Чтение онлайн

Зеваки благоразумно отступают подальше.

– Ты Черный целитель?
– рявкает страж с квадратной физиономией.

– Вообще-то я странник...

– Это одно и то же. Как насчет того, что говорит лоточник?

– Насчет семян я говорил не всем, а своему другу, - отвечает Доррин, по-прежнему держа посох в левой руке.
– Я не торговец и отбивать у него покупателей мне незачем.

– Те женщины уже были готовы раскошелиться! Если бы не этот...

– Что за женщины?
– спрашивает другой страж, озирая быстро пустеющий участок рынка.

Лоточник тоже оглядывается, потом разводит руками:

– Он их напугал, и они ушли.

– Хм, похоже на правду...
– стражи опускают белые клинки, и воин с квадратной физиономией поворачивается к Доррину:

– Вот что, парнишка, советую держать свои черные мысли при себе. Уяснил?

– Да, почтеннейший, - Доррин вежливо кивает.

– Так-то лучше, потому что мне здесь неприятности не нужны, - говорит страж и, повернувшись к Бриду, добавляет: - Это и к тебе относится. Будь поосторожнее со своей железной зубочисткой.

– Слушаюсь, почтеннейший, - кивает и Брид. Стражи поворачиваются и уходят в глубь площади.

– А ну давай, выкладывай денежки!
– кричит Доррину торговец.

– Это за что? За твои ложные обвинения?
– спрашивает Брид, глядя на него в упор.
– Целитель не мог бы солгать даже ради спасения своей жизни. А вот про тебя, приятель, такого не скажешь.

– Черные ублюдки... смутьяны...
– бормочет лоточник, ежась под взглядом здоровенного меченосца.
– Все вы...

Брид ухмыляется. Они направляются к лоткам на дальней стороне площади. Однако когда при их приближении торговцы начинают сворачивать лотки, улыбка Брида линяет.

– Прости, - извиняется Доррин.

– Да ладно...
– Брид машет рукой в сторону улицы.
– Раз они так, мы можем и вернуться.

Уже направляясь к дому Лидрал, Доррин чувствует на спине взгляды Белых стражей.

Открыв дверь конюшни, они видят Кадару, развешивающую выстиранную одежду.

– Не больно-то долго вы гуляли, - замечает девушка.

– У нас возникли кое-какие затруднения, - объясняет Брид.

– Это у меня возникли кое-какие затруднения, - поправляет Доррин. Местный лоточник продавал мертвые семена. Я высказался на сей счет вслух, и меня услышали. Дошло до властей, ну и... короче, многие торговцы решили, что пора закрываться.

– Ох, Доррин...
– Кадара гладит его по плечу.

Дверь из жилых помещений открывается, и Лидрал объявляет:

– Ну, коли все вернулись, можно и к столу.

Ее влажные и чистые каштановые волосы слегка прикрывают уши. На Лидрал - темно-синяя туника с высоким воротом.

Обстановку столовой составляют полированный, смазанный маслом и лишь слегка поцарапанный стол из красного дуба и шесть стульев с подлокотниками. Еще четыре стоят по углам. Во главе стола - Фрейдр, рядом худенькая светловолосая женщина.

– Доррин, Брид, Кадара, мне хотелось бы познакомить вас с Мидалой, любезным тоном произносит Лидрал.
– Мидала - Кадара с Бридом меченосцы, а Доррин - целитель.

Фрейдр улыбается и жестом указывает на стол. К обеду - мясо, политое бурым соусом, картофель и темная мягкая зелень.

– Пожалуйста, садитесь.

– А что это за зелень?
– интересуется юноша.

– Читлач. Он малость горьковат, и к нему надо привыкнуть, но с тяжелыми блюдами, вроде как мясо с картофелем, очень хорошо.

– Как вас встретил Кандар?
– спрашивает Мидала.

– Можно сказать, гостеприимно, - отвечает Брид, накладывая мясо себе на тарелку.
– Правда, здесь холоднее, чем я думал, да и размеры...
– он ухмыляется.
– Особенно высота гор с непривычки удивляет.

– Ты еще не видел Закатных Отрогов, - Лидрал берет себе скромную порцию читлача.

– Почему Отшельничий до сих пор отправляет молодых людей в путешествие по Кандару?
– спрашивает Мидала.

– Смысл тут в том, чтобы научить нас больше ценить гармонию и порядок, - решается ответить Доррин.
– Причем в том понимании, какого добиваются от нас Мастера.

– Похоже, целитель, ты от этих Мастеров вовсе не в восторге, замечает Фрейдр, наливая себе питья из кувшина.
– Это темное пиво. А в белом кувшине - сок.

– Кажется, следовать и соответствовать всем правилам гармонии довольно трудно, особенно если ты молод, - говорит Доррин.

– А я слышала, что это довольно трудно в любом возрасте, - замечает Лидрал.

– Ну а что думаешь на сей счет ты?
– Фрейдр поворачивается к Бриду.

– Я боец, а бойцу необходим некоторый опыт.

– И ты уверен, что никого из таких, как вы, не посылают сюда лазутчиками, выведывать да высматривать?

– Сомневаюсь, чтобы Отшельничий имел нужду в лазутчиках, - вмешивается Доррин.
– Маги воздуха способны увидеть что угодно, касаясь ветров.

– Тут ты меня срезал, - смеется Фрейдр. Покраснев, Доррин прячется за кружку с соком.

– Думаю, - замечает Кадара, - насчет магов воздуха - это никакой не секрет. Это известно еще со времен Креслина.

Фрейдр кивает Кадаре с теплой улыбкой. Улыбается и Мидала.

– Я так понимаю, торговля у вас семейная традиция?
– нарушает воцарившееся на миг молчание Брид.

– В последнее время этой традиции не так-то просто следовать, отзывается Лидрал, подцепив с блюда ломтик мяса.

– Почему так?

– Политика, - поясняет Фрейдр.
– Чтобы путешествовать по большим белым дорогам, необходима лицензия, а получить ее можно, лишь снискав расположение префекта, который смотрит в рот своему советнику, Белому магу. Раньше-то было достаточно уплатить налог...

– Что-то вроде проверки лояльности?
– уточняет Брид.

– Вроде того. Похоже, в наше время всех и везде проверяют на лояльность, - говорит Фрейдр, глядя на Доррина.
– Разве не так?

Доррин избегает ответа, делая большой глоток, и тут ему на глаза попадается маленькая запыленная гитара, висящая на стене. Фрейдр замечает его взгляд.

– Это наша семейная реликвия. Говорят, будто некогда на ней играл Креслин. Таково старое семейное предание, но кто в наши дни возьмется утверждать с уверенностью? Во всяком случае, - Фрейдр пожимает плечами и кивает в сторону гитары, - она знавала лучшие времена.