Интуиция. Как понять, что чувствуют, думают и хотят другие люди
Шрифт:
Глава 4
Как мы наделяем что-либо человеческими свойствами
Дайте мне минуту, всего одну минуту, побыть в шкуре этого существа. Дайте мне всего на 60 секунд подключиться к аппарату восприятия и анализа другого человека – и я буду знать то, что естественные историки искали веками. Но… меня ошеломляет неизбежное обилие косвенных методов анализа эволюции.
23 августа 2005 года на Новый Орлеан обрушился ураган «Катрина». В историю США этот ураган вошел как самая дорогая природная катастрофа, причинившая ущерб в 100 миллиардов долларов. Погибло около 18 тысяч человек. И 80 % населения Нового Орлеана было эвакуировано из зоны бедствия. Многие из этих людей никогда не вернулись обратно в город. Пытаясь осмыслить катастрофу несколькими месяцами позднее, мэр Нового Орлеана Рэй Нейгин выдвинул такое объяснение: «Конечно, Господь прогневан на Америку. Конечно, он не одобряет то, что мы находимся в Ираке под ложным предлогом. Но его огорчают и чернокожие американцы. Мы не заботимся о самих себе».
Вы, вероятно, сочтете объяснение Нейгина смехотворным. Поразмыслив, он и сам признал это и несколькими днями позднее попытался иначе сформулировать свое объяснение. Но иногда смехотворные утверждения могут дать нам проблеск понимания, как работает человеческий мозг. В конце концов, Нейгин был не первым, кто, размышляя о природной катастрофе, подумал о Боге, внимательно наблюдающем за делами человеческими. И не последним. В урагане «Катрина» было нечто такое, что пробудило у Нейгина шестое чувство и заставило усмотреть в погодном явлении, напрочь лишенном осмысленности, некое разумное намерение.
Примеры подобного можно увидеть сплошь и рядом. Аналитики фондового рынка рутинно описывают этот рынок как «рассерженный» или «довольный, умиротворенный», говорят, что рынок «флиртует с отметкой 10 000» или «пытается отыграть убытки», а затем заключают сделки на основании «эмоций и намерений» рынка. [80] Вскоре после 11 сентября 2001 года появились сообщения о том, что на фотографии клубов дыма, валившего из башен Всемирного торгового центра, люди разглядели лик дьявола. [81] Все мы считаем наших домашних животных мыслящими, заботливыми и любящими, наделяем их умственными способностями, наличие которых серьезная наука оспаривает. Это свойство человека безжалостно эксплуатируют специалисты по продажам. Хотите – верьте, хотите – нет, но исследования показывают, что автомобиль может казаться дружелюбным или некрасивым потому, что его радиатор напоминает человеческое лицо: фары кажутся глазами, а решетка радиатора – ртом[Landwehr, J. R., A. L. McGill, and A. Herrmann (2011). It’s got the look: The effect of friendly and aggressive “facial” expressions on product liking and sales. Journal of Marketing 75: 132–146. А вот и улыбка «Фольксваген Жук»:
80
Morris, M. W., et al. (2007). Metaphor and markets: Agent and object schemas in stock market interpretations. Organizational Behavior and Human Decision Processes 102, 174–192.
81
У этой фотографии очень интересная история. Снимок был сделан 11 сентября 2001 года фотографом Марком Д. Филлипсом, который находился дома во время атаки террористов. Снимок был одним из многих, сделанных Филлипсом в тот день. Он предоставил его агентству Associated Press. В сообщении, которое Филлипс послал мне по электронной почте, сообщалась любопытная подробность: он сам на снимке не заметил «лица», увидел его только на следующий день на обложке журнала Delaware Journal. Снимок был опубликован на первой обложке. Об истории этого снимка можно прочитать на сайте Марка Филлипса или в его изданной в электронном формате книге Satan in the Smoke? A Photojournalist’s 9/11 Story.
]. Конструкторы автомобилей используют этот эффект для того, чтобы побудить нас делать покупки. Конструктор модели Dodge Charger Ральф Джиллс говорил: «Мы стремились к тому, чтобы передняя часть автомобиля выглядела скромной». [82]
В клубах дыма, валящих из башен Всемирного торгового центра, можно было разглядеть лик дьявола
82
Welsh, J. (March 10, 2006). Why cars got angry. Wall Street Journal, pp. W1, W10.
Все сказанное мной в предшествующей главе об отказе включать нашу способность читать мысли других людей позволяет на удивление легко уловить проблеск человеческого разума почти во всем, что видит глаз, от погоды до компьютеров, автомобилей и богов. Кажется, иногда мы становимся специалистами по очеловечиванию мира, обнаружению разума во всем, что нас окружает, даже там, где этого разума определенно нет.
