Чтение онлайн

Как вдруг в один из таких случаев этот мужичок сказал: — Только у никчёмной мамаши мог родиться такой же никчёмный сынок.

Такого Ллойд уже не стал терпеть. Он вмазал ему, а потом ещё и ещё, его лицо исказилось от ярости, которая копилась годами и наконец нашла выход.

— Пусть готовит зубы, — пробормотал он, избивая мужика, как боксёрскую грушу.

В голове была только одна мысль: «Станет только хуже. Его уволят. Теперь он обречён».

Но каков же был итог? Наступил долгожданный мир. Его не уволили, а тот самый мужик начал его бояться. Тогда Ллойд понял: порой надо пресекать любое насилие, а не давать людям садиться тебе на шею.

— Иногда даже самые злостные преступники избегают наказания, и это надо менять. Каждая скатина заслуживает себе наказание подстать, — сказал Ллойд, глядя на тело Руфина, его голос звучал с холодной уверенностью, как у судьи, выносящего приговор. — Но этот урок он усвоил слишком поздно.

Отряд начал возвращаться из пещеры мага Руфина. Солдаты, едва держась на ногах, шли медленно, их лица были бледны, как у трупов на второй день похорон, а глаза пусты, словно витрины разорившегося магазина. Они были измучены не только физически, но и морально — после того, что им пришлось пережить в плену у мага, они выглядели скорее как тени людей, чем как воины, как выстиранные десяток раз тряпки вместо некогда яркой одежды.

Ллойд, идя впереди, время от времени оглядывался на них. Он видел, как они спотыкаются, как их руки дрожат под тяжестью рюкзаков, и что-то внутри него сжалось, как мокрая тряпка в кулаке прачки.

— Давайте сюда ваши рюкзаки, — резко сказал он, подходя к ближайшему солдату, его лицо приняло выражение решительной заботы, несвойственное для его обычной циничной натуры.

Тот посмотрел на него с недоумением, но после секундного колебания снял тяжёлый мешок и передал его Ллойду, его взгляд выражал такое удивление, словно ему предложили бесплатный обед в дорогой таверне.

— Ну и тяжелые, — пробормотал Ллойд, взвалив рюкзак на плечи и скорчив такую гримасу напряжения, будто проглотил ежа наизнанку. — Как вы вообще с этим шли? Как старушки с мешками картошки на ярмарку?

Солдаты молчали, но в их глазах читалась благодарность, глубокая и искренняя, как колодец в засушливое лето. Они были слишком измотаны, чтобы говорить, но их взгляды говорили за них красноречивее любых слов. Ксавьер, наблюдавший за этой сценой, не мог понять мотивов своего господина. Действительно ли Ллойд заботился о них, или это был лишь очередной его порыв, который закончится так же внезапно, как и начался, словно фейерверк — яркий, но недолговечный?

«Сейчас им как никогда нужен сильный лидер», — подумал Ксавьер, его брови сошлись на переносице, образуя глубокую морщину, как у старого дуба, пережившего не одну бурю. — «Но сможет ли Ллойд стать таким лидером? Или он как всегда просто играет роль?»

Ллойд, казалось, не замечал сомнений своего слуги. В его голове крутились мысли о том, что он видел в пещере. Маг, который хотел принести их в жертву, был мёртв, но воспоминания о его ритуалах, о криках солдат, о том, как они умоляли о пощаде, не давали Ллойду покоя, как назойливая муха, которую невозможно прихлопнуть.

— Спустя какое-то время истории о вас будут передаваться из уст в уста, — тихо сказал один из солдат, едва слышно, как будто боясь нарушить тишину, его голос звучал так слабо, словно он говорил через три стены.

— Прелестно? — Ллойд усмехнулся, но в его голосе не было насмешки, а лицо приняло такое выражение, словно кто-то предложил ему пойти поплавать в кипящем масле. — Прелестно, ага, как пятно от блевотины на новой рубашке.

В деревне их уже ждало холодильное хранилище. Однако Горош не понимал, что это за сооружение и зачем оно нужно. Он обошёл его несколько раз, принюхиваясь и хмурясь, как пес, обнаруживший странный предмет на своей территории.

— Это оно и есть? — наконец спросил он, указывая на него своим массивным пальцем, огромным, как сарделька. — Здесь не особо-то и холодно. Так мясо испортится, а мышцы ослабнут, кик!

— Ну, естественно, — ответил Ллойд, стараясь сохранять спокойствие, хотя его лицо перекосило такой гримасой сдерживаемого раздражения, что можно было подумать, будто ему засунули в задницу веник. — Это потому, что здесь ещё нет льда. Мы ещё не закончили, гений зелёный.

Горош, конечно, не знал, что такое лёд. В его мире всегда жарко, как в печке алхимика, варящего зелье из перца, и орки никогда не сталкивались с чем-то подобным. Он смотрел на Ллойда с подозрением, как будто ожидал подвоха, его глаза сузились до щелочек, а ноздри раздувались, как у быка перед атакой.

— Ничего страшного, — успокоил его Ллойд, скорчив такую мину доброжелательного понимания, что даже заправский шулер бы поверил в его искренность. — Если нет льда, мы можем сделать его сами. Как детей, только проще.

— Как? — удивился Горош, упирая руки в бока и выпятив нижнюю губу, словно обиженный ребёнок.

— Да как угодно, всё сделаем, — уверенно ответил Ллойд, хотя внутри он сам ещё нихрена не понимал, как реализуется самый важный компонент, его лицо выражало такую фальшивую уверенность, что позавидовал бы и городской шарлатан, продающий «эликсир вечной молодости».

Такой ответ, однако, не впечатлил орка, его лицо приняло выражение такого скептицизма, словно ему предложили поверить, что дерьмо — это деликатес.

Система выдала окно: «Орк начал сомневаться: а вдруг история о Королеве муравьёв тоже ложь? А вдруг этот человек просто дурачит его?»

— Заткнись, система, — мысленно огрызнулся Ллойд, чувствуя, как Горош изучает его взглядом, буравя его, словно сверло — доску. — Я никогда не считал его тупым. Он просто… любопытный. Как кот, который лезет головой в кувшин с молоком.

— Ну конечно, конечно, — ответила система, и её голос звучал с едва уловимой насмешкой, как у учителя, слушающего объяснение двоечника, почему он не сделал домашнее задание. — Это ты считаешь его тупым. А я просто читаю твои мысли, как открытую книгу для малышей.

Ллойд чуть не поперхнулся, но быстро взял себя в руки, его лицо на мгновение перекосило такой гримасой возмущения, что могло показаться, будто он проглотил лимон целиком.

— Ничего подобного! Горош — очень важный рабочий элемент… ой, то есть клиент, — поправился он, изобразив на лице такую невинную улыбку, что младенцы могли бы обзавидоваться.

Уведомление: «Уровень сарказма системы повышен. Продолжайте в том же духе, и, возможно, вы получите достижение » Мастер самооправданий''.

Тем временем Горош продолжал размышлять о произошедшем, его мощный лоб пересекли глубокие морщины, словно кто-то прочертил на нём карту горного хребта. Он пришёл к выводу, что Ллойд всё-таки спас его, и зря он так сомневался в этом парне. Он кивнул, словно соглашаясь с самим собой, как судья, вынесший окончательный вердикт, и, подойдя к Ллойду, протянул ему руку размером с разделочную доску.