компенсационно-восстановительных мер (как в порядке полной реабилитации), а только отдельные средства. Такой вывод следует из сформированной правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой соответствующие лица имеют право только на возмещение имущественного и компенсацию морального вреда122, и при этом, как отметил Конституционный Суд РФ, «определение того, был ли реально причинен вред в результате уголовного преследования по обвинению в действиях, уголовная противоправность которых в результате не нашла подтверждения в ходе производства по уголовному делу, а также установление наличия (или отсутствия) оснований для его возмещения и выбор норм закона, подлежащих применению в данном случае, является прерогативой соответствующих судов общей юрисдикции».

Таким образом, по мнению некоторых авторов, термин «частичная реабилитация» не отражает действительную правовую ситуацию и может быть использован лишь как условный.

Интересным представляется опыт государств, которые более подробно закрепили институт частичной реабилитации в уголовно-процессуальном законе. К примеру, в Узбекистане реабилитация может быть, как полной, так и частичной. Частичная реабилитация влечет возмещение имущественного и устранение морального вреда в той мере, в какой он был причинен обвиняемому или осужденному.

В соответствии со статьей 303 УПК Республики Узбекистан основаниями частичной реабилитации лица являются:

1) осуждение лица к лишению свободы на срок менее, чем срок нахождения его под стражей или к мере наказания, не связанной с лишением свободы;

2) исключение из приговора части обвинения, вследствие чего заключение под стражу или лишение свободы по закону недопустимо;

3) снижение вышестоящим судом срока лишения свободы до размера, меньшего по сравнению с фактически отбытым, либо замена менее строгим видом наказания;

4) необоснованность задержания, заключения под стражу, помещение в медицинское учреждение в случаях осуждения без назначения уголовного наказания123.

Интересным представляется то, что согласно данной позиции законодателя Узбекистана, деятельность органов предварительного расследования влечет публичное осуждение лица, отрицательную оценку его нравственного поведения, компрометирует доброе имя и подрывает репутацию гражданина. При частичной реабилитации суд вовсе не утверждает невиновность подсудимого, не допускает ошибочный приговор. Наоборот, его приговор законен и достаточно обоснован. Ведь измененный срок лишения определен судом с учетом обстоятельств, смягчающих наказание. Закон не возлагает на следователя или прокурора обязанности учитывать такие обстоятельства. Да и к моменту рассмотрения дела могут появиться новые обстоятельства, неизвестные в период предварительного следствия (болезнь, получение инвалидности, смерть близких и т.д.).

Право частичную реабилитацию, также, как и право на полную реабилитацию, принадлежит любому лицу, уголовное преследование в отношении которого частично прекращено по реабилитирующим основаниям на любой стадии уголовного судопроизводства (подозреваемый, обвиняемый, подсудимый и осужденный).

Слабая разработанность порядка частичной реабилитации в законодательстве приводит к противоречивости судебной практики по данной категории дел. Предполагается, что данный порядок должен соответствовать процедуре полной реабилитации с некоторыми особенностями частичной. Однако в судебной практике нет единства в вопросе о необходимости соблюдения требований института реабилитации. Так, например, в случае частичной реабилитации суды не всегда следуют требованиям статьей 134 «Признание права на реабилитацию» УПК РФ.

При наличии постановления суда о праве на реабилитацию компенсация морального вреда взыскивается в обязательном порядке. Отвергая доводы ответчика (Министерства финансов РФ), судебная коллегия отметила: «Поскольку факт причинения вреда и незаконность действий причинителя (органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда) в силу статьи 1070 Гражданского кодекса РФ является обязательным условием наступления гражданско-правовой ответственности, неустановление судом незаконности действий в отношении оправданного лица должно было бы привести к отказу в иске». Однако, сославшись на ч. 4 статьи 61 ГПК РФ (об освобождении от доказывания по вопросам, установленным вступившим в законную силу приговором суда, при рассмотрении дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор), Судебная коллегия отметила, что «незаконность уголовного преследования истца установлена вышеуказанным постановлением о прекращении уголовного дела и в доказывании не нуждается. Поскольку за гражданином признано право на реабилитацию по двум преступлениям, то доводы представителя Министерства финансов РФ о том, что из содержания судебных актов, принятых судами по уголовному делу в отношении лица, не следует, что они незаконные, являются необоснованными».

Таким образом, при рассмотрении дела в гражданском судопроизводстве суды не усомнились в правомерности подтверждения в уголовном судопроизводстве права на реабилитацию при частичном прекращении уголовного преследования по реабилитирующим основаниям и о значении такого признания как преюдиции в определении оснований для компенсации морального вреда. На обсуждение был поставлен только вопрос о размере компенсации.

Обобщение судебной практики по делам, связанным с частичной реабилитацией, свидетельствует о различных подходах к правоприменению. Так, Челябинский областной суд, отмечая отсутствие единой практики по этому вопросу, поддерживает практику признания права на реабилитацию. При этом если такое право не было признано приговором, то суды принимают такое решение в порядке исполнения приговора по правилам гл. 47 УПК РФ124.