Утверждение, что мы иногда приписываем ум тому, что неспособно мыслить, быстро приводит к проблеме отхода от реальности. Немногие станут настаивать на том, что у скал есть разум, а у людей его нет. Но между этими противоположными мнениями лежит огромная серая зона, где идут яростные дебаты о существах, у которых может иметься осознанный разум, в том числе эмоции наподобие гордости, чувства вины или гнева. Эти споры приводят к настоящим культурологическим войнам. Есть ли чувства у человеческого зародыша? Следует ли держать шимпанзе в клетках и использовать их в качестве подопытных животных? Страдают ли животные, мясом которых мы питаемся, от содержания в тесных стойлах? Управляет ли Вселенной Бог, знающий все наши грехи и отвечающий на наши молитвы? Речь идет о спектре между «собой» как носителем разума и каменной скалой как прототипом того, у чего разума нет. Обычно ни у кого нет объективного ответа на эти вопросы. Поэтому люди бесконечно спорят, и никто никого убедить не может.
Иногда ученые могут пытаться обнаружить разум. Посмотрите, например, на виноватый вид собаки. Если у вас есть собака, вам хорошо знакомо это зрелище: собака опускает голову и хвост, отворачивает глаза и осторожно, с опаской приближается к хозяину. Когда я учился в аспирантуре, я впервые взял нашего щенка (по кличке Соломон) к себе на работу. Соломон встал рядом с моим консультантом и помочился на его ковер. Плохо, очень плохо. Казалось, Соломон понимал, что справлять нужду на ковер нельзя: он опустил голову и забился в угол, то есть повел себя точно так же, как ведут себя дети тогда, когда знают, что сделали что-то неправильное. Но существует ли понимание вины в сознании Соломона? Или оно есть только в моем сознании?
Согласно одному научному тесту, осознание вины существует только в моем сознании. Видимость ощущения собакой вины возникает в ответ на неодобрение хозяина, независимо от того, натворила ли она что-то плохое или нет. [83] Собаки – животные очень социальные, но они, кажется, не имеют никакого понятия о морали. [84]
Этот пример приводит нас к трем очень важным выводам относительно ума, который мы приписываем животным. Во-первых, процесс признания другого ума у кого или чего бы то ни было – у другого человека, домашнего животного, гаджета или Бога – физиологический процесс, который происходит у нас в мозгу. Вы убеждены, что у вашей собаки есть ум, что она может различать плохое и хорошее. Это убеждение, подобно любому другому, может быть верным или ошибочным. В данном случае ваше убеждение, скорее всего, ошибочно. Вас обманули. Но когда вы видите такой же виноватый вид у вашей жены, которая съела последний кусок пирога, испеченного по случаю вашего дня рождения, вы будете правы, полагая, что виноватый вид – проявление осознания вины. Это означает, что вы обладаете способностью проникать в мысли и чувства жены. Но не в сознание собаки. Просто вы считаете, что способность, которая позволяет вам читать мысли других людей, «работает» и в отношении животных. Интересно, что ваше шестое чувство, когда вы думаете о своей жене, активируют те же «пусковые механизмы», что и размышления о домашних питомцах, ураганах, Боге, машине или компьютере. Ни один психолог не объяснит, что такое быть собакой или кошкой (или летучей мышью), [85] однако мы можем объяснить, когда вы можете считать нечто действительно наделенным разумом, а когда нет. Это означает, что приписывание разума объекту, не являющемуся человеком, представляет собой процесс, противоположный отказу от признания разума у другого человека. Антропоморфизм (очеловечивание) и дегуманизация – это две стороны одной медали.
83
В этом эксперименте в лаборатории владельцы собак проводили проверку своих питомцев на послушание. Каждый хозяин приказывал своей собаке не есть лакомство и выходил из помещения. В отсутствие хозяина находившийся в помещении экспериментатор либо забирал лакомство (оно находилось в недоступном собакам месте), либо разрешал собакам съесть его. Спустя минуту хозяина просили вернуться в помещение, и экспериментатор сообщал, съела ли его собака лакомство или нет. Хозяева собак знали, что должны или сделать собаке выговор за нарушение команды, или похвалить собак за выполнение команды. Но хозяева не знали, что экспериментатор либо прятал лакомства (вследствие чего собаки не могли съесть лакомые кусочки), либо отдавал лакомство собакам. Таким образом, отчет экспериментатора был чисто произвольным, случайным: одним хозяевам сообщали правду о поведении их собак, а других вводили в заблуждение.
Весь эксперимент был записан на видео, и собак оценивали по тому, насколько сильно они демонстрировали различные аспекты «виноватого вида». Если собаки понимали, что нарушили команду, и чувствовали свою вину, они выглядели более виноватыми. На самом деле ничего подобного собаки не демонстрировали. Видеозапись показала, что собаки демонстрировали виноватость только тогда, когда их хозяева считали, что собаки съели лакомство, и порицали своих питомцев, а не тогда, когда собаки действительно нарушали команду хозяев и съедали лакомство вопреки запрету. Виноватый вид собаки вызван не тем, что собака что-то знает, а убеждениями хозяев. Отчет об эксперименте см. в статье: Horowitz, A. (2009). Disambiguating the «guilty look»: Salient prompts to a familiar dog behavior. Behavioral Processes 81: 447–452. О других подобных экспериментах исследователь рассказывает в своей книге Inside of a Dog (Scribner, 2009).
