Чтение онлайн

– Ты убила моего сына!
– орет бородач.

– Я прикончу тебя, если только дернешься!
– рявкает на него светловолосый. Позади уже слышно звяканье оружия: приближается отряд.

Подобрав свой короткий меч, рыжеволосая воительница рывком ставит юнца на ноги.

– Рана на твоей ноге пустяковая, - говорит она.
– Будь у меня намерение тебя убить, ты был бы уже мертв.

Вырываться бесполезно: она шире паренька в плечах, а руки ее как сталь. Сняв с пояса отрезок веревки, воительница связывает пленнику руки и подталкивает его к дороге. К подходу отряда Брид успевает связать и лысого.

– Смотри, эта стерва еще одного сцапала!
– переговариваются солдаты.

– И этот здоровяк, который с нею...

– Лучше бы нам в ихние дела не встревать...

– Кого это ты отловил, Брид?

– По-моему, это те двое, которые напали на того кертанского купца. Их лошади где-то там, за рощей. Если покараулишь пленных, я поеду взгляну.

Согласный кивок командира отряда - и Брид направляет лошадь по узкой тропе. Кадара смотрит вниз, на нетвердо стоящего на глине юнца, а потом, достав из седельной сумы тряпицу, перевязывает ему рану.

За спиной у нее судачат солдаты:

– Глянь-ка, в этой дикой кошке есть что-то человеческое...

– Кадара, это всего лишь разбойник, - урезонивает ее один из них. Его все равно вздернут.

– Его-то за что? Он еще мальчик!
– восклицает разбойник постарше.

– Он пособничал тебе в ограблении торговца и нападении на кертанского купца, - холодным голосом говорит командир отряда. Он изрядно устал. Этого более чем достаточно для виселицы.

Заслышав стук копыт, солдаты поворачиваются к тропе и видят Брида, ведущего двух костлявых, навьюченных мешками кляч.

– Похоже, тут кое-что из пожитков ограбленного торговца.

– Хорошо. Сажайте этих бездельников на их кляч.

Спешившись и вручив поводья Кадаре, Брид почти без усилий усаживает лысого разбойника на одну лошадь, а юнца на вторую.

– Ну и бык, сожри его демон...

Солнце касается горизонта. Ветер усиливается.

– Едем обратно, - приказывает командир, поворачивая черного мерина. Мы должны доставить разбойников в Бирину, а уж тамошний судья повесит их как положено, по закону. Кадара, Брид, будете замыкающими.

Двое с Отшельничьего пристраиваются позади отряда.

– Ну а вы, - обращается к пойманным командир, - постарайтесь не свалиться с лошадей. Я скорее вздерну вас сам, чем оставлю здесь. В конце концов, какая разница, где вам болтаться на суку?

– Проклятые спидларские выродки!
– рычит лысый пленник, такой же истощенный, как и его кляча.
– Выжали из нас все до капли, вы и мерзкие чародеи! Чародеи погубили всех овец, а вы забираете последние медяки за червивое зерно! Дерьмовые...

– Заткнись!
– рявкает командир.

Связанный парнишка с тоской смотрит назад, в сторону Галлоса.

– Больше тебе там не бывать, - бормочет солдат с рукой в лубке.

Брид с Кадарой переглядываются и придерживают лошадей, поотстав от всадников.

– Они умирают с голоду, - тихонько говорит Брид.

– Именно этого и добивается Фэрхэвен. К концу зимы будет еще хуже.

– Чем больше мы будем вешать...

– А не станем вешать, так никто не сможет ездить по дорогам.

Брид качает головой. Кони несут всадников к Бирине, к их лагерю и резиденции судьи.

XLIX

Белое свечение окружает рослого, стройного человека, который размашистым шагом пересекает центральную площадь, направляясь к башне.

– Он явился, чтобы потребовать амулет, Стирол, - говорит рыжеволосая женщина в белом облачении, глядя на Высшего Мага.
– Разбирайся с этим сам.

– Как я понимаю, ты не хочешь, чтобы он узнал о твоем визите ко мне?

– Если он удосужится выяснить что да как, я не смогу этого скрыть, но ему и в голову не придет ничего узнавать, - произносит Ания преисполненным иронии тоном.
– Он ведь могущественнейший из Белых, а я всего-навсего женщина.

– "Всего-навсего"? Ну, Ания, сомневаюсь, чтобы кто-нибудь здесь так думал о тебе...

– Кроме Джеслека, считающего себя чрезвычайно могущественным и мудрым.

– Он действительно весьма умен и могуч.

– Ты отдашь ему амулет?
– спрашивает Ания, уже делая шаг к двери.

– А как же иначе?
– вздыхает Стирол.
– Я обещал и обещание сдержу. Амулет он получит, а вот сумеет ли удержать - это уже другой вопрос.

Ания кивает и уходит.

Рассеянно глядя на лежащее на столе зеркало, Стирол задумывается о том, какое испытание уготовано ему силами гармонии, и видит возникающую из белого тумана смутную картину - рыжеволосый юнец орудует кузнечным молотом. Потом изображение рассеивается, и маг слышит стук в дверь. Он оборачивается, чтобы приветствовать своего преемника.

– Горная стена теперь тянется с юга Пассеры до Закатных Отрогов, и великий тракт защищен со всех сторон, - заявляет с порога Джеслек. Он кланяется - если точнее, слегка склоняет голову.

– Припоминаю, что отрезок дороги возле центрального хребта Аналерии был слегка потревожен, - мягко указывает Стирол.

– А мне припоминается единственное оговоренное условие: я завершаю работу, стоя на дороге. Чтобы горы сделались стабильными, необходимы кое-какие дополнительные действия, - с улыбкой отвечает Джеслек.

– А так ли уж было необходимо испепелять аналерианских пастухов?

– Я их предупредил. Большинство ушло, ну а кто не захотел... В любом деле возможны несчастные случаи.

– Ты понимаешь, что это приведет к резкому скачку цен на баранину? Особенно после того, как ты обложишь новыми пошлинами товары с Отшельничьего.

– Не думаю, чтобы там погибло так уж много овец.

– Погибло немного, но чем будут кормиться остальные? На месте горных лугов теперь горячие скалы, там еще много лет не вырастет и былинки.

– Мы возместим дополнительные расходы за счет новых налогов.

– Дело твое, - говорит Стирол, снимая амулет и протягивая Джеслеку. Тот склоняет голову, и бывший глава Совета надевает золотую цепь ему на шею.

– Если не возражаешь, - говорит Стирол, - я перенесу свои рабочие материалы в нижнюю комнату.

– Ну, коли тебе так удобно...

– Мне так удобно, - подтверждает Стирол с вежливой улыбкой.

L

Доррин седлает кобылу, гладит ее по шее и выводит из сарая.