Чтение онлайн

Из-за угла раздаются женские голоса, чтобы лучше слышать, крадусь к концу коридора:

— …её присутствие выводит меня из равновесия, — рыдает одна из девушек.

Кристина.

— Не могу не думать о том, что она сделала… Не понимаю, как она могла?!

Кристина заставляет меня чувствовать себя по-настоящему сломленной.

Теперь говорит Кара, отвечая ей.

— Ну, а я могу, — говорит она.

— Что? — заикаясь, переспрашивает Кристина.

— Ты должна понять. Нас учат во всем видеть логику, насколько это вообще возможно, — признается Кара. — Поэтому не думай, что я ничего не чувствую. Но эта девушка, скорее всего, потеряла голову от страха, безусловно она не была способна трезво оценивать происходящее, если решилась на подобный поступок.

Мои глаза расширяются. Что за… — я мысленно пробегаюсь по короткому списку выпадов в собственный адрес, прежде чем продолжить слушать.

— Моделирование помешало ей здраво мыслить в ситуации с Уиллом, поэтому, столкнувшись с угрозой, она отреагировала так, как её обучали в Бесстрашии: стреляла на поражение.

— Что ты такое говоришь? — резко произносит Кристина. — Мы должны забыть об этом просто потому, что всему есть логичное объяснение?

— Конечно, нет, — возражает Кара. Её голос немного дрожит, так что она повторяет уже более уверенно. — Конечно, нет.

Девушка откашливается.

— Просто тебе всё равно придется находиться в её обществе, я лишь хочу облегчить тебе задачу. Ты не должна прощать её, я не знаю, почему ты дружила с ней с самого начала, она всегда казалась мне немного эксцентричной.

Я напрягаюсь, ожидая, что Кристина с ней согласиться, но к моему удивлению — и облегчению — этого не происходит.

Кара продолжает.

— В любом случае, ты не должна прощать её, но должна попытаться понять, что ею двигал страх, а не злой умысел. Ну что, сможешь смотреть на неё без желания заехать по её длиннющему носу?

Машинально касаюсь своего носа. Кристина издаёт смешок, который для меня подобен сильному удару в живот. Я возвращаюсь к Месту Сбора. Хотя Кара и была груба — её комментарий про нос был ударом ниже пояса — но я всё равно благодарна ей за то, что она сказала.

Тобиас входит через дверь, скрытую белым тряпичным полотнищем. Парень раздражённо откидывает ткань, подходит к нам и садится рядом со мной за стол.

— Кан встречается с представителем Джанин Метьюс, встреча состоится в семь утра, — сообщает он.

— С представителем? — уточняет Зик. — А сама она не приедет?

— Ага, чтобы предстать перед толпой разгневанных вооруженных людей, способных с легкостью её прикончить? — Юрай ухмыляется. — Хотел бы я на это посмотреть. Нет… серьёзно, очень хотел бы.

— Кан, конечно, молодец, по крайней мере, взял охрану из Бесстрашных, — замечает Линн.

— Да, — отзывается Тобиас. — Некоторые из старших членов фракции вызвались добровольно. Бад пообещал внимательно слушать, чтобы было, что нам рассказать.

Я хмурюсь, глядя на него. Как он обо всем узнал? И почему, после двух лет, на протяжении которых всеми правдами и неправдами избегал лидерства, он так себя ведет?

— Вопрос в том, — начинает Зик, складывая руки на стол. — Будь вы Эрудитом, что бы сказали на этой встрече?

Все в ожидании смотрят на меня.

— Что? — раздраженно интересуюсь я.

— Ты Дивергент, — замечает Зик.

— Как и Тобиас.

— Да, но у него нет склонностей к Эрудиции.

— С чего ты взял, что у меня они есть?

Он пожимает плечами.

— Мне так кажется. Разве не похоже?

Юрай и Линн кивают. У Тобиаса уголки губ едва заметно приподнимаются, будто в улыбке, но он довольно быстро её подавил. Чувствую, как внутри меня что-то оборвалось.

— Я уже успела убедиться в том, что вы все способны мыслить конструктивно, — признаюсь я. — То есть способны думать, как Эрудиты.

— Но у нас нет особых мозгов Дивергента! — возражает Марлен. Она прикасается к моей голове и слегка надавливает пальцами. — Ну же, покажи свою магию.

— Нет такого понятия, как магия Дивергента, Мар, — одергивает Линн.

— Если же она ей действительно обладает, нам тем более не стоит с ней советоваться, — говорит Шона. Это первые слова Шоны за всё то время, что мы здесь сидим. Она даже не смотрит на меня, когда говорит, только хмурится, поглядывая на сестру.

— Шона… — начинает Зик.

— Что Шона!? — отзывается она, переводя на Зика недовольный взгляд. — Неужели ты не думаешь, что у людей со склонностями к нескольким фракциям очевидные проблемы с верностью? Если у неё есть склонность к Эрудиции, как мы можем быть уверены, что она на них не работает?

— Не будь смешной, — бросает Тобиас низким голосом.

— Я не смешная.

Она хлопает по столу.

— Я знаю, что принадлежу к Бесстрашию, потому что об этом говорит всё, что я делала в тесте на способности. Я верна своей фракции, так как не могу принадлежать ни к какой другой. Но что насчёт неё? И тебя?

Она качает головой.

— Я без понятия, какой фракции вы верны, и не собираюсь притворяться, будто всё в порядке.

Она встаёт, Зик пытается остановить её, но она отталкивает его руку и уходит. Я провожаю её взглядом, и смотрю в её сторону до тех пор, пока не закрывается дверь и чёрная занавеска на входе не перестаёт колыхаться.

Я чувствую, что завожусь, что готовая заорать, вот только Шоны здесь больше нет, теперь на неё не накричать.

— Это не магия, — горячо заявляю я. — Просто спросите себя, какое в данной ситуации самое логичное решение?

В ответ — взгляды полные недоумения.

— Серьёзно, — настаиваю я. — Окажись я на его месте, в обществе Бесстрашных и Джека Кана, то вряд ли стала бы нападать, разве нет?

— Ну, будь у тебя собственный отряд Бесстрашных, вполне могла бы. И тогда один выстрел — всё, что нужно. Бам — он мёртв, и Эрудиты в выигрыше, — замечает Зик.

— Тот, кого отправляют на переговоры с Джеком Каном, не будет каким-то случайным ребёнком Эрудитом. Они отправят кого-то важного, — замечаю я. — Было бы глупо стрелять в Джека Кана, рискуя представителем Джанин.

— Видишь? Это причина, по которой ты нам так нужна — как следует разобраться в этой ситуации, — говорит Зик. — Лично я бы его убил. Счел бы, что стоит рискнуть.

Я зажимаю переносицу. Даже голова разболелась.

— Хорошо.

Пытаюсь поставить себя на место Джанин Метьюс. Я уже и так знаю, что она не собирается идти на мировую с Джеком Каном. Тогда для чего нужна эта встреча? Он ничего не сможет ей предложить. Она будет использовать ситуацию в своих целях.