84
Исследования показывают, что у шимпанзе есть многие когнитивные способности высшего порядка, подобные тем, которыми обладают люди. Результаты этих исследований теперь используют в борьбе за предоставление шимпанзе ограниченных прав человека.
85
Nagel, T. (1974). What is it like to be a bat? Philosophical Review 83: 435–450.
Второй вывод состоит в том, что если вы и я можем поверить в то, что нечеловеческое существо обладает разумом, мы будем в зависимости от ситуации. Когда вы громко умоляете вашу машину завестись морозным зимним утром, вы относитесь к ней так, словно у нее есть разум. Сидящему же в машине пассажиру вы вряд ли скажете, что у вашей машины действительно есть разум и она может думать или слышать вас. Но вы все равно будете ласково обращаться со своей машиной. Ваше шестое чувство останется включено, и его работа будет казаться вам важной. В одном эксперименте люди, которых исподволь провоцировали на очеловечивание своих машин, предлагая оценить их индивидуальные особенности (скажем, насколько их машины креативны или безответственны), сообщили, что они готовы уговаривать свои машины даже реже тех, кого также исподволь подводили к мысли, что их машины – бездушные вещи (например, путем оценки плавности хода или маневренности). Сознательно вы можете не верить в то, что у вашей машины есть разум, как у вашего ребенка или даже у вашей собаки. Но глубинные, почти интуитивные умозаключения все равно могут побудить вас относиться к машине как к разумному существу.
Наконец, если вас и меня можно обмануть и заставить разглядеть ум там, где его в действительности нет, то по-настоящему интересным становится вопрос, какими уловками или методами можно побудить людей к мысли о разумности вещей. Это поможет объяснить причины, в силу которых люди настолько непоследовательны в чтении мыслей, разворачивающемся во времени. Почему охотник, только что убивший оленя, сразу же проникается симпатией и сочувствием, когда его просят позаботиться о человеке, сбитом машиной на дороге? [86] Почему никого не тревожит мысль об убийстве моркови, но тревожит мысль о забое крупного рогатого скота? [87] Почему избиратели-калифорнийцы на одних и тех выборах проявляют меньшую человечность в отношении гомосексуалистов и отказывают им в праве на брак, но относятся к животным почти как к людям, требуя от фермеров, чтобы свиней содержали в более человечных условиях? [88] Почему зачастую к домашним животным относятся как к людям, а к другим людям относятся как к животным? Ответ на эти вопросы таков: иногда нас подключают к пониманию мыслей других людей, а иногда не подключают.
86
Kass, J. (December 15, 2011). The worst Christmas story ever: Wisconsin vs. Charlotte the deer. Chicago Tribune. Retrieved from http://articles.chicagotribune.com/2011–12–15/news/ct-met-kass-1215–20111215_i_charlotte-deer-population-horses.
87
Yoon, C. K. (March 14, 201 I). No face, but plants like life too. New York Times. См.: http://Zwww.nytlmes.com/2011/03/15/science/15food.html?pagewanted=all.
88
Audi, T.m J. Scheck, and C. Lawson. (November 5, 2008) California votes for Prop. 8. Wall Street Jounrnal. Cм.Clover, K. (November 6, 2008). California’s Prop 2 restricts farm animal confinement. CBS News. См. http://www.cbsnews.com.
Вызван ли обман, заставлявший видеть лицо дьявола в клубах дыма, валивших из горящего Всемирного торгового центра, тем же триггером, который заставляет думать, что ураган направлял гнев Божий, или уговаривает нас устанавливать личные отношения с машиной, мобильным телефоном или с домашним питомцем? Нет. Разум в существах или предметах, не являющихся людьми, вы распознаёте тем же способом, каким признаёте разум другого человека. А разум другого человека вы признаёте благодаря вашим чувствам и умозаключениям, полученным в результате размышлений. Это означает, что на самом деле тут действуют три триггера, которые могут привести вас к признанию того, что животные или неодушевленные предметы могут обладать разумом, похожим на человеческий. Говоря иначе, разум может быть запущен вашим восприятием, вашей потребностью объяснить что-либо и вашими социальными связями. Чтобы понять, когда люди могут признать существование разума там, где его нет, нам надо понять, как каждый из этих приемов может активизировать наше шестое чувство. Я опишу действие этих приемов по очереди.
В природе множество подделок. Литопсы – роскошные суккулентные растения, выглядят как совершенно несъедобные камни. Богомол – страшный хищник, может прикидываться безвредной веткой. Чтобы распознать подделку или обман, не надо иметь степень доктора по эволюционной биологии. Но иногда, прикидываясь тем, кем не являешься, можно преуспеть в том, чем занимаешься.