Чтение онлайн

Боцман и еще двое краснофлотцев забрались в подготовленный катер, и поворотные шлюпбалки начали медленно двигаться, вынося катер за пределы борта эсминца. Краснофлотцы, стоящие на борту эсминца, придерживали фалини, чтобы катер не крутился, а краснофлотцы, находящиеся на катере, отталкивались от борта эсминца крюками, чтобы предотвратить удары катера о борт корабля. Когда катер лег на воду и фалини отцепили, по радиотрансляции раздался голос командира: — Сигнальщик, на борт катера! — и еще один краснофлотец с флажками в чехле, висящем на боку, спустился на катер по штормтрапу.

Моторист запустил двигатель, боцман встал к рулю и катер начал движение к тонущему сейнеру, переваливаясь на волнах. — Наш боцман — настоящий морской волк! — пояснил командир ЭЧ. На беглый взгляд, все участники этой операции действовали неторопливо, но, на самом деле, все происходило очень быстро, и Николай подумал, что такие действия отработаны многократными тренировками.

Катер приблизился к сейнеру, и, даже не разбирающиеся в морском деле «зрители» поняли, что рулевой и моторист катера являются подлинными мастерами, так как они смогли удерживать катер на минимальном расстоянии от сейнера, так, что его можно было легко перепрыгнуть. Но, к удивлению зрителей, которые полагали, что рыбаки сейнера начнут немедленно перебираться на спасательный катер, что-то их удерживало, и, по-видимому, шло какое-то объяснение между капитаном сейнера и боцманом эсминца.

— Наверное, — предположил командир ЭЧ, — возникло какое-то непредвиденное обстоятельство, но договорить он не успел, так как сигнальщик, находящийся в катере, выбрался из кокпита, встал на банку и помахал двумя, сложенными вместе, флажками.

— Да, что-то серьезное, — продолжил командир ЭЧ, — сейчас будет передавать сообщение, семафором, не зря командир его послал, предчувствовал, что не все так просто.

— Что? Что? — забросали его вопросами «зрители», но он их остановил, сказав, что попытается принять то, что будет передавать сигнальщик, и попросил его не отвлекать.

— В трюме… в воздушном… мешке… остался… моторист, — начал медленно переводить семафорную азбуку командир ЭЧ, — подает… сигналы.. стуком.. без… водолаза… его… не… вытащить… капитан… сейнера… покидать… судно… отказывается… останется… с мотористом… навсегда.

— Да зачем же так-то! — взволнованно выкрикнул кто-то из «зрителей». — Зачем же двоим погибать?

— Таково правило! — отозвался старший лейтенант, — капитан покидает тонущий корабль последним, такова его капитанская доля, если он настоящий капитан, конечно.

Рыбаки, тем временем, начали поочередно перебираться на катер, перепрыгивая небольшое расстояние по команде боцмана эсминца, который подбирал подходящий момент, когда борта сейнера и катера под действием волнения выравнивались.

— Один… два… — взволнованным голосом стал кто-то считать по мере того, как очередной рыбак оказывался на борту катера.

Среди «зрителей» возникло обсуждение о возможности вытащить человека из воздушного мешка, находящегося в трюме. Никто из них никогда не бывал на рыболовном сейнере и, тем более, в его трюме, но они не могли вот так просто стоять, не предпринимая никаких действий для спасения, и в глубине души понимая бесполезность этих обсуждений.

— А есть у вас на борту водолазы и необходимое снаряжение? — неожиданно спросил кто-то командира ЭЧ.

— Нет, ничего такого нет! — не раздумывая, ответил старший лейтенант. — Такое предусмотрено только на крейсерах и линкорах, и наш командир пытался добиться, но пока ничего не получилось.

— Шестой! — сообщил человек, который считал переходящих на катер рыбаков, — первая партия на катер перешла.

— А что, если проделать люк в том месте, где образовался воздушный мешок? — предложил кто-то из зрителей?

— Да что вы, товарищ! — ответил командир ЭЧ, — стоит только проделать одно отверстие, как спертый воздух выйдет, и всю полость затопит вода вместе с этим несчастным человеком. Нет, это не годится!

— Интересно, а какие габариты у этого сейнера? — неожиданно спросил Николай, до этого хранящий молчание, так как его тревожила какая-то, пока не осознанная, мысль. — На расстоянии не понять.

— Я точно не знаю, — отозвался командир ЭЧ, — могу сообщить примерные габариты: длина метров 18-19, ширина метров 5, высота борта метра 2, и осадка незагруженного сейнера — метра полтора, но это не точно.

— «Значит», — подумал Николай, — «даже от середины сейнера, где, наверняка, есть люк, до кормы не более десяти метров, и глубина, даже если сейнер с уловом, ну, никак не более трех метров — вполне нормальные условия, чтобы нырнуть. Да, не зря меня сегодня ночью мистер Сайрес Смит потренировал в нырянии».

И, оторвавшись от этих мыслей, он уже прекрасно знал, что должен сделать, как истинный «Водный Страж».

Николай уже знал, что он сможет, и должен сделать и, больше не раздумывая, бросился к трапу, ведущему на командирской мостик. Краснофлотец, стоящий у входа на трап, попытался его остановить, но Николай просто оттолкнул его в сторону и быстро влетел на мостик. — Разрешите обратиться, товарищ капитан 3 ранга! — обратился он к командиру, который внимательно наблюдал за спасательной операцией в бинокль.

— Зачем вы здесь? — с раздражением спросил командир, оторвавшись от бинокля.

— У меня есть просьба, товарищ капитан 3 ранга! — продолжил Николай, — позвольте мне отправиться с катером, следующим рейсом.

— Это еще зачем? — возмутился командир, — это вам не прогулочное судно, а спасательная операция. Ступайте, не мешайте!

— Так я же не на южный берег Крыма прошусь, товарищ капитан 3 ранга, а на спасательную операцию, чтобы принять в ней участие.

— Ну, вот еще, без вас справятся, будете только мешать, — отозвался командир, — ступайте вниз!

— Я хороший пловец и ныряльщик, я смогу вытащить оставшегося в трюме моториста сейнера, — продолжил пояснять Николай. — Я прошел специальную подготовку и участвовал в таких операциях и у меня даже есть награды за них. (Николай, конечно, немножко слукавил, сказав про награды, но одна медаль у него была, и он о ней вспомнил).

— А ты не врешь? — командир неожиданно перешел на «ты».

— Никак нет, товарищ капитан 3 ранга, я же в трюм прошусь, а не на отдых! — ответил Николай.

— А ты понимаешь, лейтенант, что если ты в этом трюме сгинешь, то меня отправят в трибунал, и за твою погибель дадут не меньше вышки?

— Да, понимаю, товарищ капитан 3 ранга! — ответил Николай, — но вы не волнуйтесь, все акты и протоколы я уже подписал, и, если я там сгину, а вам дадут вышку, встретимся на небесах, там все и обсудим!

— Ну и нахал же ты, лейтенант Исаев! — усмехнулся командир, — и шуточки твои дурацкие, и совсем не вовремя. Ладно, постой пока здесь, разберемся!

— Сигнальщик! — скомандовал командир, — передай на катер семафор: «Боцману прибыть к командиру немедленно!»

— Есть передать семафор «Боцману прибыть к командиру немедленно»! — ответил сигнальщик и яростно замахал флажками в сторону катера, который уже приближался к эсминцу.