Чтение онлайн

— Этого не может быть! — кричит он, чувствуя, как сердце сжимается от ужаса, а лицо искажается в такой маске отчаяния, что даже камни, кажется, вздрагивают. — Его сердце… оно же остановилось?!

В поместье барона прилетел почтовый голубь. Письмо — от графа Кремо. Интересно, в чём дело?

Аркос, едва взглянув на новости, вскочил на лошадь и помчался вперёд.

— Чёрт, Ллойд! Сколько раз он уже подвергал себя опасности…

В письме было написано: «Ллойд Фронтера с невероятным успехом завершил строительство в Кремо. Но почти сразу город подвергся атаке. В критический момент Ллойд и его спутник Ксавьер пожертвовали собой, чтобы спасти жителей. Сейчас старший сын Фронтера впал в кому».

Барона нагнали его жена и рыцарь Байрон.

— Как он может ехать один? — спросила баронесса, глядя на пыльный след от копыт.

Аркос был против сопровождения: — Дорога не близкая. Я должен ехать один.

— Видимо, муженёк позабыл, — усмехнулась Марабелла. — Я куда лучше него держусь в седле.

В итоге все трое двинулись дальше, оставляя за собой клубы пыли.

— Подумать только, их сын стал самым трудолюбивым и заслуживающим доверия человеком. И вот теперь он в коме… — размышляла баронесса, её лицо отражало всю тяжесть материнского беспокойства.

Аркос молчал. Если вспомнить, почему Ллойд ни разу не называл его отцом… Да, барон. Это правда. Его сын…

Но размышления прервало появление огромного чудища прямо на дороге, мохнатого и зубастого, как из детских кошмаров.

Байрон сразу понял: сбежать не выйдет, его лицо окаменело от решимости.

— Я задержу эту тварь. Вы двое, бегите дальше. Это самая короткая дорога в Кремо, — сказал он, обнажая меч и становясь в боевую стойку.

— Ну что, медлите? Быстрее! — крикнул старый рыцарь, едва отразив первый удар, его лицо выражало такую решимость, что казалось высеченным из камня.

— Хорошо, мы мчим дальше. Мы рассчитываем на тебя, — кивнул Аркос, пришпоривая коня.

Но уже следующим ударом тварь снесла Байрону меч. Рыцарь остался беззащитен. Чудище вгрызлось ему в плечо, сжимая клешнями так, что кости затрещали.

Байрон попытался обороняться. Он достал кинжал и вонзил его в морду монстру. Но хватка чудища не ослабла. Кажется, ещё мгновение — и рёбра рыцаря превратятся в пыль.

Однако барон с женой не уехали. Они вернулись, едва услышав крики. Аркос, сжав меч, обрушил его на спину монстра, а баронесса метким ударом кинжала попала чудищу в глаз. Тварь завыла, отпустив Байрона, и рухнула на землю, как подкошенная.

— Байрон, как ты? Может… — начала баронесса, но рыцарь перебил её:

— Мне стыдно. Это я должен вас охранять, а не вы меня, — его лицо выражало такое унижение, словно он потерял всё достоинство разом.

— Ничего стыдного, — отрезал Аркос. — В обязанности властителя входит забота о подчинённых. Так что вставай. Сейчас тебя подлатаем.

Но вдруг сзади раздался крик Марабеллы. И не без причины — на дороге показалась целая стая волкоподобных монстров, их клыки блестели в лунном свете.

Байрон, едва держась на ногах, взял меч своего господина и гордо направил его в сторону тварей, несмотря на то, что его лицо исказилось от боли.

— Таков мой долг, — прошептал он, готовясь к последнему бою.

Рыцарь понимал: скоро он отправится на тот свет, как солдат, попавший в безвыходную ситуацию.

Но неожиданно появился тот, кого здесь совсем не ждали.

Ксавьер возник будто из ниоткуда. За пару движений он отрубил головы всем чудищам, его меч двигался быстрее, чем глаз мог уследить.

— Я подумал, что мой господин отправится в Кремо. Решил пойти навстречу, — объяснил он, спокойно опуская окровавленный меч, его лицо сохраняло такое невероятное спокойствие, словно он только что прогулялся по саду.

Теперь, когда опасность миновала, все трое продолжили путь к Ллойду, надеясь, что он всё-таки выживет, как всегда выживал раньше.

Аркос не верил своим глазам. Не может быть! Ксавьер точно не мог раньше орудовать мечом с таким мастерством. Насколько же он стал сильнее? Но это не главное. Ллойд. Что с Ллойдом? Жив ли он?

Рыцарь, помолчав, ответил, что не знает, жив ли его господин. В голове барона тут же всплыли воспоминания. Нет, если Ллойд погибнет, их поместье, баронство… всё пойдёт под откос. Рыцарь же подумал, что его господин не может умереть. Не должен.

Дорога была неблизкой. Они мчались через леса и поля, минуя разрушенные деревни и выжженные земли. Каждый километр давался с трудом, но мысль о Ллойде заставляла их двигаться вперёд. Когда они наконец добрались до Кремо, город встретил их хаосом восстановления. Здания лежали в руинах, улицы были заполнены людьми, которые пытались хоть как-то наладить жизнь. Но у барона и его свиты не было времени на раздумья. Они сразу же направились к дому графа, где, как они знали, находился Ллойд.

Войдя в комнату, они замерли на пороге. Баронесса, не сдержавшись, первой бросилась к кровати, где лежал их сын. Её руки дрожали, когда она коснулась его лица, бледного, как полотно. Барон стоял чуть поодаль, сжав кулаки. Его взгляд метнулся от лица Ллойда к Ксавьеру, который молча наблюдал за происходящим. Рыцарь, казалось, был на грани — его глаза выдавали смесь надежды и отчаяния, как у человека, ждущего приговора.

— Ллойд… — прошептала баронесса, гладя сына по щеке. — Ты должен жить. Ты должен…

Барон, наконец, подошёл ближе. Его взгляд упал на грудь Ллойда, и он замер. Сердце… оно не билось. Но как? Он протянул руку, чтобы проверить пульс, и почувствовал слабую, едва уловимую вибрацию.

— Это невозможно… — пробормотал он. — У него есть пульс, но сердце… сердце остановлено. И при этом он дышит. Как? Это же противоречит всему, что я знаю о жизни и смерти.

Ксавьер, стоявший в углу комнаты, наконец заговорил: — Это мана. Она поддерживает его. Я чувствую её… она вращается вокруг его сердца. Но как это работает, я не могу понять, — его лицо выражало смесь благоговения и недоумения.