Чтение онлайн

1. Беляев И. Разсказы из русской истории. Кн. 1. М., 1865.

2. Богданович И. Историческое изображение России. Ч. 1. СПб., 1777.

3. Брайчевский М.Ю. Когда и как возник Киев. Киев, 1964.

4. Дмитриевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX–XII вв.). Курс лекций. М., 1998.

5. Дмитриевский И. О начале Владимира что на Клязьме, о пренесении в оной из Киева российской столицы и о бывших в оном великих князьях: собрано из древних летописцов и новых историй с приложением потребных изъяснений. В Санкт-Петербурге: при Императорской Академии наук, 1802. – 322 с.

6. Иваницкий И. Изследование о времени основания г. Пскова. Псков, 1856.

7. Елагин И.П. Опыт повествования о России. Кн. 1. М., 1803.

8. Забелин И. История города Москвы. М., 1905.

9. Забелин И.Е. История русской жизни с древнейших времен. Ч. 1.М., 1876.

10. Иваницкий И. Изследование о времени основания г. Пскова. Псков, 1856.

11. Иловайский Д.И. Разыскания о начале Руси. Вместо введения в Русскую историю. М., 1870.

12. Ломоносов М. Краткий Российский летописец с родословием. СПб., 1760.

13. Маловичко С.И. Рождение квалифицированного характера внутридисциплинарной коммуникации в отечественном историописании второй половины XVII – первой XIX вв. // Язык и текст в пространстве культуры: Сб. статей научн. – методич. семинара «TEXTUS». Вып. 9 / под ред. К.Э. Штайн. СПб.; Ставрополь, 2003.

14. Маловичко С.И. Отечественная историческая мысль XVIII в. о возникновении и социально-политической жизни древнерусского города (от киевского «Синопсиса» до «Нестора» А.Л. Шлёцера). Ставрополь, 2001.

15. Маловичко С.И. Дух «Синопсиса» в историческом учебном дискурсе // Ставропольский альманах общества интеллектуальной истории. Вып. 4 (специальный). М.; Ставрополь, 2003.

16. Мальгин Т Зерцало, Российских государей изображающее. СПб., 1794.

17. Милюков П. Главные течения русской исторической мысли. СПб., 1913.

18. Мыльников А. С. Картина славянского мира: взгляд из восточной Европы. Этногенетические легенды, догадки, протогипотезы XVI – начала XVIII века. СПб., 1996.

19. Пашков Б.Г. Русь – Россия – Российская империя. М., 1997.

20. Новосельцев А.П. Древнерусское государство // История Европы. Т. 2. М., 1992.

21. Попов А. Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции. М., 1869.

22. Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества XII–XIII вв. М., 1993. С. 11 —107.

23. Сахаров А.Н., Буганов В.И. История России с древнейших времен до конца XVII века: Учеб, для 10 кл. общеобразоват. учреждений / под ред. А.Н. Сахарова. М.: Просвещение, 1995.

24. Тихомиров М.Н. Русское летописание. М., 1979.

25. Тредиаковский В.К. Три разсуждения о трех главнейших древностях Российских. СПб., 1773.

26. Толочко П.П. Спорные вопросы ранней истории Киевской Руси // Славяне и Русь в зарубежной историографии / отв. ред. П.П. Толочко. Киев, 1990.

27. Устрялов Н.Г. Русская история. Ч. 1. СПб., 1837.

28. Фроянов И.Я. Мятежный Новгород. СПб., 1992.

29. Хроника Матвея Стрыйковского // НБУ I.P. Ф. VIII. № 106 / Лаз. 48. Л. 103–103 об.

30. Шлецер А.Л. Нестор. Ч. 2. СПб., 1816. С. 258. С. 3.

План

1. Полемика в среде иерархов Русской Православной Церкви о «Соборном деянии» и «Поморских ответах» старообрядцев братьев Денисовых в XVIII в.

2. Дискуссия в отечественной историографии по поводу «Поморских ответов».

Ключевые слова: рукопись, фальсификация, подлинник, дискуссия.

Цель петровской реформы в отношении Церкви была гораздо глубже, чем принято думать. Главное, что сделал Петр I, заключалось в абсолютизации государственной власти, освобождении ее от всех религиозно-нравственных норм. И как следствие этого – государственная секуляризация и подчинение Церкви государству.

Эта доктрина была сформулирована Феофаном Прокоповичем, главным идеологом Петра I, в его произведении «Правда воли монаршей», написанном под влиянием западноевропейских идей естественного права. Целью такого государства становится достижение на земле всеобщего блага. Этому должна была подчиняться и Церковь как часть государственного аппарата.

На деле это была попытка внедрить в России протестантскую модель абсолютного государства, которая была рождена историческим процессом, совершенно противоположным отечественной истории. Западноевропейская история указывает истоки этого процесса. Доминантой истории Западной Европы является постоянное соперничество светской и духовной властей, пап и светских государей за политическое лидерство над континентом. Этот процесс породил Реформацию и ее детище – протестантизм с его множеством сект, из которых, собственно, и вырос политический плюрализм западноевропейского парламентаризма. Во главе реформационных движений становились в своих государственных рамках светские государи и, естественно, подчиняли Церковь государству. Власть светская становилась абсолютной, обрастая громадным бюрократическим аппаратом. Петр I был горячим поклонником такого механизма власти. Так, в отечественной истории наступил резкий надлом. Если Иосиф Волоцкий самого царя включал в систему Божьего тягла, «царь подзаконен и только в пределах Закона Божьего и заповедей обладает он своей властью. А несправедливому или “строптивому” царю вовсе и не подобает повиноваться», то западный абсолютизм, родившийся в борьбе против Церкви, как раз отрицает за ней всякое право быть «совестью» государства, сжимает ее в тесные рамки «обслуживания духовных нужд», причем сам же абсолютизм и определяет эти нужды и то, как их обслуживать.

Так, в дополнении к регламенту «О правилах притча церковного и чина монашеского», изданного при Петре I, говорилось о необходимости доносить в Тайную канцелярию об открытых на исповедях злоумышлениях. Это нарушение тайны исповеди приводило к неверию у множества простого люда в церковные догматы как истины и породило в народе различные толки, что Петр I – не истинный православный царь, а Антихрист на троне. Всё это были, конечно, народные предрассудки, но одно было несомненно правильным: Петр I сделал попытку принести в Россию все основные принципы протестантизма, его понимание проблемы взаимоотношений Церкви и государства, в котором Церковь мыслилась как религиозная проекция самого государства. Особенно ужасно чувствовали себя в этой новой властной модели старообрядцы.

В связи с этим интересно проследить ту большую дискуссию в отечественной историографии, которая развернулась вокруг так называемых Поморских ответов. Дискуссия стала квинтэссенцией отношения исследователей к вопросу установления исторической правоты в борьбе официальной синодальной церкви и старообрядцев в эпоху Петра I. Полемика приобрела источниковедческий характер, а потому выносимый в ней вердикт приобретал особый вес, как базирующийся не на аксиологическом, а на фактическом материале.